— Теперь все будет хорошо?
— Несомненно.
Мне становилось легче.
Колючий холод и сдавленность в груди заменялись теплом и осознанием, что самое страшное действительно позади.
Кристофер коснулся моих губ последним коротким поцелуем и отпустил. Я притянула сползшее одеяло, смущенно отводя глаза.
— Как долго я тут лежу?
— Почти неделю.
— Неделю?! — вскинула пораженный взгляд на мужа.
Он встал и развел руками.
— Проклятье, которым огрел тебя Никос, смертельно. Обычный человек не прожил бы и часа.
— Ох, Никос… — в памяти яркой вспышкой возникла картинка огненного озера и человека в его смертельных волнах. Ни капли сочувствия в душе не шевельнулось. — А Оскар? Его семья? Мне необходимо немедленно изгнать предателей с моих земель! И разузнать, кто еще состоит в этом фанатичном ордене.
Я отбросила одеяло в сторону и встала. Длинная сорочка спустилась до самых пят. Решительность захватила с головой, даже неподобающий вид сейчас был для меня не важным.
— Кристофер, — сдержанно проговорила я. — Мне надо одеться.
— Чтобы бежать рубить головы с плеч? Нет, Амелия, это подождет.
Я возмутилась.
— Что значит: «подождет»?
— Всех причастных я заключил под стражу. Тебе решать, какое наказание им понести. Но они ждали неделю, еще один день ничего не решит.
Я нахмурилась, не понимая, к чему он клонит. Муж приблизился, поднял руку и провел костяшками пальцев по моей щеке. Кожа тут же вспыхнула огнем, захотелось податься навстречу этому мимолетному касанию.
— Ты только пришла в себя, отдохни. Прими расслабляющую ванну, поешь, возьми на руки нашу дочь…
По спине пронеслась дрожь. Я не скоро освоюсь в этой новой реальности.
— А потом, когда ты будешь способна принимать взвешенные решения, мы поговорим.
— О чем? Я готова обсудить все прямо сейчас.
— Не думаю.
— Кристофер!
— Это поместье — одна огромная могила. Напоминание о трагедии, которую тебе пришлось пережить когда-то. Я не считаю, что это подходящее место для нашего дома.
Я на это лишь приоткрыла рот, растерянно хлопая глазами.
— Вот видишь? Не самое подходящее время для таких сложных решений. Отдыхай, Амелия, и ни о чем не беспокойся.
Кристофер скользнул задумчивым взглядом по моему лицу, отступил на шаг, а затем повернулся и ушел. Я осталась стоять, как громом пораженная.
«Не беспокойся»?
С одной стороны, я теперь не думала об Оскаре и всей его шайке фанатиков, но с другой, глубоко озадачилась вопросом дальнейшей жизни. Если поместье Фортайнов «не то» место, какое тогда «то»?
Неужели Кристофер подразумевал империю драгхаров — Аднар?
Если даже и так… почему я в первую очередь подумала именно о ней?
Глава 31
Кристофер
Я стоял перед разломом в скале и задумчиво всматривался в темноту. После происшествия, пещера с источником поменяла облик. Она больше не дышала магией так сильно, как в тот день, когда найденный в лесу меч-артефакт привел меня сюда. Источник отдал большую часть силы Амелии, нашей дочери и мне, но все еще питал поместье магией.
Ею мне и предстояло воспользоваться, сделав последний шаг на пути перерождения.
Неделей ранее мое трансформированное тело, обратившееся в самого настоящего дракона, разрушило последнюю преграду, отделяющую меня от семьи, которой грозила беда. Уже сейчас я смутно помнил свои ощущения в тот первый раз, когда разумом завладел кто-то другой — гораздо более могущественный, сильный, совершенный, нежели обычный человек. Я бросил тело убитого драгхара недалеко от его особняка, навел чары стазиса и скрыл от посторонних глаз. А потом метнулся на зов о помощи, что разрывал мою душу на части. Попав в поместье Фортайнов, я метался по территории, как слепой кот. Чужая магия путала меня, не давала отыскать пещеру. Пока под ноги не попался брошенный в лесу артефакт. Достаточно было поднять меч с земли, как тот засветился белым светом и направил мою руку в правильную сторону.
Казалось, с того момента прошла вечность, а не семь дней.
По событиям так и было. Столько всего ужасного и переломного не могло зародиться, возрасти и прийти к кульминации за столь короткий срок. Это зрело годами, спало, в ожидании моего появления в нужном месте в нужный час.
Сейчас же, стоя на пороге неизвестности, я чувствовал лишь опустошение и холод. Разлом манил, обещая ответы, но в то же время пугал своим безмолвием. Я знал, что за этой чертой меня ждет не просто продолжение пути, а окончательное перерождение. И я должен был быть готов к этому, даже если цена окажется слишком высокой.
Мне предстояло отказаться от простого человеческого существования, перечеркнуть все привычное, принять свою сущность, что спасла мою истинную пару и дочь. Но тогда я приму всю ответственность за убийство драгхара, в котором еще не признался. Если б было так просто… Крылатый подонок — младший брат Рейзора Аргера. А без него я бы так и не узнал о своем предназначении, не задался целью отыскать источник, не встретил Амелию…
Подумав о ней, я тут же отбросил все сомнения. Да, будет нелегко. Граф Ингелберт, каким был до сегодняшнего дня, канет в пучину прошлого. Он поменяется местами с драконом. Настоящим крылатым огнедышащим зверем, которого не видели в небесах Норридана… да что там, самого Аднара уже очень много лет.
Который хладнокровно переломил пополам мерзавца, посягнувшего на его истинную.
Который без малейшего сомнения бросил в пылающее озеро человека, а потом равнодушно смотрел, как тот заживо сгорает.
Пугало ли меня подобное?
Нет.
И это, на самом деле, самое страшное. Я понимал, что способен на ужасные поступки, если это касалось защиты или отмщения тех, кого люблю.
Люблю… Нет, драконом это чувство воспринималось инче. Ярче, сильнее, масштабнее. Оттого и диапазон поступков, на которые он способен ради «своих» гораздо шире.
Сделав глубокий вдох, я шагнул в темноту.
Мрак обволок меня, словно саван, вытесняя последние отголоски солнечного света. Я падал, не ощущая ни земли, ни воздуха, лишь всепоглощающую пустоту. И в этой пустоте начали проявляться образы — обрывки воспоминаний, кошмарные видения, лица тех, кого я любил и потерял. Они мелькали, кричали, тянули ко мне руки, пытаясь удержать или предостеречь.
Затем появился свет. Слабый, дрожащий, но он рос, приближаясь, пока не превратился в ослепительное сияние. И в этом сиянии я увидел… себя. Но не того себя, которого знал. Это был дракон, величественный и грозный, а в его глазах читалась печаль, вселенская тоска.
Он молча смотрел на меня, словно ожидая чего-то. Я почувствовал связь, неразрывную и древнюю. Это была моя истинная сущность, дремлющая внутри,