Нападавшие выбрали второй вариант, кинувшись на графа с разных сторон. Что я там говорила, что он, судя по всему, умеет обращаться с оружием? Я была не права – он владел им виртуозно, слившись со сверкающим клинком в единое целое. Движения были столь быстры и стремительны, что я видела лишь блики на стали, когда на нее попадали лучи солнце. Вспышка, и острие меча прижалось к горлу одного из нападавших, заставив его с поклоном отступить. Вспышка – и круг рассеян, двое остальных теперь кружили на безопасном расстоянии, подступая к могучему зверю спереди и сзади, но боясь приближаться вплотную.
– Терон, Каспиан, – граф выглядел расслабленным, но это было обманчивое впечатление, – это все, на что вы способны? Темно-синие глаза опасно сузились, и Рейвен сделал стремительный выпад. Только что он стоял на месте, а в следующий миг противник, что был за его спиной, уже лежал на спине обездвиженный, а граф сидел на нем сверху.
– Ты выбыл, Каспиан, – равнодушно проговорил он, и названный Каспианом с почтением поклонился и присоединился к другому своему товарищу, чтобы продолжить следить за поединком.
Теперь графу противостоял рослый мужчина, практически ничем не уступающий ему в росте и ширине плеч. Светловолосый гигант с голубыми глазами мазнул взглядом по замку, на мгновение задержал его на мне, и чему-то усмехнулся, бросаясь в атаку на противника. Мечи сверкали, высекая искры на солнце, когда мужчины сходились вплотную, и были практически не видимы, когда противники вновь расступались, выискивая слабые стороны друг друга.
Я понимала, что это всего лишь тренировочный бой, и вряд ли они собираются наносить увечья друг другу, но все равно, сердце сжималось всякий раз, когда они начинали танцевать свой завораживающий, смертельно опасный танец смерти. Казалось, никто из них не уступал друг другу в мастерстве, поэтому я удивленно моргнула, услышав слова графа, сказанные так спокойно, как будто он находился сейчас где-нибудь на светском приеме:
– Сдаешься, охотник* (*Терон переводится как охотник)?
– Не так быстро, Рейв, – светловолосый оскалился, и клинки вновь запели вечную песнь войны, мелькая так быстро, что я не могла за ними уследить.
Я видела, что Терону приходится непросто, тогда как граф, казалось, не ведал усталости, двигаясь все так же стремительно и непринужденно, и я вдруг каким-то шестым чувством поняла, что для него эта тренировка – всего лишь игра с беспомощными маленькими котятами, и то, что он до сих пор не прекратил бой, было лишь его собственным желанием, но никак не мастерством противника.
По спине пробежала ледяная волна страха. Какова же тогда его истинная сила? И хочу ли я вообще это узнать?
В какой-то миг Терон пропустил удар, и острие меча пропороло его рубашку, слегка оцарапав кожу на боку. Я испуганно вскрикнула, даже понимая, что граф вовремя остановился, как и его противник, застывший на месте.
Но я не смотрела на него, не в силах отвести взгляд от опасной синевы глаз, смотревших прямо на меня. Синевы, в которой полыхало багровое пламя, никак не могущее принадлежать обычному человеку.
…Остаток дня я вновь провела, предоставленная сама себе: гуляла по замку, знакомилась со слугами, которых оказалось, к моему удивлению, совсем немного. Как оказалось, для бала, на котором я присутствовала, их специально нанимали в городе. Надолго задержалась около запертой портретной галереи, задумчиво глядя на тяжелую дверь.
Что там говорила Талия, что она давно закрыта на ремонт? Возможно, так оно и было. Вот только тяжелая бронзовая ручка в виде оскаленной морды льва сияла, как новенькая. Как будто ее часто касалась рука. Как будто кто-то посещал эту галерею, и довольно часто.
Вечером мне, как обычно, принесли ужин в покои. Я хотела спросить у Лиры, почему в замке не принято трапезничать в обеденном зале, но промолчала. Другие мысли занимали меня: я одновременно и хотела, и боялась увидеть Рейвена, в полной уверенности, что он придет ко мне вечером, как приходил до этого.
Но я снова ошиблась. Граф так и не пришел, хотя я прождала его до глубокой ночи. Круглый желтый глаз полной луны плыл по бархату неба, когда громкий стук копыт разнесся по брусчатке, и я подошла к окну, отодвигая тяжелые бархатные портьеры. Чтобы увидеть, как Рейвен пускает в галоп огромного вороного жеребца, уезжая из замка. За его спиной, подобно крыльям диковинной птицы, развивался черный плащ с багровым подбоем, и сердце вдруг сжалось от тревоги и чего-то еще. Быть может, от… ревности?
*****
Рейвен
На эту ночь у меня были совсем другие планы. Пусть Ами пока боялась меня, и я видел в ее глазах смятение и недоверие, это ровным счетом ничего не значило. Она все равно будет моей, и я собирался сделать все, чтобы это случилось как можно раньше, и этот маленький недоверчивый зверек начал есть прямо с моей ладони. Я слишком долго ждал… подожду и еще, главное, что теперь она в моем замке и в моей власти.
Я уже направлялся в ее покои, предвкушая наш вечер наедине, когда по дороге меня перехватил Терон. И одного взгляда на друга мне хватило, чтобы понять: случилось что-то плохое.
– Говори! – я мрачно смотрел на него, понимая, что свидание с Ами придется отложить.
– Дэймон и Каспиан нашли следы чужака при вечернем объезде.
Мы оба обменялись понимающими взглядами.
– Как далеко от замка?
– Рядом с Красным клыком* (*название горы): судя по всему, он останавливался на ночлег возле горного ручья.
– А его самого? – отвернувшись от друга, я оперся руками о каменный подоконник, сам не заметив того, что многовековой камень начал крошиться под пальцами, и уже догадываясь, какой ответ сейчас услышу.
– Прости, Рейв, они его упустили, – Терон покаянно опустил голову.
– Не страшно, друг, – я спрятал эмоции и знал, что выгляжу сейчас абсолютно спокойным, хотя внутри бушевал ад. Мой личный ад, сотканный из пепла разбитых надежд и горечи потерь. – Я найду его сам.
– Я поеду с тобой.
– Нет, – прозвучало чуть резче, чем я хотел. – Ты останешься в замке и проследишь, чтобы все было в порядке.
Быстрый, острый взгляд в мою сторону,