Столь масштабный сбой вызвал мощное землетрясение. Оно раскололо материки на части, в пыль стерло острова, а работавшие в полную мощь порталы разбросали все, что осталось живо и цело по разным мирам.
В рандомный мир их вышвырнуло буквально с куском суши, некогда бывшим городом или цветущим островом. Осколки рухнули в океан, после чего волной цунами смело большую часть населения материка, на котором потом обосновались сами драконы.
Но, очутившись на чужой земле, крылатые лишились источника силы своего мира.
Оказались отрезаны от магии, что делала их теми, кем они являлись. Каждое следующее поколение рождалось слабее предыдущего, а затем вовсе исчезла способность обращаться в зверя.
Так появились драгхары, что в переводе с древнего языка означало: «сердце дракона». От предков у них остались лишь крылья, некоторые особенности внешности и магия, отличная от людской.
Крылья они научились скрывать, но даже без них принять драгхара за обычного мужчину невозможно. Они более высокие, сильные, их глаза бывают таких оттенков, которых у людей никогда не встретишь.
А еще, они любили окружать себя драконитами. Что это такое?
Всего лишь горная порода из драконьего мира, попавшая сюда с осколками их суши.
Не обработанный, он похож на уголёк, и простые люди не находят в нем ничего ценного. Только драгхары могут его почувствовать. Этот камень усиливает их магию. Обработанный, он становится прозрачно-тёмным в спящем виде. Просыпается от магии драгхаров и принимает свой цвет, под стать их силе, с различными всполохами внутри, лучиками и прочими световыми эффектами.
Его находят по берегам, после сильных штормов. И ценны они для драгхаров не потому, что дороги. Да, их использовали в создании украшений и как артефект, подпитывающий силу, но в большей степени, драконит был памятью. Частичкой навсегда потерянного мира.
Именно поэтому камни могут питать и увеличивать силу драгхаров. Они хранят в себе их родную магию. Но этого все равно мало, чтобы вернуть им способность обращаться в драконов.
Они не планировали сюда приходить и вообще не знали о нашем существовании.
Попав на тот материк, они сделали то, что умели лучше всего — развязали войну.
Практически истребили остатки людей, что там жили.
Кто-то сумел сбежать сюда, на территорию девяти королевств, одно из которых — Норридан, но большая часть погибла. Драконы оставляли разве что детей — для рабского труда, и девушек — для утех. Так и узнали, что человеческие женщины умирают от воздействия драконьей магии. Угасают, подобно уголькам, выброшенным из костра.
И все это: драконы, а затем драгхары с их драконитами и тайнами — обосновалось через океан отсюда. Они веками не контактировали с людьми, живущими на других материках. Официальное открытие границ между ними произошло совсем недавно, а самые первые торговые отношения стали развиваться каких-то двадцать лет назад.
Драконье яйцо здесь никак не могло оказаться. В небе Норридана никогда не появлялись драконы. По крайней мере, об этом нигде написано не было.
Взглянув на Никоса, я с уверенностью сказала:
— Покажи! Огонь уже потух, проводи меня в свой погреб.
Дед озадаченно почесал макушку и с сомнением посмотрел на пепелище.
— Если от него вообще что-нибудь осталось…
— Даже если нет, хочу увидеть это собственными глазами!
Сказав это, я уверенно двинулась вперед. Никос пошел следом, опираясь на держак лопаты, который успел вытащить из огня. Обычно опора при ходьбе ему не требовалась. Особенно, когда по горам шатается, в поисках таинственных пещер!
Я выдохнула, приказав себе успокоиться. Охватившее меня раздражение ни к чему хорошему не приведет.
Погреб деда Никоса находился прямо под полом узкой кухоньки. Сейчас вместо досок на том месте зияла черная дыра, присыпанная синеватым пеплом и подпаленными щепками.
— Славно рвануло… — протянула я, наклоняясь над ямой. — Это чудо, что тебя тут не оказалось, дед.
Он молча оставил держак рядом со мной, а сам притащил из сарая лестницу. Спустил ее вниз, проверил, крепко ли стоит, и взглянул на меня.
— Ну, вот. Прошу.
Я с сомнением посмотрела на самодельную лестницу, длинны которой едва хватило, чтобы достать до пола погреба. Вздохнула. Что ж, сама захотела посмотреть.
Подобрав подол длинной юбки, схватила его в охапку одной рукой и полезла вниз. Никос пригладил бороду, оперся ладонями на колени и принялся наблюдать за моими стараниями поймать следующую перекладину подошвой. Когда я оказалась на месте, он меня окликнул:
— Хозяйка, возьмите, пригодится.
Задрав голову, успела заметить летящий в меня артефакт. Поймала этот небольшой прозрачный шарик, легонько сжав в ладони. Он тут же засветился, освещая сгоревшее пространство.
Здесь Никос хранил заготовки на зиму. Банки, к сожалению, повзрывались от жара пламени, а их содержимое уничтожилось почти под ноль. На полу обнаружились остатки ящиков и жестяных коробок.
Осторожно двигаясь по кругу, я заглядывала под горы мусора и разгребала ногами пепел.
Как должно выглядеть драконье яйцо? Оно явно больше куриного… И, скорее всего, не белое. Но, какого бы размера не оказалось, осталось ли от него что-нибудь после такого взрыва, а затем пожара?
Чем дольше я находилась в этой обугленной яме, тем сильнее мной завладевало разочарование.
— Ну, чего там? — послышалось сверху. — Уцелело хоть что?
Я прикусила губу, направляя свет артефакта в неизведанные углы. И вдруг заметила нечто странное. Вернула лучик обратно, замирая на месте.
— Тут что-то… У дальней стены. Большой камень.
— Да не камень это, яйцо! Неужто цело?
Я вскинула брови, чувствуя, как внутри все сжимается и становится трудно дышать.
— Яйцо?.. — прошептала, медленно ступая вперед. — Ну ни черта ж себе.
— Чего?
— Оно огромное! — громче проговорила я. — Как ты его приволок?
Камень по форме и правда походил на яйцо. Стоя… Лежа? Находясь на полу, оно достигало мне до колена! И было на вид целым.
Приблизившись, я склонилась над чудесным предметом, водя артефактом над ним, освещая. Свет стал особенно ярким, проявляя все трещинки и узоры на каменистой поверхности. Затаив дыхание я протянула руку. Сжала ее в кулак в нерешительности.
Ох, надеюсь оно не бомбанет повторно!
Зажмурившись, все же приложила ладонь к яйцу. В сознании вспыхнул яркий свет! Распахнув глаза, посмотрела на свою руку. Ничего не происходило, но я чувствовала нечто особенное, переполняющее теплом мое сердце.
— Тут никого нет, — вдруг произнесла я, не понимая смысла этих слов.
Мне просто захотелось это сказать.
— Чего? — снова подал голос Никос.
Я положила артефакт на пол рядом и коснулась яйца второй рукой. Стало так грустно… Душа тоскливо сжалась.
— Как жаль. Тут