Вера Ивановна получила официальное сообщение о задержании ее сына в качестве подозреваемого довольно скоро, но о том, что у Славы большие проблемы, она догадалась еще утром, во время обыска в ее доме
В учреждении ИЗ 74/3 Вячеслав Яиков написал явки с повинной относительно остальных пяти убийств. Эти документы датированы 7 октября 2003 г., они записаны со слов самого Яикова и очень любопытны. Например, по факту убийства Елены С. и Оксаны К. он рассказывает (явка с повинной № 210):
В конце мая 2003 г., в вечернее время, я увидел идущих по пр. Победы в г. Копейске двух молодых девушек, одетых в школьную форму. Решив с ними познакомиться, я пошел за ними. Девушки шли по пр. Победы, свернули на улицу 4-й Пятилетки и пошли по направлению к 44-й школе. Догнав их, я попытался с ними познакомиться, на что девушки ответили отказом и быстрым шагом направились во дворы, где находится детский сад № 27. Я пошел домой. Проходя мимо детского сада № 27, я увидел девушек на веранде. Подойдя к ним, я еще раз попытался познакомиться, на что девушки стали смеяться надо мной, обзывать обидными словами. Что со мной произошло, я не знаю. Я схватил одну из девушек за шею и стал ее душить. Вторая девушка накинулась на меня сзади и стала бить меня сумкой, я наотмашь ударил, и она упала. Когда я задушил первую девушку, я обернулся к той, которая била меня сумкой. Она пришла в себя и попыталась убежать. Я догнал ее около здания детского сада и, повалив на землю, задушил. Вернувшись на веранду, где лежала первая, я стал раздевать ее. Сняв с нее фартук, я намотал его ей на шею. Сняв юбку и плавки, я вступил с нею с половой контакт в извращенной форме. Взяв лежащую рядом пивную бутылку, я стал засовывать ее девушке в анальное отверстие и во влагалище. После чего, взяв с собой бутылку и сумочку девушки, задрав ее платье и сняв плавки, я стал засовывать бутылку в анальное отверстие. Взяв ремешок от сумки, я завязал его узлом на шее девушки. После чего я пошел домой, взяв с собой сумочку и бутылку, которую выбросил на дороге недалеко от детского сада.
С момента задержания Яикова прошло уже достаточно времени, чтобы он мог успокоиться и привести свои мысли в порядок. Тем не менее мы видим явное несоответствие информации, изложенной в явке с повинной, объективным данным.
Вот явка с повинной (№ 213) в убийстве Рании П.:
…В ночь с 30 апреля на 01 мая я гулял по фонтану, выискивая молодых и одиноких девушек. Увидев одну из таких, которая была одета в длинную юбку и кофточку и передвигалась через пр. Славы и пер. Свободы к зданию налоговой полиции, я направился за ней. Увидев, что девушка свернула и направилась по тропинке, идущей через кусты, я догнал ее. Подойдя к ней со спины, я схватил ее рукой за лицо, закрывая рот, и потащил в кусты, где стал ее душить. Девушка пыталась кричать, и, чтобы заглушить крик, я затолкал ей в рот пустые пачки из-под сигарет. Когда я понял, что девушка мертва, я стал ее раздевать. После чего вступил с ней в половой контакт в извращенной форме, а именно лизал и целовал ее влагалище, засовывал пальцы во влагалище и анальное отверстие. Получив удовлетворение, я ушел домой, оставив тело девушки в кустах…
И снова перед нами какой-то очень лаконичный рассказ, никак не вяжущийся с личностью Вячеслава Яикова.
