Меня одолевают эмоции, я переполнена чувствами, и каждая клеточка моего тела ощущает эту пытку. Вчерашний вечер лишь сильнее разнес этот шторм внутри меня, с которым я не была готова справиться. Я пытаюсь осознать, каким образом все это могло произойти, каким образом моя жизнь может быть так перевернута с ног на голову.
Мы продолжаем молчать, когда машина подъезжает к больнице. Мое сердце колотится, а мысли кружатся в голове, и я понимаю, что это только начало.
Дальше все будет только сложнее, поэтому мне нужно действовать очень быстро.
Сейчас в моих руках наше с братом будущее.
Быть может, поездка к Роме окажется тем, что мне действительно сейчас нужно.
Я просто жажду покоя и времени для себя, чтобы справиться с этой внутренней борьбой и разобраться в своих эмоциях.
Но сейчас это кажется слишком большой и непозволительной роскошью.
И мои ощущения меня не подводят, так как оказавшись в школе, меня ждёт очередной удар под дых.
41
Я немного опаздываю на первый урок, потому что мы с отцом долго стоим в пробках.
Но после того, как удалось провести с Ромой полчаса, я нахожусь в отличном настроении.
Даже очередные нападки отца не способны его испортить.
Войдя в класс, я сразу чувствую облегчение. Ученики уже заняли свои места, а на доске написана тема урока. При этом учительница как раз отошла за мелом.
Немного замечая недовольные взгляды со стороны одноклассников, я быстро иду к своему месту и достаю из сумки все необходимое.
Не могу не заметить, каким взглядом меня окидывает Злата.
Смотрит с сожалением и обидой, а как только я поднимаю на нее глаза, сразу в спешке отводит свой взгляд.
Делаю глубокий вздох и сразу же выдох.
Обида заливает до краев, но я наверняка знаю, что сделала все правильно.
Просто нужно время, чтобы привыкнуть и отпустить эту ситуацию.
После первых занятий не сталкиваюсь с Давидом. Это слишком странно, но если честно, то именно то, что мне сейчас нужно.
Я слишком волнуюсь из-за произошедшего вчера. По коже от одних только мыслей пробегают мурашки.
До сих пор не могу все осознать и принять.
В голове никак не укладывается тот факт, что Давид изначально был серьезен в своих намерениях.
Это одновременно немного пугает и вызывает тысячу вопросов, но в тот же момент я не могу не признать того, что рада этому.
Глупо не признавать того факта. что за последние недели мы сблизились.
Он неожиданно стал для меня дорогим человеком.
Слишком быстро. Настолько, что это буквально ломает мой мозг.
Но этой встречи явно нельзя избегать вечно. И она происходит в момент, когда я совсем этого не ожидаю.
— Привет, — звучит позади меня и я ощущаю ладонь Давида, которая касается моего плеча, а после его губы на своей макушке.
— Привет, — отвечаю едва слышно и так и замираю с бутербродом в руках, который не успела поднести к губам.
Кажется, уже и не смогу этого сделать.
Сердце от волнения настолько быстро стучит, что аж дышать становится сложно.
Довольно быстро я осознаю, что пропустить воздух и подавить волнение не получится. Чувствую, как краска разливается по моим щекам, и жар охватывает мое тело. Мы стоим рядом, но все вокруг теряет свой смысл. Я чувствую только его присутствие, его тепло и его взгляд, который проникает куда-то внутрь меня. Мир вокруг меня замирает, и я забываю о всех своих переживаниях и проблемах. В этот момент есть только я и Давид.
Мы смотрим друг на друга, словно взглядами передаем множество эмоций и чувств.
Время окончательно замирает, когда его губы наконец находят мои.
Это не такой поцелуй, как вчера. На этот раз он просто одним движением касается моих губ и отстраняется.
Но эмоции, которые накрывают меня мощной волной, нисколько не уступают вчерашним.
— Прости, — он хмурит брови. — Мне поставили тренировку вместо занятий, поэтому не было возможности найти тебя раньше.
— Все в порядке, — не сильно уверенно, но произношу я.
Теперь окружающие ученики смотрят на нас с еще большим интересом. Невозможно не обращать внимания на то, как они начинают шептаться, группируясь в кучки.
— Как там мама? — спрашиваю, пытаясь унять дрожь в теле.
— Все по-прежнему, — Давид пожимает плечами. — Как ты? Тебя никто не трогал? Сообщения больше не приходили?
Столько вопросов, что сложно сконцентрироваться на конкретном.
— Нет, все хорошо, — заверяю его. — Ну, настолько насколько в целом это возможно.
Не скажу же я прямо о том, что намного больше всего хауса, который происходит в моей жизни, меня сейчас волнует то, что случилось между нами вчера.
— Ты сама не своя, — подмечает он, внимательно рассматривая меня.
— Просто… — делаю глубокий вдох. — Нам нужно поговорить, наверное. Потому что я совсем не понимаю ничего после вчерашнего вечера.
— Это нормально, Дарина, — он растягивает губы в ухмылке. — Я отвечу на все твои вопросы.
— Давай только не тут, — я еще раз осматриваюсь по сторонам и понимаю, насколько внимательно все за нами наблюдают.
— Хорошо, — он кивает головой и неожиданно берет меня за руку. — Выберем более уединенное место.
Сердце делает кульбит в груди от волнения.
Мы идем по коридору, все еще держась за руки. Вокруг переплетаются шумы и голоса, но мы как будто находимся в своем собственном мире.
Смотрю на Давида и понимаю, что все-таки не готова задавать подобные вопросы прямо сейчас.
Волнение затягивается в клубок и давит.
Обратного пути нет, да и времени поговорить у нас будет достаточно, так как это самый большой перерыв длиною в полчаса.
Как все так могло измениться. Вчера мы были просто одноклассники, а сегодня... Все еще не могу поверить, что это происходит на самом деле.
Мы выходим на улицу и направляемся к аллее, расположенной сразу у выхода со школьного двора.
Уже далеко от глаз посторонних останавливаемся и смотрим друг на друга. Между нами буквально витает нерешительность, волнение и ожидание. Скорее всего с моей стороны, потому что Давид, как всегда, выглядит, как непоколебимая скала, которой все нипочем.
Делаю глубокий вдох и ни одного выхода.
Наконец, не выдержав и спрашиваю:
— Что произошло? Что мы? Что это значит? — слова путаются, а сердце стучит настолько сильно, что буквально заглушает их.
42