– Ты знаешь, что это значит, – сказал он. – Мы здесь оказались по той же причине, что и ты, – выслеживали этого чёртова скелета, старика индейца. Не гневи меня. Ты знаешь, что его семья владела тайной Сно-Та-Хэй.
Маккенна кивнул, неопределённо пожав плечами.
– Что до этого, какая семья в этой проклятой земле её не знает? Моя, твоя, семья твоих знакомых – все мы владеем этим секретом. Тайну Сно-Та-Хэй можно купить задёшево в каждой забегаловке Соноры и в любом из салунов Аризоны.
Пелон возвратил столь же неопределённый кивок, взведя попутно курок винтовки.
– Терпение, – сказал он, – добродетель, без которой я всегда обходился. Я сосчитаю до трёх, может, до четырёх, а потом пристрелю тебя.
Маккенна знал, что он это сделает. А не он – так пятеро его кровожадных волков-сотоварищей, которые тотчас же взвели курки винчестеров и придвинулись ближе. Но белый золотоискатель по-прежнему был в нерешительности. Не был он и в достаточной мере вооружён для спора. Его собственное ружьё, устаревший «спенсер» времён Гражданской войны остался вместе с седельными сумками за тридцать футов в стороне. Единственным аргументом в споре оставался тонкий мескитовый прутик, сломанный им для того, чтобы стереть начертанную Энхом карту. Мысль о возможности защититься с помощью этой колючей ветви породила на его губах кривую улыбку и с запозданием, в отчаявшемся уме, надежду на избавление.
– Хорошо, – сказал он, сделав пару шагов вперёд и тем заслоняя карту на песке, которую не успел стереть. – Это правда, я следил за стариком. Но я, как видите, поспел слишком поздно. Я нашёл его здесь, на одеяле, он умер сегодня от старости и жажды и сильного зноя.
– Это плохая ложь, – заявил Пелон, – но мне следует помнить об осторожности. Застрелить тебя прежде, чем я удостоверюсь, что ты не выведал секрета у старого Энха, для человека моей профессиональной репутации было бы непростительной оплошностью.
– Ты слишком умён для меня, Пелон. Да, я набрёл на старого негодника ещё до того, как он испустил дух. Мы поговорили немного, вот и всё.
– Да, но о чём?
– Ах, ну ты же знаешь, как бывает у стариков, когда настаёт их час. Он возвращался в памяти к дням своей молодости.
– Что он сказал, когда ты спросил его о копи?
– Ты имеешь в виду Сно-Та-Хэй, Каньон-дель-Оро?
– Больше не переспрашивай меня об этом, Маккенна.
– Ну конечно, Пелон, просто хотел уточнить. Едва я спросил старика об этой копи, он повёл себя так, словно зной вступил ему в голову, и он не в силах меня понять. Я уверен, что он мог, но не хотел понимать меня, ну ты знаешь, как бывает с такими стариками.
– Знаю, – ответил Пелон, оскаливая, всю в шрамах, верхнюю губу, – как было с этим стариком, а было это так: он был единственным братом Нана и хранил тайну Затерянной Копи Адамса и на прошлой неделе увёз её с собой в пустыню. Всё это я узнал от моих друзей рода Нана. Они поведали мне, что старик отправился умирать и что, несомненно, тайна копи Сно-Та-Хэй умрёт вместе с ним.
– Ничего не могу оспорить, – сказал Маккенна. – Зачем ты говоришь мне это?
– Затем, что, как я говорил, мы здесь по общему делу, и я могу использовать тебя для своих целей.
– То есть как?
– Ну, я расскажу тебе, как апачи хранят тайны. Знаешь ли ты, что ещё месяц назад никто, кроме Нана, не знал о том, что старый Энх держит тайну при себе? Да, это так. Не правда ли, позор? Так относиться к своим собственным родичам! Эти индейцы просто сумасшедшие.
– Некоторые, – согласился Маккенна – Так же как и отдельные белые.
Лицо Пелона дёрнулось.
– Но только не ты и не я, так, амиго [6]? – проговорил он – Мы знаем, что именно желаем узнать, правда?
– Иногда, – заметил Маккенна.
– Хорошо, но в этот раз, – заявил главарь банды, – мы знаем точно.
– Так ли? – осведомился Маккенна. – Каким образом?
– Вот каким, – отвечал приземистый краснокожий. – Я знаю, что каким-то образом ты проведал об Энхе, хранителе тайны, и отправился искать его, как и я, в надежде, обнаружив старика ещё до кончины, выжать из него историю о затерянном каньоне.
Маккенна решился.
– Хорошо, давай условимся, что мы оба ищем здесь пропавшее золото Адамса, – промолвил он. – Давай условимся также, что старый Энх хранил тайну и что мы оба надеялись выудить её у него, так или иначе. Согласившись на этом, зададим себе вопрос: если американец по имени Маккенна заставил старика рассказать ему, где находится золото, каким образом мексиканец по имени Франсиско Лопес сможет узнать об этом?
– Я могу убить тебя, – прорычал бандит.
– И что, это поможет тебе узнать? – удивлённо осведомился Маккенна. – Никогда не слышал, чтобы покойник мог давать точные сведения, а ты?
– Нет, конечно. Потому-то ты и жив до сих пор. Я всё ещё пытаюсь понять, рассказал ли тебе старик хоть что-нибудь.
– Что ж, – заверил его Маккенна, – позволь мне удовлетворить твоё любопытство. Он поступил куда лучше. Он нарисовал мне карту пути до этого каньона. Он начертил её вот здесь, на песке, прямо у моих ног.
– Ещё одна плохая ложь, – презрительно бросил Пелон. – Не силён ты притворяться, Маккенна. И ребёнок догадался бы, что ты лжёшь.
Маккенна пожал плечами и лёгким жестом левой руки указал на почву позади себя. И одновременно подвинулся в сторону.
– В таком случае, – сказал он, – поскольку всё очень просто, даже Пелон сможет увидеть подтверждение моих слов. Свет сумерек меркнет, но думаю, что ты всё же сможешь признать в начертанном на песке карту пути в Каньон-дель-Оро и ко всему утерянному золоту Адамса.
В миг безмолвия, последовавший за этим, Пелон и его товарищи в замешательстве обменялись взглядами, а Маккенна, успев мысленно сотворить короткую, быструю молитву, покрепче ухватил рукой мескитовую ветку.
– Пор Диос [7]! – вскричал Пелон. – Возможно ли это?
И вслед за восклицанием возглавил запоздалый рывок всей своей шайки по направлению к Маккенне и карте, начертанной на песке у Яки-Спринг. Бородатый золотоискатель дал им остановиться и замереть с глазами, блестящими от алчности и предчувствия наживы. Он подарил им самое короткое мгновение, необходимое для того, чтобы общее представление – но не подробности карты Энха смогли проникнуть в их сознание. Затем, подняв искривлённую ветку мескита, он широким зигзагообразным движением по самому центру карты стёр её под полубезумными взглядами Пелона Лопеса и пяти его отчаянных головорезов.
Глава 3
Спутники Пелона
Маккенна был в некотором роде