— Мне нужно идти.
— Как хочешь, — буркнула она, выходя из кухни.
Черт. Я только все усугублял. Встав, я схватил сумку и привел диван в порядок, расправив подушки. Потом направился к двери, включил сигнализацию и проверил замок, чтобы он защелкнулся, когда я выйду.
Я шагал к своему внедорожнику так, словно за мной гналась вся адская свора. А может, так оно и было. Образ Грей, запечатлевшийся в моей голове, был выше моих сил.
Хрустнув шеей, я забрался за руль. Мне бы сейчас стакан крепкого виски. Но, учитывая, что было всего семь утра, пришлось довольствоваться самым крепким кофе, какой только найду.
Я поехал в The Brew и припарковался в нескольких магазинах от кофейни. Выйдя из машины, направился к небольшому уютному кафе. Оно напоминало мне саму Грей — яркое, с пестрым, немного хаотичным декором. И у него, как и у нее, была какая-то особая жизненная энергия.
Колокольчик звякнул, когда я открыл дверь. Половина столиков уже была занята местными, заглядывающими сюда перед работой, и туристами, которые собирались на утренние прогулки.
Глаза резало от усталости, пока я вставал в очередь. Спал я отвратительно, ворочался всю ночь, мучимый снами о Грей. Как я только мог предложить эту чертову авантюру?
— Вид у тебя неважный, — донесся до меня голос Нэша.
Я повернулся. Он шел ко мне вразвалку, рядом с ним — Мэдди.
— Приятно слышать, — буркнул я.
Он усмехнулся.
— Чем ты вчера занимался? Перебрал с пивом?
Мэдди прикусила губу, сдерживая смех:
— Сомневаюсь, что дело в пиве.
Взгляд Нэша метнулся к его невесте:
— Ты о чем…
Он осекся на полуслове и скривился, издав звук, будто его стошнило.
— Кажется, у меня пропал аппетит.
Мэдди наконец рассмеялась и похлопала его по груди:
— Ты никогда не теряешь аппетит. — Она взглянула на меня. — Что вы с Грей вчера делали?
— Просто помни, что я ее брат, — рявкнул Нэш. — Есть вещи, которые я никогда не хочу знать.
Я едва не рассмеялся, но все же сдержался.
— Принято, — сказал я и повернулся к Мэдди. — Джиджи изрубила манекен по имени Боб, а потом мы поели пиццы.
Мэдди улыбнулась.
— Значит, она была на тебя зла? Она достает Боба только когда в ярости. Месяца два назад она предлагала повесить на него фотографию Нэша — для меня.
Нэш отпрянул.
— Ты хотела метать в меня ножи?
В глазах Мэдди плясали смешинки.
— Давай будем честны. Ты очень долго делал вид, что тебе все равно. Заставлял меня думать, будто видишь во мне только друга. Так что ты заслужил пару ножей.
Нэш обнял ее и скользнул губами по ее губам:
— Но ведь оно того стоило, правда?
Она растаяла в его руках:
— Тысячу раз.
Мое сердце бешено забилось, грудь сжала паника. Я откашлялся:
— Пожалуйста, не заставляйте меня блевать до того, как я выпью кофе.
Нэш покачал головой:
— Вот увидишь, скоро будешь похлеще меня.
Паника вонзила когти глубже. Этого никогда не будет. Не могло быть. Я знал, что значит потерять того, кто для тебя — весь мир. Я едва выжил тогда. Единственный способ защитить себя — это держать закрытыми самые важные части души и возводить неприступные стены.
Улыбка Мэдди стала шире.
— Это будет забавно наблюдать.
— Хватит уже, — проворчал я. — Какие у вас планы на сегодня?
Нэш кивнул в сторону станции:
— Я на дежурстве.
— А у меня дома занятие по дрессировке щенков, потом две частные тренировки, — ответила Мэдди. — А у тебя?
Я достал телефон, пытаясь вспомнить, что у меня в расписании на сегодня. В почте мигало письмо от отца.
«Хочу получить твой первый отчет об операциях на курорте к концу недели.»
Ни тебе «Как дела?», ни «Люблю, папа». Конечно, нет. Харрисон Шоу так не умел. Я даже не помнил, когда он в последний раз обнял меня. Думаю, с тех пор, как умерла Клара, он вообще ко мне не прикасался — разве что пожимал руку на деловых встречах.
— Все в порядке? — вывел меня из мыслей голос Нэша.
— Да, просто на курорте завал. Сезон гала-вечеров, — ответил я.
Это не было ложью. В почте висело еще с десяток писем на эту тему.
Нэш нахмурился:
— А дома все нормально?
Я хмыкнул:
— А разве у нас дома когда-то все было нормально?
— Если нужно поговорить, выговориться — ты знаешь, я всегда рядом.
В груди запекло.
— Знаю, друг. Спасибо. — Но я не мог открыться ему. Не так, как раньше. Даже понимая, что он любит меня как брата, я не мог разрушить стены, которые сам же и выстроил.
— Твоя мама прислала нам приглашения на гала, — сказала Мэдди. — Так мило с ее стороны.
Мои брови удивленно поползли вверх. Это был хороший знак — значит, ей снова что-то интересно.
— Она рада, что вы вернулись, и что мы снова все в жизни друг у друга.
На губах Мэдди появилась озорная улыбка:
— И что вы с Грей встречаетесь…
— И это тоже, — сказал я, чувствуя укол вины. Как она себя почувствует, когда мы с Грей расстанемся? Надеюсь, ей хватит того, что я снова как будто бы в игре. Пусть думает, что я какое-то время буду «нормальным». Может, через пару лет я найду в Нью-Йорке женщину, которая согласится изображать мою девушку.
От этой мысли меня скрутило изнутри. Потому что никто и никогда не сравнится с Грей.
12
Грей
Стул Ноэля противно заскрипел, когда он откинулся на спинку. Я буквально кожей чувствовала, как он буравит меня взглядом. Но не поднимала глаз, уткнувшись в распечатанный список участников моего следующего похода. В каждой анкете были возраст, проблемы со здоровьем, опыт и место, откуда приехал человек. Я всегда старалась выучить это наизусть перед тем, как выводить людей на тропу.
Сегодняшний поход был коротким — всего три километра туда и обратно до красивого водопада. Никто из участников, судя по списку, не должен был столкнуться с проблемами. Разве что кто-то соврал о своем состоянии, как в прошлый раз.
Взгляд Ноэля прожигал меня все сильнее.
— Да? — спросила я, не поднимая головы.
— Как там труба?
Я нахмурилась, но тут же вспомнила придуманную вчера отговорку:
— О, уже все в порядке. Просто был полный бардак.
Эдди метнул в меня скрепку со своего стола:
— А как там твой бойфренд?
Я одарила его уничтожающим взглядом:
— Не знаю. А как твоя правая рука?
Ноэль поперхнулся смехом.
Эдди только ухмыльнулся:
— Обожаю, когда ты со мной грязно разговариваешь.
— Безнадежный, — фыркнула