— Ладно, вчера повезло… Это хорошо. Но что будет сегодня? А завтра? Что же такое придумать, Вик? Нужно что-то делать со всем этим, — Лена нахмурилась, сердито поджимая губы.
Вадим не удостаивал их больше своим вниманием, рассматривая у окна папку с файлами, которую ему только что вручил Дерюгин. Потому Виктория с облегчением продолжила разговор, едва слышно отвечая подруге.
— Как ты и советовала, в прошлый раз я сказала, что у меня есть парень. Но, как и предполагала, ни Скворцов, ни маменька его в это не поверили. Оно и понятно… Но ничего. Разберусь как-нибудь. Не переживай. Надоест же им однажды? Вот и отстанут.
— Так не пойдёт. Эта женщина реально сумасшедшая… Нужно как-то доказать, что у тебя защита есть. Вот тогда и оставят в покое. Нужно кого-то найти…
— Где я его найду, Лен? Серьёзно, среди моих близких знакомых есть только Серёжка. Но он в отношениях давно. А с остальными, пусть мы и приятельски общаемся, но не настолько, чтоб просить о таких вещах. Знаешь, мне кажется, что давно уже нужно было открыть в городе агентство, где можно арендовать парня, когда случается такая ситуация. Приходишь, выбираешь из каталога, и всё решено. Мне подошёл бы кто-нибудь крутой и внушительный. Как думаешь, во сколько бы это обошлось? — Виктория усмехнулась, покачав головой.
— Думаю, нам с тобой такое не по карману... А может, просто дать объявление? — подхватила фантазию Лена. — Как ты там говорила? Крутой. Внушительный. И непременно красавчик с шикарным прессом.
— Про красавчика и пресс не было ни слова…
— Это бонус… Слушай, а не находишь, что кое-кто в этой аудитории идеально подходит под описание? — Лена хихикнула, прикрываясь тетрадью и кивком указывая на сосредоточенного Никитина. — Мы тут всё проблему обсуждаем, а о муже-то твоём и забыли…
— Ты сумасшедшая, Лен…
Этот парень, конечно, подходил. Но легче было поверить в то, что сегодня Скворцовы явятся с извинениями и навеки исчезнут из её жизни, чем даже мысленно представить согласие Вадима помочь. Но воображение расшалилось и уже бессовестно рисовало картину, где Мистер Идеальный предстаёт перед Славиком, разрывая на груди одну из своих дорогих рубашек и ослепляя не менее идеальным торсом. Далее по сюжету несчастному Скворцову только и оставалось, что сбежать в слезах… Нет… Срочно нужно прекращать и на что-то отвлечься. Плечи Виктории дрогнули, и она закусила губу, сдерживая нервный смех. Вот чёрт…
Она резко села ровнее, состроив серьёзное лицо, когда Вадим вновь глянул в её сторону. На какое-то мгновение показалось, будто он мог слышать их глупый разговор.
ГЛАВА 2
Разобравшись со старшекурсниками, Дерюгин продолжил монотонно бормотать, желая закончить сегодняшнюю лекцию до звонка. От его нудного голоса спать захотелось ещё сильнее. В живом состоянии поддерживало лишь присутствие Вадима, который со своими товарищами пытался как-то упорядочить гору файлов, полученных от преподавателя. Бумагами был устелен весь подоконник. Отыскивая нужные ему листки, Вадим время от времени кидал взгляд на Викторию, «освежая» похлеще морозного ветра. Вот же…
Зажимая в зубах ручку, Виктория загнула страницы к центру своей раскрытой тетради. Вышло подобие сердца, которое было с ухмылкой продемонстрировано Никитину. Хах! Сразу отвернулся. Даже забавно дразнить… Хотя… Вдруг ещё подумает, что к нему подкатывают…
Решая не заморачиваться, Виктория глянула на телефон в руках Лены. Та была вполне довольна собой, договорившись в групповом чате с кем-то из девчонок о походе в супермаркет после пары. Ну хоть кому-то весело…
— Напоминаю о зачёте во вторник. Если будут пропуски, то не ждите от меня…
Голос Дерюгина, предупреждавшего о страшной каре в виде незачёта автоматом, был заглушён противным звонком, возвестившим об окончании всеобщего мучения. Желая спастись в прохладе коридора, все рванули со своих мест, едва не снося столы и стулья. Виктория собралась присоединиться к побегу, хватая рюкзак и сбрасывая в него тетради и ручки. Между окнами и последним рядом столов сохранялось небольшое пространство, дававшее возможность пройти к кафедре. Этим она и воспользовалась, накинув обе лямки рюкзака на одно плечо. Быстрее… времени в обрез…
Вадим всё ещё стоял у открытого окна. Неожиданно он поднял руку, в которой держал пластиковую папку, тем самым преграждая ей путь. Растерявшись, Виктория на мгновение отвлеклась на подругу, махнувшую ей у двери. Лена попрощалась, скрывшись в компании девчонок в шумном коридоре.
— В чём дело? — Виктория нахмурилась, поправляя сползавшие лямки рюкзака.
— Ты сегодня решительно настроена самоубиться? — его голос был тихим, но строгим. — Спишь на ходу… И твой шлем всё ещё на подоконнике.
Она тихо чертыхнулась. И как могла забыть, проклятье? Стоило поблагодарить Вадима, хоть и раздражало, что отчитал её, как ребёнка… Не обрати он внимание, и пришлось бы возвращаться от самой парковки, теряя кучу времени. Виктория торопливо вернулась к своему столу и, протянув руку к окну, забрала шлем.
Царапины на его боку были заклеены накрест розовым детским пластырем. Блёстки на нём засияли ещё ярче, стоило солнцу показаться из-за небольших туч. Выглядело нелепо? Вполне… Но Виктория бережно разгладила пальцем края пластыря, чтобы тот держался крепче. Девчушка, старательно «лечившая» её шлем, наверняка расстроится, если все труды пойдут насмарку. Четырёхлетняя Ляля, чьей няней иногда подрабатывала Виктория, была поистине очаровательным ребёнком. И при следующей встрече розовый пластырь обязательно сменится другим цветом на радость подопечной. Но не время умиляться, ведь времени совершенно не осталось.
Виктория вновь поравнялась с Вадимом. Затем посмотрела на открытое окно за его спиной. Бежать по лестницам теперь слишком долго. Сама виновата, что не ушла сразу. Маршрут в её мыслях мгновенно перестроился. Второй этаж. Парковка рядом, за деревьями. Так можно сэкономить кучу времени...
Выражение лица Вадима сменилось изумлением, стоило Виктории приблизиться почти вплотную и открыто улыбнуться.
— Спасибо, что заметил. Не муж, а сокровище… — торопливо пробормотала она, обходя его, и, не задерживаясь более ни на мгновение, села рядом на широкий подоконник и спрыгнула.
— Ты…
Вадим инстинктивно протянул руку, чтобы удержать её. Но сумасшедшая девчонка лишь помахала ему со двора, побежав затем к парковке.
— Как можно быть такой безрассудной?..
Едва унимая волнение, Вадим опёрся обеими ладонями на нагретый солнцем подоконник. Руки его едва заметно дрогнули. Признаться, во всей сегодняшней круговерти он совершенно забыл, на каком этаже сейчас находился. Так никаких нервов не хватит… Раз уж настолько спешила, то могла просто подойти к преподавателю