Позвонить в полицию — эта мысль мелькает в голове, но после всего случившегося меня могут посчитать сообщницей. К тому же, у меня не получится их опознать. А то, что мы сделали с телом того несчастного…
Трясу головой, пытаясь прогнать воспоминание.
Инстинктивно подхожу к разбитому окну — не смогу уснуть, пока не удостоверюсь, что они покинули мою территорию. В щель врывается холодный ночной ветер. Всматриваюсь в темноту и делаю глубокий вдох, пытаясь убедить себя, что худшее уже позади. Но сердце начинает бешено колотиться, когда Тень внезапно появляется снова, и его безжалостные руки смыкаются на моем горле словно стальные тиски.
Отчаянно пытаюсь вырваться из захвата. Маска светится зловещим светом, выхватывая лишь темный силуэт его глаз. Дыхание становится прерывистым, и чем сильнее сопротивляюсь, тем крепче его пальцы впиваются в шею.
Воздуха не хватает, перед глазами темнеет. Руки Тени словно когти, лишающие меня всякой воли. Звуки вокруг стихают, превращаясь в гул крови в ушах. Луна за окном словно гаснет, и лес погружается в кромешную тьму.
Я инстинктивно впиваюсь ногтями в его руки, тщетно надеясь найти хоть малейшую слабину. Но все бесполезно — ногти слишком короткие, чтобы оставить след. Каждая секунда тянется словно вечность. Сознание, затуманенное ужасом, отчаянно ищет выход из этого кошмара.
— Я скучал, крольчонок... но тебе не стоило возвращаться, — шипит Тень. Его голос доносится словно издалека, глухо, будто сквозь воду. — Думала, что сможешь избежать последствий?
— Я... не... могла... иначе, — хриплю я. Каждое слово словно разрывает горло изнутри.
— Всегда есть выбор. И я покажу тебе, что ты сделала неправильный, — его голос опускается до угрожающего шепота, а хватка становится сильнее.
Я задыхаюсь, лихорадочно ищу глазами хоть малейшую возможность спастись. Тянусь к лицу Тени и хватаю его за маску. Его хватка на горле ослабевает, когда я с отчаянной решимостью вцепляюсь в нее. Тень отталкивает меня с яростью, и я падаю на пол, прижимая к себе его маску.
Горло горит, свежий ночной воздух жадно наполняет легкие, вызывая мучительный приступ кашля. Отползаю от окна, прижавшись к дивану. Если они решат ворваться, мне крышка.
Этот кошмар еще далеко не закончился.
Может быть, я действительно заслужила все то, что сейчас со мной происходит.
ГЛАВА 8
ПРОШЛОЕ
Я поднялась на ноги, чувствуя, как сердце готово выскочить из груди. Бросила последний взгляд в их сторону и ринулась к озеру. Когда ступни коснулись ледяной воды, по телу пробежала дрожь. Я скользнула по первым камням, покрытым тиной, пока наконец не нащупала твердое дно.
— Сука! — прорычали позади, но я не обернулась. Сделав еще три шага вперед, почувствовала, как вода поднялась до талии. Ночная рубашка задралась и прилипла к бедрам.
— Давай, Лав, переплыви озеро! — донесся издевательский голос.
Сердце колотилось как сумасшедшее, мысли путались. Включился режим выживания — я была готова на все ради спасения.
— Куда ты думаешь сбежать? — хриплый, безжалостный голос разорвал тишину. Я оглянулась — не нужно было видеть его лица, чтобы ощутить его ярость: она волнами исходила от Тени.
Я рванулась вперед, но не успела мое тело снова погрузиться в воду, как меня грубо дернули назад. Шею сдавила рука, способная переломить горло взрослого мужчины.
— Бесполезно убегать, крольчонок, я всегда тебя поймаю.
— Ты больной ублюдок! — закричала я, извиваясь в его хватке. Его ладонь сомкнулась на моей талии и резко прижала к себе, после чего он развернул нас к берегу.
— Было бы забавно гоняться за тобой всю ночь напролет, если бы не пришлось избавляться от трупа, — процедил он, и даже сквозь маску я почувствовала холод его дыхания на своей шее.
Мы вышли из воды. Белая ночнушка прилипла к телу, заставляя меня остро желать спрятаться, укрыться хоть чем-то.
Как я могла подумать, что смогу убежать от этого гиганта под два метра ростом?
Тень отпустил меня. Я обернулась к нему — кровь пульсировала в венах — и, поддавшись порыву, ударила его по лицу. Боль пронзила ладонь — кулак встретился с маской, которая сдвинулась на несколько сантиметров.
Он вскинул голову, и я почти физически ощутила смертоносный взгляд, пронзающий меня сквозь прорези маски. Невольно отступила на шаг. Волна страха и предвкушения одновременно накрыла меня с головой.
— Я... я... — слова застряли в горле. — Прости, — прошептала едва слышно и попятилась назад. Ноги зацепились, и я рухнула на спину, выбив воздух из легких.
Мгновенная боль от падения тут же растворилась в осознании того, обо что я споткнулась — о труп. Я поползла прочь, чувствуя, как внутренности переворачиваются от ужаса.
Тень переступил через тело и направился ко мне. Я развернулась и поползла на четвереньках, ощущая, как страх вспыхивает под ребрами жгучим пламенем, выжигая все на своем пути.
Он схватил меня за талию и, прежде чем успела отреагировать, опрокинул на спину. Его ладонь прижала мои запястья к земле над головой, а колени грубо развели мои ноги.
— Пожалуйста... — прошептала я, слезы ручьем текли по лицу. Я сглотнула, тело затряслось мелкой дрожью, когда увидела, как Кобра и Горилла отходят, оставляя нас наедине. Тень схватил мой подбородок, заставляя смотреть в его лицо.
— Ты ведешь себя не как хорошая девочка.
— Буду... обещаю, — выдохнула я, услышав в ответ его смех.
— В этом я не сомневаюсь, — его рука скользнула к моей шее, заставив задрожать, как лист на ветру, затем опустилась ниже — к груди. Паника обожгла изнутри, когда его пальцы коснулись кожи.
Я почувствовала, как сосок затвердел под его прикосновением, когда он начал его ласкать.
— Я поняла... не надо, — прошептала я.
Но Тень не слушал. Он зажал сосок между пальцами и дернул — раз, другой, а на третий все тело содрогнулось, и глаза распахнулись в шоке.
— Я ведь еще ничего не сделал, — прошипел он, и его голос прозвучал иначе. Рука покинула грудь и скользнула ниже, исследуя мое тело. Он задрал ночнушку — влажную и липкую после озера — до самого пупка.
Я замотала головой, не в силах поверить, что это действительно происходит.
— Пожалуйста... — мой голос сорвался, прозвучав глухо и хрипло. — Я девственница! — выкрикнула я, останавливая его руку.
Тень замер, словно изучая меня. В моем возрасте девственниц почти не осталось, и я боялась, что он не поверит.
— Хочешь сказать, тебя никогда не касался ни один мужчина, крольчонок?
— Никто. Никогда.
— Даже ты? — Его взгляд поднялся ко мне, и я почувствовала, как в воздухе повисло любопытство.
Я залилась