Прикусываю губу, тяжело дыша. А затем беру Адама за руку и тяну за собой в свою комнату.
51
— Эмили, — его голос срывается, когда я, затянув своего истинного в комнату, закрывая за нами дверь.
Часто дышу, вдыхая его приятный запах. Мои руки покалывает от желания потрогать его лицо. И я, почти сгорая со стыда, делаю это. Приподнимаюсь на носках и обхватываю его лицо, смотря в жёлтые яркие хищные глаза. Адам задерживает дыхание, и я ощущаю дрожь в его теле.
— Малыш, — хрипло шепчет, а затем кладёт руки на мою талию, до мимолётной боли стискивая её.
Под его ладонями моя кожа горит, ей безумно нравятся его прикосновения. Из моего рта вырывается секундный писк, когда он с лёгкостью поднимает меня так, что наши лица оказываются на одном уровне. А затем набрасывается на мои губы в ненасытном поцелуе. Несёт меня на мою небольшую кровать, аккуратно кладя на неё. Нависает сверху, не прерывая поцелуя.
— Я люблю тебя, — говорит, отрываясь и начиная целовать мою шею. Втягивает нежную кожу, снимая с моих плеч куртку. Аккуратно отбрасывает её. И вообще, он делает всё медленно и аккуратно. Сдерживается, я замечаю, что его тело напряжено. Это не тот Адам, что, словно оголодавший зверь, набрасывался на меня против моей воли. Этот Адам считывает реакции моего тела, стараясь не причинить боли, хоть это и тяжело ему.
И я благодарна. Мой истинный может быть прекрасным парнем. Уважающим мои желания и просьбы.
А ещё он улыбается. Поднимается с меня и скидывает свою куртку и футболку. Мышцы перекатываются под его кожей, притягивая мой взгляд. Сглатываю. Адам садится рядом на кровать, приподнимая меня за талию и сажая на себя сверху, так, что я промежностью чувствую его возбуждённость.
— Ты самая красивая, — говорит, стягивая мою розовую кофточку.
— Ты тоже, — отвечаю смущенно, трогаю его чёрные волосы. Они жёсткие, но мне так нравится зарываться в них пальцами.
— Правда? — вскидывает бровь, улыбаясь.
— Ты всегда был красивым засранцем, — отвечаю, закусывая губу.
Адам рычит, а после поднимает мой топик, тут же губами накидываясь на сосок. Вдыхаю протяжно через нос, прикрывая глаза.
Боже…
— Я не сделаю тебе больно. Никогда, — шепчет, заглядывая в глаза. — Веришь?
На дне его глаз всё ещё таится некая вина за все поступки. Он гладит моё колено, что иногда даёт о себе знать слабой болью. Он смотрит на него, проводя чуть шершавыми подушечками пальцев.
— Прости меня, Эмили, — крепче прижимает меня к себе, так, что я грудью соприкасаюсь с его голым торсом.
Я киваю, облизывая губы и сама целую его. Он избавляет меня от джинсов и снова садит на себя. Сжимает мои бёдра, целует ключицы, а я начинаю на нём ёрзать. Так хочу его сейчас. Всё ещё помню, как мне было хорошо с ним в домике.
Он пальцами пробирается под мои трусики и надавливает на чувствительную точку. От этого по моему телу ток проходит. Я издаю всхлип, цепляясь пальцами за мощные плечи. Адам впивается в мой рот жадно, продолжая массировать влажную плоть, с каждым разом всё быстрее. И я стону в его губы. Внизу живота становиться нестерпимо жарко.
А потом всё резко меняется. Я лежу на кровати, а он уже между моих ног. Ласкает меня языком, и от удовольствия я раздвигаю ноги шире. Зарываюсь в его волосы, откидывая голову назад. Нереально. И когда я чувствую, что скоро взорвусь, мои бёдра не слушаются. Я кручу ими, подстраиваясь под язык Адама, уносясь в космос.
— Охуенная. Моя, — он целует мои складки, пока меня всю трясёт после оргазма. И мне так хорошо, что я хочу ещё и ещё. С ним, с моим истинным. — Ты будешь моей девушкой, Эмили? — вдруг спрашивает, смотря мне в глаза своими блестящими и светящимися ещё ярче.
— Да, — отвечаю, не раздумывая, и очень рада, что он спросил, а не просто решил, что так оно и есть.
Мой парень становится таким радостным. Запрыгивает на меня, врываясь языком в мой рот. Сжимает в своих руках, словно боится, что я испарюсь. И я смеюсь ему в ответ.
Всю ночь мы проводим вместе. Адам слишком нежный. Я понимаю, что это не он, что ему это нелегко даётся. И в моменте близости я не выдерживаю. Хочу жёстче и быстрее. Я говорю о своих желаниях с пунцовыми щеками, мне стыдно. Он замирает, а потом, усмехнувшись, поднимает меня на небо. Вот это он — Адам Готье. Мой любимый истинный парень.
И только через неделю наших отношений, сидя на первой лекции, я пишу ему сообщение:
«Я люблю тебя»
Вот так-то. Пусть не думает, что я сразу же полюбила его после всего. Это была моя маленькая последняя месть, не говорить ему этих слов целую неделю.
Вот только спустя пару минут в аудиторию врывается улыбающийся хищник, чем пугает моих одногруппников и преподавателя. Ну естественно! Его глаза светятся ярче солнца.
Эпилог
Вытаскиваю запеканку из духовки и ставлю её на столешницу. Пахнет вкусно. Любимое блюдо моей малышки, что скоро должна приехать со школы. Сегодня её второй учебный день в первом классе. Раскладываю приборы на четверых и ставлю нагреваться чайник. Смотрю в окно на прекрасное озеро и на мужа, что вытаскивает из сарая моторную лодку.
Хотят завтра с утра порыбачить со свёкром мистером Картером Готье.
Накидываю на плечи кардиган и выхожу на улицу. Сегодня тепло на улице, но мне лучше не простывать лишний раз. Спускаюсь по лестнице и иду к Адаму, что с лёгкостью управляется с лодкой. Видит меня и улыбается, слегка нахмурившись.
— И почему без куртки? Сегодня холодный ветер, — он подходит ко мне и заводит выбившуюся прядь волос за ухо.
— Я приготовила запеканку твою любимую, — улыбаюсь ему.
— И зачем? Нечего тебе лишний раз напрягаться. Попросила бы миссис Солис.
Миссис Солис наша экономка, которая помогает мне по дому.
— Нет уж, пока я могу готовить сама, буду это делать.
— Упрямая, — качает головой Адам. — Надеюсь, малыш не переймёт твоё упрямство, — он дотрагивается до моего округлившегося животика.
Да, я снова беременна. Но на этот раз у нас будет мальчик.
— А я надеюсь, что он не будет таким же наглым и самодовольным как папа, — фыркаю, хочу отвернуться, но Адам пресекает мои попытки и чмокает в нос.
Последнее время гормоны у меня