Мужчина протягивает цветы, но я не спешу брать.
– Константин, можно один личный вопрос? – спрашиваю с вежливой улыбкой.
Тот приосанивается.
– Тебе, сладкая, можно всё?
– Вы на какой-то диете сидите? Может, всё-таки пора поесть? А то наблюдаются явные проблемы, связанные с едой: клубника, булочка, сладкая.
Продолжаю вежливо улыбаться. Константин хоть и друг Максима Владимировича, но проявлять неуважительное отношение к партнёру фирмы не хочется.
– Романов, ты что-то зачастил ко мне в гости. Может, тебе кабинет выдать и зарплату начать платить? – раздаётся ледяной голос босса от двери.
Я как ошпаренная отскакиваю от Константина, будто нас не за разговором застали, а за чем-то постыдным. Даже уже оправдываться приготовилась. Но в нашем маленьком театре абсурда появляется новое действующее лицо.
– Кто здесь Каримова Вероника? Для неё цветы. Куда их?
– В урну, – бросает Максим Владимирович, прежде чем скрыться в кабинете.
Хоть дверью не хлопнул, и на том спасибо!
С удивлением смотрю на закрытую за боссом дверь и совершенно не понимаю, это что сейчас было?!
– Кхм-кхм, – робко кашляет курьер. – Так что с цветами?
– Это мне, – спешу забрать.
Прижимаю к себе воздушный букет из диантусов и хризантем, губы моментально расплываются в счастливой улыбке, а я втягиваю лёгкий аромат цветов в себя. Какие же они чудесные!
– Распишитесь в получении, – улыбается парнишка. – А у вас какой-то праздник?
Смотрит на букет в моей руке, потом на розы Константина.
– Ага. Называется весеннее обострение у альфа-самцов, – бурчу недовольно.
Машка прячет усмешку в ладошке. Константин хмурится. А курьер непонимающе хлопает глазами.
– Ну, это… с праздником, – неуверенно говорит перед уходом.
– Константин, спасибо, конечно, за цветы, омут звёзд и лепестки губ. Но вы лучше найдите себе другую вишенку для развлечений.
– Да, я уже понял, что ты занята, – задумчиво произносит, глядя на дверь в кабинет босса.
– Мария, это вам.
Оставляет ей цветы, но та лишь громко фыркает:
– Константин, вы явно что-то перепутали. Здесь не бухгалтерия, а я не Валерия, чтобы радоваться таким подачкам. Вам прямо по коридору. Там есть девушка, которая будет рада любому букету.
– А ты, типа, гордая?
– Можете считать так. Просто не размениваюсь на всё подряд.
Константин какое-то время стоит. Сверлит убийственным взглядом Машу, но забирает букет и уходит. Правда, не в бухгалтерию, а к боссу в кабинет.
Мы же с Машей как по команде переглядываемся. В её глазах такое же дикое любопытство, как и у меня.
– Не получится, – с сожалением говорит девушка. – У босса хорошая шумоизоляция в кабинете. И на двери тоже не экономил.
Одновременно вздыхаем. Ведь реально интересно, что там происходит. Я ещё никогда не видела босса взбешённым. И было бы из-за чего!
Ладно, дурочкой прикидываться нет смысла. Всё я понимаю: приревновал. Но это так странно!
Не помню, ревновал меня когда-нибудь Игнат или нет. Наверное, нет. Он всегда относился ко мне как постоянной величине. Которая никогда не изменится и никуда не денется.
Максим же, он другой… во всём.
Даже глупо сравнивать этих двух мужчин. Это как небо и земля. Рядом с Максимом я чувствую, как обретаю крылья и готова в любую минуту взлететь. Рядом с ним я чувствую себя Женщиной. Привлекательной. Желанной. Но всё же главное – женщиной, а не загнанной кобылой. И я очень надеюсь, что Константин своими неуместными розами ничего не испортил.
Глава 32
Дверь в кабинет не закрываю: поджидаю, когда уйдёт Романов, чтобы поговорить с Максимом Владимировичем. Хотя я совершенно не представляю, что говорить. Перевожу взгляд с дверного проёма на букет, который стоит на моём рабочем столе.
Снова улыбаюсь.
Ласково провожу по нежным лепесткам.
Перевожу взгляд обратно на дверной проём. Константин, мать его, Гордеевич собирается уходить?! Или он решил прописаться у нас в офисе.
Снова начинаю злиться на этого Казанову. Вот что ему спокойно не живётся? Припёрся со своими цветами и всё испортил!
Дверь Максима Владимировича открывается, я подрываюсь со своего места и вылетаю в приёмную. Улыбка медленно сползает с моего лица, когда вижу босса в пальто.
– Вы уходите? – у меня не получается скрыть разочарование в голосе, злюсь сама на себя из-за этого.
Максим Владимирович смотрит отстранённо, без привычного тепла. И от этого становится ещё сильнее не по себе.
– У вас что-то срочное, Вероника Дмитриевна? – непривычно холодный тон режет слух.
Меня хватает, только чтобы едва заметно мотнуть головой.
– Тогда поговорим после моего возвращения. И не забудьте, у вас сегодня встреча с Морозовым.
Босс уходит, оставляет меня растерянную в приёмной одну.
Сглатываю ком горечи. Ничего страшного не случилось, а я уже почему-то готова хоронить то, что между нами ещё толком не успело зародиться.
Может, потому, что глупая. Только сейчас признала, что мне нравятся ухаживания Максима Владимировича. Да и он мне нравится.
Но страшно снова разочароваться.
Страшно снова полюбить не того.
А ещё я теперь не одна, должна думать о мальчишках. Каково им будет: привыкнут, а у нас с Максимом Владимировичем ничего не выйдет?
А если выйдет?
Тогда Данька и Денис обретут отца. Не донора. А настоящего ПАПУ. Который защитит, научит, наставит.
Ставки слишком высоки, и мне нужно определяться: иду я ва-банк или пасую и отступаю.
Работа мне помогает отвлечься от личных дел. Но каждый раз, когда отвлекаюсь от монитора, взгляд цепляется за букет, и я снова начинаю гадать: быть или не быть? Позволить себе быть счастливой или дальше обманываться, что мне и одной с мальчишками хорошо.
– Красивые цветы.
Вздрагиваю от неожиданности. Ушла в свои мысли настолько, что не заметила, как в кабинет зашёл адвокат.
Виктор так рассматривает букет, что я начинаю испытывать неловкость. Что он подумает? Не успела развестись, а уже цветы принимаю.
“Ника, не дури, мы не в восемнадцатом веке живём!”
– Я как понимаю, недолго тебе свободной ходить, – вдруг улыбается этот мужчина.
И у меня только один вопрос: “Он что, серьёзно умеет улыбаться?!”.