Следующие несколько лет прошли для меня в сплошной дымке бесконечных загулов по барам, одноразовых перепихонов и любого порошка, который оказывался у парня, с которым я уходила домой в ту ночь. Иногда этих парней было больше одного. Парней, а не порошка. Хотя…
Однажды я встретила парня в баре — шикарно, знаю, — и через пару недель уже переехала к нему. Джесси сделал мне предложение меньше чем через месяц после моего появления, и мы были практически готовы идти к алтарю. А потом умерла мама, я начала пить, разорвала помолвку с этим изменником и куском дерьма и, не долго думая, купила, блять, ферму.
Я понятия не имею, почему решила, что отношусь к тому типу людей, которые способны жить на ферме, не говоря уже о том, чтобы управлять фермой, но вот мы и здесь.
Я прямо слышала голос мамы:
— Ривер Карлайл, что на тебя нашло? Почему ты всегда должна быть такой безрассудной?
А потом она целовала меня в нос и смеялась, вспоминая какую-нибудь старую историю про себя и папу. Она могла подшутить надо мной, но в итоге все равно поддалась бы на мою безумную затею. Я скучала по ней. Мама всегда была моей самой преданной поддержкой и главной фанаткой, хотя я знала, что ей хотелось, чтобы я хоть немного остепенилась. Мне едва исполнилось тридцать два, у меня еще было время. Хотела бы я, чтобы оно было и у нее тоже…
Наутро после моего «восхитительного» звонка Линку он сам перезвонил мне, чтобы обсудить мое предложение. Судя по всему, мои пьяные слова и совершенно неподходящий час звонка заставили его задуматься, что я была далеко не трезва. По его словам, я болтала без остановки, сделала нелепое предложение за участок и тут же уснула с телефоном в руке. Определенно не мой лучший момент. Большинство людей после расставания делают пирсинг или красят волосы. Но только не я. Нет. Я напиваюсь в стельку и покупаю ферму.
Я всегда была довольно экономной, вкладывала деньги и откладывала, так что покупка фермы, слава богу, не ударила по моему кошельку слишком сильно. Думаю, одно из преимуществ моей работы заключалось в том, что я зарабатывала чертовски хорошие деньги. Но это вовсе не означало, что я тратила их с умом… Вроде того раза, когда я купила девять разных кожаных курток, потому что не могла определиться. Или ту кофемашину, заказанную в интернете, которой я до сих пор не умею пользоваться. И даже не стоит начинать про количество счетов в барах, которые я оплатила…
Я договорилась о встрече с Линком за чашкой кофе, и мы сели обсудить детали сделки. Он оказался на удивление простым и приземленным парнем. Я ожидала увидеть напыщенного клоуна, а встретила скромного деревенского мальчишку.
Он рассказал историю фермы, подробно объяснив, что она принадлежала самой старой семье Файрс-Крика и что их сын, Джонас, после смерти отца занял его место управляющего.
Линк лишь добавил, что нынешний владелец участка больше не был заинтересован в инвестициях и все это время оставался молчаливым застройщиком из другого штата. Он не стал вдаваться в подробности, что произошло с хозяином или с отцом Джонаса, но у меня появилось ощущение, что это был переломный момент для города, и, возможно, не самый лучший.
Я сидела на краю своей кровати, застеленной пурпурным одеялом и бездумно уставилась на документ о праве собственности, который держала в руках. Я действительно это сделала. Я купила, блять, ферму. Мои руки дрожали, пока взгляд скользил по бумажкам, а сознание пыталось хоть как-то догнать череду событий последних нескольких дней. Я не знала, чего ждать, пока начинала упаковывать всю свою жизнь в чемодан и готовилась оставить город позади.
Я отложила достаточно денег, чтобы продержаться хотя бы полгода, пока разбиралась с персоналом, обживалась и пыталась уложить в голове, какого хрена я вообще должна делать в Файрс-Крике. В понедельник с утра я собиралась записаться на встречу к кому угодно, к кому нужно, и обсудить свои варианты. А пока мне хотелось устроиться поудобнее и познакомиться с управляющим и его помощником. Моими новыми сотрудниками?
Я только что свернула направо на извилистую дорогу, ведущую в гору к ферме, когда меня охватила паника. Какого, блядь, хуя… я вообще тут делаю? Шесть месяцев назад я даже никогда не слышала о Файрс-Крике, так что я сделала единственное рациональное, что пришло мне в голову: проглотила свою панику и припарковала свой Мини Купер у главного входа в Эшвуд-Мэнор, позволяя себе насладиться красотой холмов и запахом свежескошенной травы.
Доставая из подстаканников машины уже остывшие стаканы с кофе, я не удержалась и рассмеялась от абсурдности всего происходящего. Все, что я знала, это то, что мне предстояло встретиться с каким-то парнем по имени Джонас, он был управляющим и, по слухам, еще тот ворчун. Ну, по крайней мере, так сказал риэлтор, наш дружок Линк.
Я глубоко вдохнула и позволила ногам нести меня по незнакомой тропинке к ржавому сараю на заднем дворе. Мой взгляд скользнул по черным тучам, нависшим над горизонтом. Горный воздух был хрустящим, вкусным и чистым, несмотря на то что с юга надвигалась буря. Я лишь надеялась, что она подождет хотя бы до ночи, ведь уже начинало темнеть…
Кто вообще напивается и покупает дом? Я была абсолютно уверена, что совершаю безумие, но к черту, я уже здесь. Я сделала последний глубокий вдох, вскинула подбородок и, изображая уверенность, зашагала навстречу своей новой жизни.
Ну, поехали.
— Здравствуйте, мальчики. Похоже, вам не помешает компания.
2
— Блять, Тедди, ты можешь, пожалуйста, выключить эту сраную музыку? Я не слышу собственных мыслей, — заорал я из-под капота своего пикапа.
Сколько себя помню, Теодор всегда был занозой у меня в жопе, и легче не стало, когда этот мелкий ублюдок переехал ко мне. Я до сих пор помню тот день, когда мама привезла его домой из больницы после падения. Она умерла три года назад. А отец вскоре последовал за ней, потому что после ее смерти он уже никогда не был прежним.
— Остынь, сварливый старый хрен, — донеслось его ответом.
Я отложил гаечный ключ и перевел взгляд на своего брата. В каком-то смысле он им и был. Мама приютила его, когда ему было