Всё яркое, сказочное! А я стою в каком-то богом забытом офисе и жду охранника. Любимый мужчина спит с моей сестрой, а родители и вовсе не замечают…
Всхлипываю.
Может, мне вообще рождаться не стоило?
Вытираю слезы. Хватит ныть, Эля! Как Новый Год встретишь, так его и проведешь. Мне необходимо выбраться отсюда!
Так, погодите, а где охрана? Толкаю турникет. Не поддается. Перепрыгнуть, что ли? Да ну нет! Тут наверняка камеры.
— Извините! — зову громко. — А можно меня выпустить?
В ответ лишь тишина. Сзади раздаются шаги. Выходит мужчина, один из тех любителей доступных девушек. Пучу на него глаза.
— Привет, милый курьер, чего домой не едешь? — он крутит в руках сигарету.
— Турникет не работает, а охранник куда-то ушел, — пожимаю плечами.
— Хм, — мужчина достает пропуск, — сейчас тебя выпущу.
Он подносит карточку к турникету и вдруг отдергивает руку.
— Или нет. Ты очень красивая, в курсе?
Рассматривает меня очень заинтересованно. Краснею, хоть и понимаю, что это неуместно.
— Выпустите меня, пожалуйста.
— Шучу я. Эль…
— Что? — поднимаю взгляд и теряюсь в глубине темных глаз.
— Я Лука, дашь телефончик, красавица?
— Я не… не знаю… — мечусь перед турникетом, не зная, как быть.
Никогда такой мужчина не просил мой номер. Он решил, что я доступная? Но я не такая!
— Не выпущу, пока номерок не дашь, — подмигивает.
— Тааак! — к нам выходят остальные двое.
Мне становится нестерпимо жарко. Да выпустите меня уже! Я этих мужиков боюсь!
— Эля, ты еще тут? — хмурится Амир. — Почему не уходишь?
— Меня не выпускает, — пищу, теряюсь под его мощной энергетикой.
— Я хотел взять у этой красотки номерок, а она не дает.
— Не приставай к ней! — рычит Сабуров. — Не видишь, пугаешь девчонку?
— Лааадно… — ухмыляется Лука, затем подносит пропуск к турникету и…
Ничего! Даже не пищит.
— Это что за… Амир, дай свой, — он берет другую карточку, эффект тот же.
— Будь проклят, блядь, этот Стешин с его новомодными системами! — рычит мужчина, бьет по турникету.
Я непонимающе хлопаю ресницами. Кто такой Стешин и что за системы? Мамочки! Домой хочу! Пусть к родителям, но подальше от этих хищников. Да они сожрут меня с потрохами! И косточек не оставят.
— Сейчас, Эля, не паникуй, — успокаивает меня Сабуров, — разберемся.
Он берет мобильный, уходит куда-то к лестнице.
— Попробуем служебный вход? Может, просто сломался турникет? — спрашивает Леонид.
— Давай, отведи ее, — Лука подталкивает меня, — а то она так напугалась, что вот-вот без чувств рухнет.
Это недалеко от истины. На дрожащих ногах следую за Лёней. Он вот спокоен. Сунул руки в карманы, походка уверенная.
Семеню следом.
— Таак, — доходим до массивной железной двери.
Снова писк и пропуск не срабатывает. Да что же это такое? Я близка к панике.
— Попробовать стоило, — хмыкает он, наваливается на дверь, но тщетно.
Хмурится. От былого спокойствия не остается и следа.
— Пошли, милый наш курьер. Амир должен был дозвониться до техподдержки. Включат аварийное питание и всё. Такое бывает в праздники.
— Надеюсь…
Блин! Достаю телефон. Он молчит… нажимаю на кнопку включения. Сел. Да чтоб тебя! Что за Новый Год такой⁈
— Ну что там? — мы возвращаемся, Амир выглядит очень злым.
Делаю шаг назад.
