В понедельник утром мама сунула мне за завтраком газету. На первой странице красовалась большая фотография. На ней были запечатлены Мерле, Милан, Феа, Нелио и я с транспарантом «Спасите поймы от “Штайн-Бау”!». Наша «кровоточащая» надпись была чётко видна. А над ней Нелио гордо держал свой плакат с удивительно красивым зимородком.
– Похоже, я вчера пропустила что-то очень важное, – заметила мама.
– Что? – разыграла я искреннее изумление, хотя прекрасно понимала, к чему она клонит. Я была заодно с Миланом Беркутом, аваностом, с которым мне вообще запретили общаться.
Мама пристально посмотрела на меня, но я выдержала её взгляд и не покраснела.
– В город, оказывается, прилетали тысячи птиц, и явно с какой-то миссией, – мама постучала указательным пальцем по фото в газете.
– Ой, да, это было так здорово! – наигранно воскликнула я и спрятала задрожавшие руки под стол.
– Странно это всё… То на каштан перед нашим домом слетается целая стая. Теперь, понимаешь ли, на пешеходную улицу во время демонстрации нагрянули, – перечислила мама, не спуская с меня глаз.
А что я могла на это ответить, не выдав при этом себя? Поэтому я просто молчала.
Мама тоже больше не сказала ни слова. Подчёркнуто медленно она сложила газету, а вставая, сказала:
– Мне пора. Не забудь взять с собой бутерброд.
Я не совсем понимала, как реагировать на мамину реакцию. О чём она уже догадалась, и главное – что она теперь будет делать.
И поскольку я торопилась в школу, раздумывать над этим времени не было. Сегодня нужно выполнить ещё одно очень важное задание. И для этого мне потребуются все мои силы и внимательность.
В школе я Милана не видела, но надеялась, что к «Цамполино» он всё-таки придёт.
И увидев его сидящим на спинке скамейки вместе с Феа и Нелио, я почувствовала облегчение. Да что там – сердце готово было запеть.
Я села рядом со своими друзьями.
– Выкладывай! – тут же потребовала Феа. – Что у тебя за гениальная идея? – её носик в веснушках подёргивался от любопытства, и я невольно рассмеялась. Эта Феа такая забавная…
– Сначала пусть Нелио расскажет, где его родители хранят медальоны аваностов, – и я вопросительно посмотрела на Нелио.
– В секретере, – ответил он. И когда мы все в ожидании уставились на него, он уточнил: – Такой шкаф с откидывающейся дверцей типа столешницы, а за ней куча выдвижных ящиков. Там родители хранят все важные документы и разные семейные реликвии.
– А почему бы тебе просто не проверить, там ли медальон? – спросил Милан. – Ты что, не знаешь, где лежит ключ от секретера?
Нелио покачал головой:
– Дело в том, что секретер стоит в кабинете за магазинным складом. А склад открыт только тогда, когда у родителей дела в магазине. А так как они постоянно ходят туда-сюда, незаметно на склад не пробраться – они тут же увидят, что я зашёл и вожусь у секретера. Тем более после вчерашнего они будут смотреть за мной пристальнее – они боятся, что Ксавер Беркут может навредить их бизнесу. Потому что, во-первых, он наш арендодатель и запросто может потребовать освободить помещение, а во-вторых, он в целом человек влиятельный, и у него много денег. Мой отец считает, что Ксаверу достаточно щёлкнуть пальцами – и наш «Садовый уголок» закроется. У нас и так дела идут не очень, – и Нелио уставился в землю.
– М-да-а, – протянул Милан.
– Понятно, – сказала я. – По-моему, в этом случае мой план может сработать.
Милан, Феа и Нелио выжидающе уставились на меня.
Я рассказала о нападении Ксавера после субботней демонстрации с целью отнять у меня медальон.
– А мама, чтобы меня защитить, дала мне горностаевый волос.
Мой рассказ, конечно же, вызвал бурю негодования.
– Значит, дядя Ксавер теперь знает, что нас четверо, – подытожил Милан. – Он этого не потерпит и попытается во что бы то ни стало остановить нас.
Я кивнула:
– Будет делать всё, чтобы мы держались друг от друга на расстоянии.
– Но мы ему не подчинимся, – заявил Милан. – Нужно беречь медальоны как зеницу ока.
– Мне бы сначала заполучить этот медальон, а уж потом беречь, – усмехнулся Нелио.
И тогда я изложила свой план:
– Нелио должен как-то отвлечь родителей, а я, с волоском горностая на цепочке и почти невидимая, прокрадусь на склад, открою секретер и… найду медальон.
– Неплохая идея, – похвалил Милан и улыбнулся мне.
– А как же я их отвлеку? – спросил Нелио. – Они же делом заняты! Так просто выманить их из магазина или со склада не получится.
Феа вскочила на ноги:
– Тогда я пойду с тобой и уболтаю твоих родителей, это я умею. Расскажу о сборе пожертвований или о ещё какой-нибудь благотворительной акции! – она раскинула руки и весело рассмеялась.
Милан и Нелио скептически переглянулись.
Как раз в этот момент к «Садовому уголку» на большой скорости подъехал белый микроавтобус.
– А, вот и доставка, – сказал Нелио. – Ждали их ещё утром. Папа уже начал нервничать.
К водителю, который уже вылез из машины, из дверей магазина выбежал мужчина.
– Это мой отец, – объяснил Нелио. – Свен Фельд.
Он мог бы этого и не говорить, потому что очень походил на своего отца. За исключением того, что Фельд-старший уже начал лысеть.
– Слушайте, – вскочил Милан, – это наш шанс! Предложим свою помощь в разгрузке товара – тогда всё пройдёт намного быстрее, и твои родители будут довольны. А Кайя тем временем проберётся к секретеру.
Идея была просто гениальной, но Нелио немного изменился в лице.
– Ты чего-то боишься? – спросила я.
– Сам не знаю, – пожал плечами он. – Мне кажется, я уже и забыл, каково это – совсем ничего не бояться, – сейчас его улыбка казалась натянутой.
– А ты всё-таки подумай: что именно тебя пугает? – спросила Феа, с любопытством глядя на него. Ей, наверное, редко бывало по-настоящему страшно.
– Да, пожалуй, всё, – подумав, наконец признался он. – Другие дети – потому что они могут посчитать меня глупым и наговорить гадостей. Одиночества боюсь. Темноты. Высоты. Чего ещё?.. Всего на свете боюсь, – он низко опустил голову.
– Мне это знакомо, – сказала я. – Но с тех пор как я узнала, что я аваност, все мои страхи стали постепенно отступать. Честно!
– Это точно! – подхватил Милан. – Кайя с каждым днём всё отважнее. Я бы