А вот еще одна явка с повинной (№ 212):
…В начале мая я гулял по фонтанной площади, выискивая молодых и одиноких девушек. Увидев, что одна такая, одетая в брюки и кофточку, направилась через пр. Победы и свернула в неосвещенный двор, который находится между пр. Победы и ул. Кожевникова, я направился за ней. Девушка шла через двор, по тропинке, которая вела через кусты и проходила возле гаражей. Примерно на этом месте я ее догнал и, зажав рот рукой, потащил в гаражи, где повалил на землю и задушил руками. После чего, раздев, начал ласкать, намереваясь вступить в половой контакт, но, услышав чьи-то шаги, испугался и убежал домой…
Судя по всему, это признание в убийстве или Ольги М., или Рании П. И вновь фактическая картина убийства не соответствует тому, что написано в тексте протокола явки с повинной. Одинаковые «протокольные» формулировки, краткость изложения, обозначение своих намерений с самого начала («выискивал молодых и одиноких девушек») и, самое главное, точное указание маршрута каждой из жертв – все это очень настораживает. Скорее всего, явки с повинной были составлены энтузиастами-операми со слов самого Яикова и по имеющимся материалам уголовного дела, а Вячеслав Викторович просто подписал то, что ему сказали. Понимание этого приходит после ознакомления с личностью подозреваемого и его жизнью. Итак, кто же такой Яиков, задержанный в ночь с 18 на 19 сентября 2003 г. на месте убийства Светланы К.?
Прежде чем говорить про Вячеслава Яикова, нужно сказать о семье, в которой он родился, ибо история родителей и предшествующих поколений значительно отражается на поколениях последующих. Михеева (Яикова) Вера Ивановна родилась в 1945 г. в селе Сарай-Гир Матвеевского района Оренбургской области, в полной семье. Ее отец Иван Федорович был алкоголиком, в состоянии опьянения становился агрессивным, нередко избивал жену. Со слов матери Вера знала, что ее родной старший брат, 1925 года рождения, проживавший в городе Златоусте, был глухонемым и слабоумным. Вера окончила 10 классов школы и поступила в Оренбургский сельскохозяйственный институт. Перед окончанием школы она познакомилась с Виктором Яиковым – будущим отцом Славы. Он, как и Вера, некоторое время учился в сельхозинституте, но быстро понял, что «не тянет», и поступил в автодорожный техникум по специальности водитель. Отношения между молодыми людьми продолжались, в 1963 г. они зарегистрировали брак и стали проживать совместно в съемной квартире. Отношения в семье были хорошие, Вера окончила институт и получила профессию зоотехника, Виктор работал водителем, и уже с 1963 г. начал выпивать с друзьями. Вначале это происходило по праздникам, но довольно скоро он стал выпивать часто, помногу и без повода. Поначалу это вроде бы не сказывалось на его поведении и здоровье, но, как это бывает, быстро шла деградация личности, и уже через несколько лет Виктор выпивал ежедневно не менее трех литров пива и бутылку водки. В 1963 г. родители Веры переехали из Оренбурга в город Копейск, родители ее мужа – в Киргизскую ССР, в поселок Калининское, а молодые люди остались в Оренбурге, откуда, впрочем, тоже довольно быстро уехали к родителям Виктора, в Киргизию. В 1967 г. в семье появился первый ребенок – мальчика назвали Владимиром. Хотя он и не состоял на учете у психиатра, но был очень расторможен, учился плохо и имел отклонения в поведении. Когда Владимиру было семь лет и он учился в первом классе обычной общеобразовательной школы, случилась беда. Водитель ехавшего по дороге грузовика не заметил мальчика и наехал на него – Владимир погиб. В том же 1974 г. на свет появился Слава. К тому времени его отец был уже сформировавшимся хроническим алкоголиком, выпивал в день не менее двух литров водки, но сам себя алкоголиком не считал и попыток лечиться не предпринимал. Типичная ситуация: редкий алкоголик может даже самому себе признаться в том, что он алкоголик. На этом фоне у Виктора сформировались кардиомиопатия, цирроз печени и другие заболевания, свойственные пьющему человеку. Из-за пьянок мужа Вера Ивановна несколько раз даже хотела подать на развод, но как-то не решалась.
При таком богатом анамнезе и со стороны матери, и со стороны отца, а также учитывая резус-конфликт родителей, Слава просто не имел шансов появиться на свет здоровым. Роды были преждевременные (в 36 недель), стремительные (в акушерстве стремительными родами называют такие, которые длятся не более двух часов у повторно родящей; за столь короткое время родовые пути не успевают полноценно подготовиться