— А я подумал это ваша работа, — хмыкнул он.
— Не перегибайте, — покачал я головой.
— Можем выйти на минуту? — спросил он.
— Да оставайтесь, — пожала плечами Катюха. — Я выйду. Буду ждать внизу, в кафе.
— Нет-нет, — возразил я. — Выйдем мы, а ты подожди нас здесь.
Чердынцев кивнул, понимая мою мысль. А она была абсолютно простой и заключалась в том, что если уж такие чудеса происходили в пустом номере, то здесь могла бы появиться и техника какая-нибудь. Пойди найди её при современном-то уровне технологий.
Мы спустились на скоростном лифте и вышли из гостиницы. Прошли метров тридцать по тротуару и остановились у края дороги, по которой с шумом проносились машины.
— Итак, Александр Николаевич, если работа не ваша, то чья?
— Ты серьёзно думаешь, что это я успел метнуться сюда, перерыть твою комнату и потом убраться?
— Ну теоретически… Думаю, вы бы вполне могли это сделать. Если уж вы узнали, на каком самолёте и куда я лечу, кто бы вам помешал и кто бы вас остановил, если бы вы решили узнать, в какой гостинице я живу?
— Не знаю кто, — пожал он плечами. — Но я этого не делал.
— Тогда чья же это работа, по-вашему? Садыка или Ширяя?
— Полагаю, если бы это был Садык, то он действовал бы через меня, — нахмурился Чердынцев.
— Это не факт, — пожал я плечами. — Он же не знает, что вы здесь. Или знает?
— Если бы я пытался тебя обмануть, я бы сказал ему, что лечу в Дубай. Но я не сказал и улетел в Армению.
— А Садык знает, что мы сотрудничаем? — вопросительно кивнул я. — Я деликатно обходил этот вопрос, но, возможно зря.
— Да, он знает, — кивнул Чердынцев.
— И он полагает, что я вам доверяю?
— В известной мере — да, — снова кивнул он. — Он думает, что ты поверил, что я хочу его кинуть. И стать, условно говоря, твоим другом. Таков был изначальный план Садыка.
— Зашибись. А на самом деле как?
— Ну… как оно на самом деле, можешь сказать только ты. Я же не могу знать наверняка, доверяешь ты мне или нет. Сам реши.
— Учитывая, что вы получили задание втереться ко мне в доверие… — прищурился я, — и убедить меня, что ради денег Щеглова хотите кинуть своего босса, а также то, что, когда после звонка вам я пришёл в свой гостиничный номер, и он оказался перевёрнутым ещё до моего прихода… Да, доверяю. Безусловно и безоговорочно.
— Не меняй причину и следствие местами.
Я кисло улыбнулся:
— Охренеть, Александр Николаевич, просто охренеть.
— Понимаю, — согласился он, — ситуация выглядит так, будто всё действительно санкционировано Садыком. Но хохма-то как раз в том и состоит, что всё, что я тебе говорил о наших отношениях — это правда. То есть, по сути, я выполняю задания, играю роль согласованную с Садыком, но по факту заинтересован в сотрудничестве с тобой, а не с ним.
— Охренеть, — ещё раз сказал я. — И мы оба — и я, и Садык — вам верим. Вы двойной агент… даже и не знаю, как ещё это можно сформулировать.
— Ну типа да, — кивнул Чердынцев. — Садык мне доверяет.
— Круто, Александр Николаевич, круто быть тем, кому доверяют все.
— И да, и нет, — покачал он головой. — Как видишь, сейчас в наших отношениях повис принципиальный вопрос…
— Угу, — покачал я головой. — А адвоката кто грабанул, вы случайно не знаете?
— Какого ещё адвоката? — удивился Чердынцев.
— Того самого, у которого я оставил пакет с документами на хранение.
— С какими документами? — нахмурился он.
— С очень важными.
— Объясни уже!
— Стал бы я какую-нибудь чепуху оставлять у незнакомого адвоката?
Чердынцев пристально посмотрел мне в глаза. Во мраке видеть их было непросто, хотя здесь кругом горели огни. Врать в такой обстановке было бы удобно, если бы мне это понадобилось. Ну, и ему соответственно тоже.
— Это те самые документы? — снова спросил Чердынцев, не утрачивая настойчивость.
Я снова ничего не ответил, глядя ему прямо в глаза.
— Твою мать! — покачал он головой и взмахнул руками. — Нахера ж ты ей их отдал? Адвокатше, то есть.
— Ну хотя бы для того, чтобы меня не грабанули. Вот вы, например, дали бы по башке в номере, залезли в рюкзак, забрали документы и… адиос. Садык, готовь мне орден и подполковничью звезду, так?
— Фу-ты ну-ты! — раздосадовано воскликнул Чердынцев. — Опять двадцать пять!
— А теперь рассмотрим вопрос, который сейчас интересует всех. — Кто же, всё-таки, это сделал? Вы утверждаете, что не Садык, правильно?
— Ну по крайней мере я от него ничего подобного не слышал, — сгладил он формулировку. — И я его, как ты знаешь, не информировал о своей поездке.
— И как вы будете выкручиваться, если вы не информировали босса об отъезде?
— Скажу, что принимал решение экстренно. Торопился.
— Нифига себе экстренно. Вы добирались целый день, и что, не было времени составить донесение?
— С этим я разберусь, Сергей. Не беспокойся.
— Значит, — как бы размышляя вслух продолжил я, — скорее всего Ширяй. Правильно? Ну, не Варвара же?
— Этой-то зачем твои документы? Она-то что с ними сделает? — довольно мрачно ответил Чердынцев. — Впрочем, зависит и от того, какие именно там бумаги… — Что там?
Я усмехнулся, отмечая мастерство, с которым он раз за разом задавал один и тот же вопрос.
— Послушай, — сокрушённо покачал он головой, — тебе всё равно придётся принять решение о том, будешь ли ты мне доверять или не будешь. Понимаешь? Ну, так прими его уже сейчас.
— Да я себе не верю, Александр Николаевич, а вам… Вам верю.
Он нахмурился. Мы помолчали, глядя на несущиеся мимо роскошные тачки.
— Итак, это те самые документы, которые все ищут. Я правильно тебя понял? — сделал новый заход Чердынцев.
— Это, Александр Николаевич, невероятно важные документы. — ответил я и тоже заглянул ему в глаза.
Впрочем в его взгляде хрен, что можно