— Чего ждешь?.. — выдавила из себя королева. — Хочешь, чтобы я молила тебя заточить себя в Башне, но только не отпускать? Нет, никогда. Лучше убей, папа! Ты жалок! Жалок! Жало-о-о-о-ок!
Последнее она кричала уже летя вниз. Его пальцы разжались и под ней открылась бездна глубиной в несколько километров.
Падая, Марьяна продолжала кричать отцу, какое же он ничтожество, бездарь и пустозвон. Ветер давно поглотил ее слова, но она все равно кричала — ей хотелось, чтобы это было последнее, что он слышит из уст родной дочери.
Летела вниз, раскинув руки и кричала…
Когда облака остались далеко наверху, она устала драть горло. Глянула через плечо — а там повсюду простирались земли ее несчастного Королевства.
Ее Город приближался. Ужасно быстро.
Марьяне бы испугаться близости грядущего конца, но отчего-то ей не было страшно. Право, за минувший месяц она устала бояться.
Королева закрыла глаза. Бабушка когда-то говорила ей, что королева и умереть должна по королевски. Молча. С достоинством. И со своим народом.
Она улыбнулась. Какая чушь…
Над головой захлопали крыльями, и Марьяну кто-то подхватил на руки. Затем все завертелось, и она открыла глаза.
Город несся мимо.
— Папа, нет!
Но это оказался не папа. А кое-кто более ужасный.
* * *
— ВАНЯ!
Она принялась дергаться, брыкаться и кусаться. Мне пришлось проявить чудеса стойкости, терпения, а еще ловкости, чтобы удержать эту дергающуюся дурочку на весу и увернуться от заклятий, которые снова посыпались в нас отовсюду, стоило нам пролететь над крышами.
— Пусти! Пусти! Откуда ты взялся⁈
Я не ответил — очень хотелось рассказать ей обо всех приключениях в Орде и Царстве, а еще как следует отшлепать, однако в этот самый момент мы вылетели за пределы города и полетели над заливом.
И там нас тоже встретили.
— ОГОНЬ! — раздался усиленный магией крик, а затем со всех бортов в нас хлынул поток картечи.
Я ушел вниз, снаряды пронзили воздух у меня над рогами. Вовремя взмахнув крыльями, удалось избежать падения в воду, и мы полетели между судов. По сторонам замелькали паруса, мачты и перепуганные лица матросов. Их капитаны не унимались:
— Огонь из всех орудий!!!
Грянули пушки, и все по нам.
Я улыбнулся. Нужно ли говорить, что половина снарядом продырявили соседние корабли? Да, именно так и случилось.
Вокруг взорвалась целая туча ошметков покореженного металла, сыпануло исками, щепок и порванных парусов. Люди с бортов полетели как яблоки.
Я расхохотался. Ну что за идиоты?..
Марьяна опять принялась орать, а ее Ее глаза резко вспыхнули. Запах Древней магии был оглушающим.
Нехорошо. А тут кожа юной королевы начала дымиться.
Еще немного, и она грозила взорвать нас обоих. Посреди залива это было крайне нежелательно.
— Охладись!
И я, подлетев к волнам слегка окунул мою Принцессу под воду. Забулькав, она промокла до нитки, но к счастью остыла. В ту же секунду по нам пальнули очередной порцией «гостинцев», и вода взорвалась брызгами. На этот раз постарались маги — вокруг кораблей начали расти ледяные иглы, а сверху по нам шарашили молниями.
Проделав петлю, я увернулся от всего на свете, а затем, набрав высоту, кинулся в единственную сторону, которая оставалась — к Башне, конечно же.
— Давно пора! — рыкнул я, но соседний корабль едва не взорвался от усердия сбить нас на лету.
С него сорвалась целая сеть громыхающих молний. Через мгновение они сплелись в кулак, и он понесся на нас как огромный сверкающий буйвол. С большим трудом, но мне удалось избежать столкновения, однако пара молний меня таки задела.
— Зараза! — и забив крыльями, я кинулся над бортом. Было больно.
Маг-громовержец, стоявший на мачте, не успел даже вскрикнуть, как частица моего Древнего Огня нашла его бороду. Пламя охватило ганзийца в тот же миг. Взвыв, он рухнул с мачты прямо на головы матросам.
Судя по грохоту, рванул он ярко. Увы, мы с Марьяной летели дальше — к острову, на котором уселась моя обожаемая Башня. С нее на нас ринулась куча магических птиц. Это уже «гостинцы» Инквизиции, что рьяно охраняла остров.
— Держись! — рыкнул я, когда одна из птиц вцепилась мне в крыло. Марьяна уже давно перестала сопротивляться — вжалась в меня всем телом.
Еще чуть-чуть, и задушит…
* * *
На борту флагмана.
Ушли! Ушли! Тысяча подводных чертей!
— Scheisse! — выругался адмирал Генрих фон Мерц, командир всей этой чертовой флотилии, которая…
— … Не смогла сбить одного единственного летуна!!! — зарычал он, наблюдая, как огонь пляшет то на одном судне, то на другом. Два корабля и вовсе пошли ко дну. От четырех архимагов остался один пепел. — Позор на наши головы!
А тут еще одна неприятность. Разогретая молниями вода исходила паром, вокруг, куда ни глянь, один сплошной туман. Жарища при этом как в бане. Ни черта не видать.
— Шмидт! — зарычал командор на своего помощника, который пытался сбить пламя с его бороды. — Свистать всех наверх! Готовьтесь взять чертов остров штурмом! Быстро!
— Есть, герр адмирал!
Черт с ним со сраным послом! Им в любом случае приказано взять эту стратегически важную точку, закрепиться там и готовиться высаживаться в Городе. Не зря же они вот уже битый час окружают остров? План вторжения разрабатывался наспех, но все должно было пойти как по маслу — так решил сам государь Император, а он еще никогда не ошибался!
Башня, конечно, жуткая, но разве это испугает фон Мерца? Известного морехода по прозвищу Зеленая борода⁈
— Никогда! Меня и сам морской дьявол не испугает! — зарычал он, погрозив исчезнувшему летуну кулаком. — Шмидт! Ты где⁈ Почему до сих пор не подняты чертовы паруса!
В ответ позади раздался странный всплеск, а затем нечто тяжелое опустилось на палубу. Бум! Бум! — звучало так, словно кто-то шагал пудовыми гирями…
Мерц мигом обернулся. Рука сама собой упала на рукоять тесака.
Шмидт как в воду канул. Вместо него перед адмиралом возвышался мокрый великан ростом метра три. Его всего покрывала тина, водоросли и ракушки, но ничто не было в силах скрыть ни золотой чешуйчатой брони, ни рыбьих бледных глаз навыкате, ни зеленой бороды.
В руках этот воин глубин держал трезубец, на котором, как какая-то мелкая рыбешка, дергался его первый помощник Шмидт.
— Ты еще что за подводный черт⁈ — взвизгнул адмирал. Его единственный глаз скользнул вбок, и он увидел точно таких же воинов — они карабкались по соседним кораблям.
Это было последним, что успел сделать прославленная гроза морей, ибо пудовый кулак великана влетел ему прямо в челюсть. Взвыв, адмирал