— Да я сколько не пил! — резко повернулся к ней Вадим. — Ну, а тут черная полоса наступила, замордовали вы меня уже на этой кухне. Чо не выпить, если люди хорошие предлагают?
— Так, давайте вы дома будете отношения выяснять! — рявкнула я. — А сейчас по делу рассказывайте. Что было дальше? Ты подошел к незнакомцу, и вы начали пить? А ты хотя бы спросил, кто он, что он, почему вдруг на кухне оказался? Разве можно туда посторонних пускать?
Вадим обхватил себя руками, как будто ему вдруг стало холодно, и состроил задумчивое выражение лица. Понятно, в эти времена люди не ждут друг от друга плохого. Подумаешь, кто-то на кухню зашел, гостем будет. А с бутылкой так и вовсе хозяином.
— Как звали хоть этого мужика? — спросил Дима.
— Да я чо, помню? — откликнулся Вадим. — Вроде Димой, как тебя. А нет, не Димой. Во, вспомнил! Сергей! И тоже машины любит, как я. И служил у нас на Дальнем Востоке, оказывается. На Камчатке. А еще он звал меня к ним на Конский кут.
— Так он здесь работает, в Беловежской пуще?
— Ну да, а в бутылке самогонка была пущанская, — похвастался Вадим, — самая настоящая. И я смотрю, а этот Сергей так хорошо ко мне относится! Мы прямо друзья с ним стали! Ну, где одна бутылка, там и вторая. Только Сергей больше пить не стал, подарил мне вторую бутылку-то. Говорит, забирай, Вадюха, это тебе подарок!
— Ага, бутылку подарил, так все, — опять не сдержалась Тонька, — самый лучший друг!
— А что потом было? — заинтересовалась я. — Что за проблема возникла из-за этого мужика?
Вадим сфокусировал на мне мутноватые глаза.
— Потом достает он лукошко, такое маленькое-маленькое. И говорит мне: «Ты знаешь, мой начальник передает ценный подарок для Устиновского. Здесь грибы, которые он любит. Раньше мы их приносили для дорогого Леонида Ильича, а теперь, сам знаешь, его теперь нету. А традиция угощать высоких гостей осталась. Но грибов мало, они редкие, поэтому их только Устиновскому на стол подать надо, понял? Не вздумай сам съесть. Передашь? Ничего не забудешь? Все правильно сделаешь? А то меня начальство заругает». Ну, я лукошко взял, пообещал выполнить указание. В общем, простились мы, как старые друзья, договорились, что я к ним приду, на лошадках покатаюсь…
— А я хватилась Вадима, побежала его искать, — вступила в рассказ Тонька, — а он навстречу идет, и уже пьяный, рожа красная, походка шатающаяся. И говорит мне, мол, посмотри, что за грибы, можно ли их Устиновскому на стол подавать. А то, мол, мне они не нравятся.
— О, так у тебя хоть ума хватило проверить, — с одобрением взглянула я на Вадима, и тот мгновенно приосанился, — я уж думала, ты их сразу на стол Федору Дмитриевичу отнес.
— Ты забыла, что мы с Вадимом из деревни? — решила напомнить мне Тонька. — Мы такие вещи привыкли проверять с детства. Все, как бабушки с дедушками учили. Это вы, городские, ничего о грибах не знаете. А мы знаем, что есть грибы-близнецы.
— Как это близнецы? — изумилась я.
— Да так, что гриб может выглядеть на первый взгляд, как белый, но быть при этом ядовитым, — объяснила Тонька, — а у лисичек знаешь, сколько двойников?
— И с ягодами так же, — поддакнул Вадим, — тоже надо знать, какие можно есть, а какие нельзя. А нас с детства отличать учили. И мы, деревенские, нигде не пропадем.
— Ну знаете, я хоть и не деревенская, но тоже все подряд есть не стану. И что же, проверили вы грибы? — с замиранием сердца спросила я.
— Ну, Вадиму они сразу не понравились, — ответила Тонька, — я посмотрела и тоже поняла — отрава. Потом решили на собаке проверить. Подозвали собаку и предложили ей. Так она заскулила и назад попятилась, представляете?
Мы с Димой переглянулись. У него взгляд был, как будто рядом гром грянул. Думаю, мой вид не сильно отличался.
— Подождите, — пробормотала я, — а животные вообще едят грибы? Может, собака отпрянула…
— Еще как едят! — уверенно сказала Тонька. — В нормальных грибах же много полезного. Бывают такие грибы, которые единственное средство для животных от паразитов избавиться. Но тут не тот случай. Выглядят, как белые, но при этом настоящие мухоморы.
— Так мухоморы же сразу видно, — вспомнила я картинки из журнала «Здоровье», — те красные в крапинку.
— Нет, они разные бывают, — возразила Тонька, — не только красные, белого цвета тоже встречаются. Ну, а эти, которые для Федор Дмитриевича передали, знаете, я думаю, они очень медленного действия.
— То есть, ты хочешь сказать, он бы не сразу умер? — я невольно вздрогнула.
— Да, сначала бы все выглядело, как обычная простуда. Ну, а потом…
Она сжала губы, не в силах озвучить самое страшное.
— Так, Вадим, — Дима встал со своего места, — ты сможешь узнать этого мужика? Помнишь, как он выглядел? Я сейчас вызову Виктора, и мы прокатимся в Конский кут…
— Что? — Тонька тоже поднялась со своего места. — Ты соображаешь, что говоришь? Ты хочешь подставить Вадима под удар? Сама подумай, не могли же простые люди покушаться на такую фигуру, как Устиновский! Я думаю, это могли сделать только очень опасные люди! А теперь они поймут, что Вадим не передал отраву, и станут его преследовать! Мстить!
— Я покойник! — простонал Вадим не самым трезвым образом и закрыл лицо руками. — Меня же теперь уберут!
— Успокоились все! — я тоже подскочила. — О случившемся надо обязательно доложить Федору Дмитриевичу! Но, прежде всего, мы должны собрать как можно больше информации. А иначе, о чем мы будем говорить? Где, кстати, эти грибы?
— Я их спрятала в холодильнике в нашей комнате, — проговорила Тонька растерянно, — выбрасывать пока не стала.
— Правильно, — кивнула я, — отдадим их на экспертизу. И в Конский кут, я