— Что, что, — фыркает, — Стешин сейчас в отпуске, в их конторе никого. Так что новомодную систему нам починят не раньше третьего января…
— Но… как же… — пищу, — что же… а как же я? Что это всё значит⁈
— Это значит, малышка, — ухмыляется Лука, — что ты проведешь новогоднюю ночь с нами.
Глава 4
Эльмира
В смысле, я проведу новогоднюю ночь с тремя мужчинами⁈ Да еще и такими порочными! Нет, нет и еще раз нет!
— Лёнь, по моему, она нас боится, — хмыкает Лука, затем лукаво улыбается, — не бойся, Эля. Мы добрые.
Сглатываю. Обычно после таких слов всё и начинается.
— Ладно, давайте вернемся в кабинет, — командует Амир, — Эля, пошли.
Он касается моей спины, по телу проносится горячая волна. Почему я так на него реагирую? Украдкой поглядываю на красивое лицо.
Амир Сабуров — воплощение жесткой мужской красоты. Высокий, широкоплечий. Ровная осанка, уверенная походка. Он главный, и это видно в каждом его жесте. Словно лев, Амир излучает истинно мужскую силу. Черный деловой костюм подчеркивает мощные мышцы.
Перевожу взгляд на Луку.
Другой. Совершенно другой. Он явно моложе Амира. Немного расхлябанный, небрежный. За словом в карман не лезет. Очень обаятельный и лёгкий на подъем. Немного несерьезный. Типичный сердцеед. На нем идеально сидит светло-серый деловой костюм.
Леонид. Одинокий волк. Держится особняком от остальных. Задумчив, больше в себе. Синий костюм подчеркивает его серьезность.
Все мужчины выглядят уверенными и расслабленными. А вот я трясусь, как осиновый лист.
Итак, что мы имеем? Лев — одна штука. Волк — одна штука. Котяра — одна штука. И невинная овечка.
Почему-то от этой мысли по коже начинают плясать мурашки. Вздрагиваю.
— Заходи, — Амир пропускает меня первой в лифт, — не трясись так, Эля. Мы не маньяки-насильники.
— Если только ты сама не попросишь, — облизывается Лука.
— Прекрати, — недовольно фыркает Леонид, — пугаешь девчонку. Не обращай на него внимания, Эля.
— Ладно, — опускаю взгляд, — и что теперь?
— Новый год в офисе, — вздыхает Сабуров, — всегда мечтал, блядь…
— Да ладно! — смеется Лука. — У нас такая красивая компания. Ты ведь побудешь с нами, наш прекрасный курьер?
— Разве у меня есть выбор? — криво улыбаюсь.
Я вообще не умею вести себя с мужчинами. В чисто мужском обществе мне некомфортно. Если только не выпью… вот тогда срывает все тормоза.
Дилемма!
Ведь если я напьюсь, могу натворить глупостей!
— Выходим, — раздаётся писк, двери лифта распахиваются.
Офис пустует, неужели здесь и правда нет никого, кроме нас троих?
Амир открывает дверь кабинета, там загорается свет.
— А что это за… — тихо спрашиваю, — новомодная система?
— Друг Амира Стешин поставил в офисе навороченную систему сигнализации, — отвечает Лёня, затем расстегивает две верхние пуговицы рубашки, — и она дала сбой.
— Но есть электричество и…
— А вот в этом и прикол, — хмыкает Лука, — что электрика исправна, видимо, какой-то сбой в программной части.
— И вы не можете починить? — пищу.
— У нас нет доступа к коду, — вздыхает Амир, — так, может, и придумали бы что…
— Понятно, — вздыхаю и сажусь на кожаный диван.
— Ну, раз мы тут вчетвером заперты, предлагаю нажраться! — объявляет Лука. — И предаваться разврату!
Внутри всё леденеет. Так вот, что они… нет! Божечки мои! Таращусь на мужчину, глотаю ртом воздух.
В глазах его пляшут чертики.
— Не пугай ее, она и так вот-вот создание потеряет, — вздыхает Амир, — но насчет выпить ты прав… только вот…
Он