Тут мое природное обаяние дало не просто сбой, а сбоище! Тем не менее уверен, с ее мамой такого не случится. По крайней мере, ничто не свидетельствовало об этом.
Женщина деловито изучала снимки и заключение дочери. В очередной раз такие качества как педантичность и любовь к порядку сыграли на моей стороне. Все всегда имелось под рукой.
Я был в себе уверен и точно знал, что ничего предосудительного не делаю. Со всех сторон. Наконец-то женщина отмерла и представилась, протягивая руку:
— Любовь Ивановна.
— Андрей.
Она кивнула. Снова вернулась к просмотру документов, но потом задумалась. В итоге прямо пальцем указала на одну из строчек:
— Я так думаю, самая большая загвоздка вот в этом.
Отрицательно покачал головой, раскладывая перед ней еще несколько исследований. Так сказать, шах и мат:
— Скорее в этом или в этом. Она очень вовремя выиграла этот конкурс. Уже начались некоторые изменения, и дальше последствия могли бы быть еще хуже. Как вы видите, там даже челюсть поехала. Через десять лет она стала бы мечтой ортодонта.
Любовь Ивановна поморщилась. О да… Звук имени самых дорогих врачей в медицине (по крайней мере, одних из самых дорогих), словно скрежетание ногтей по стеклу впивался в мозг человека.
И эта очаровательная женщина не стала исключением. Брекеты, как правило, пугали людей в любом возрасте и положении. Я же внимательно следил за ее реакцией дальше.
— Да что ж это такое? Получается, я зря тут орала? Но все равно, Оксана мне ничего не сказала!
— Тут не могу с вами не согласиться. Совершенно неумный и безответственный поступок. В конце концов, вы самый близкий ее человек и вне сомнения поддержали бы ее идею. Особенно, если объяснить все нормально и по-взрослому, — не удержался от злорадства я.
Я мстил, и мстя моя была ужасна. Все же, я нашел тот рычажок, на который теперь можно было давить до бесконечности. Я даже готов был взять телефон женщины, чтобы в случае чего жаловаться Любови Ивановне.
И между прочим, я не испытывал от этого совершенно никакого чувства стыда! Напротив, мое желание сто процентов не было чем-то предосудительным. Оксана сама виновата!
Любовь же Ивановна усмехнулась. Глаза ее загорелись веселым огоньком, и я понял, что они с моей пациенткой внешне очень похожи. Только Оксана была, что ли, более аристократичной и утонченной копией матери.
— А я смотрю, она вас знатно достала. И, судя по волшебному аромату кошачьей мочи, догадываюсь чем. Но вот что я вам скажу… — она неожиданно отодвинула все бумаги в сторону и пристально посмотрела мне в глаза так, что аж пот пробил. — Каким бы обаятельным засранцем ты, Андрей ни был, моя девочка бы не стала просто так тратить мой запас валерьянки. Ты явно ей чем-то насолил, и если обидишь еще раз, то будешь иметь дело со мной!
Глава 14. Оксана
Мамочки родные! Как же страшно… У меня перед глазами пронеслось все детство, юность, молодость и вся скотина, что когда-либо жила у нас в доме.
Я когда увидела мать, с хмурым лицом выходящую из кабинета, то спешно подскочила и начала:
— Я сейчас все объясню!
— Да не надо, Оксана. Я все уже объяснил и предоставил вашей маме всю необходимую информацию. Что же вы близких людей в известность не ставите? — показался из-за ее спины Бедросович.
Нахмурилась, не понимая, о чем он. Посмотрела на мать, потом на него, потом снова на мать, и только тут до меня стало доходить. Да она даже не орет, и мужчина целый!
И не только целый, но и обнаглевший! Это он мне замечания делает? Да я ему, да я его… А потом я вспомнила про то, как совсем недавно мы заключили пакт о ненападении, и надулась как индюк. Мать тут же спросила:
— У тебя тут есть еще дела?
— Да, ей нужно еще подписать кое-какие документы и потом у нас фотографирование для контента в социальные сети.
Я уже ожидала бурю, так как моя мать не считала ничего важнее ее самой в этой жизни. Ну, уж точно не какие-то там фоточки для контента. Но ее следующая фраза повергла меня в шок:
— Тогда я по делам в сельхоз департамент, а тебя, красавица моя, буду ждать через два часа в кафе напротив.
Мама была в курсе, где я живу, и что там нам пообщаться не получится. Я же, мягко говоря, офигела. Стоило ли сказать, что я подумала о подмене? Кто эта спокойная женщина с многообещающим взглядом а-ля гильотина ждет меня?
— А что ты забыла в департаменте? — только и пролепетала я.
— Нос корове почистить хочу, разрешение нужно! — грозно ответила она, и я захлопнула свой рот.
Да не, точно мамка моя! Просто Бедросович ее как-то обработал. И это просто кошмар! Я что теперь должна ему? Но более того… Не удержалась и спросила тихим голосом:
— Так ты не будешь против…
— Операции? — гордо вздернула бровь она.
Я же нашла в себе силы только кивнуть, с замиранием сердца ожидая ее ответа. Неужели она, правда, не против и не будет мне запрещать?
— Конечно, нет! Доктор Андрей Бедросович все действительно объяснил и рассказал. Эта операция нужна тебе, пока пол-лица не рассыпалось. Кто ж знал, что тот перелом так аукнется? Я даже рада, что ты выиграла такую возможность.
Опешила. Это правда? Она реально согласна? Не удержавшись, широко улыбнулась и бросилась к матери обниматься. С плеч как будто целый пудовый груз сняли. Это надо же!
Мать если и удивилась, то виду не показала. Лишь по ее объятиям было заметно, что она, и правда, рада за меня. Вау! Вау! Ва-а-ау! Это для меня так важно…
В итоге я радовалась как малиновка и наверняка напоминала идиотку. Но все равно. После обоссаных тапок про меня хуже думать не станут. Это факт. В какой-то мере сама виновата.
Мимо нас попыталась проскользнуть какая-то медсестричка и тут же была захвачена в рабство моей родительницей:
— А ну-ка стой, красавица! Где тут у вас выход, милая, не покажешь?
А дальше она кивнула Душко и с видом царственной особы, не иначе как, направилась