Директор налил себе добавки и перевел взгляд на окно. Шел мелкий дождь, однако внутри не было слышно ни единого стука капель. Стояла полная тишина.
– Тук-тук-тук, – невольно произнесла Хёмин, подражая звуку дождя.
– Что говоришь?
– Что?
– Ты что-то сказала?
– А, да! Спасибо вам!
На обратном пути директор предложил зайти в магазин, где продавали паровые булочки.
– Держи! Одна тебе, другая мне. А вот это для детей.
Хёмин крепко обхватила руками пакет. Ее мгновенно окутало тепло свежеиспеченного хлеба. Директор же без промедления откусил еще горячую булочку.
За последнее время жизнь Хёмин кардинально изменилась. В ней больше не было ни стресса, ни тревог. Все просто шло своим чередом. Но иногда ее все же терзали разные мысли. Тогда она шла к морю. Шум волн и свежий ветер помогали ей забыться. Конечно, не о такой жизни Хёмин мечтала, но ее радовало, что теперь она никому не причинит боли.
Хёмин вернулась в учебный центр и провела последний урок. Сегодня младшеклассников отпустили из школы раньше обычного. Наблюдая за тем, как эти маленькие птенчики тянут руки, Хёмин не могла сдержать улыбку. Занятия с детьми были особенными. Сложно представить, что они когда-то вырастут, пойдут на работу, а кто-то даже обзаведется семьей.
– Учитель! А вы знаете, что Ёнчжина сегодня подружка бросила?
– Эй! Ты же обещал!
Это ссорились мальчишки, за спинами которых были огромные, увесистые рюкзаки. Хотя они учились только во втором классе, смущались прямо как взрослые. Хёмин притворилась, что ничего не услышала, и помахала детям вслед:
– Осторожно переходите железнодорожные пути! И не сворачивайте никуда! Сразу домой!
Хёмин заполнила отчет о проведенных занятиях, накинула пальто и обмотала шарф вокруг шеи. Спускаясь на первый этаж, она вспомнила, что в почтовом ящике лежит письмо.
«Четыреста третий».
Хёмин глазами искала свой почтовый ящик.
Однако никакого письма в нем не было. Может, оно куда-то завалилось? Девушка просунула руку глубже в ящик, но он был пуст.
– Может, ошиблись?
Хёмин обернулась и заметила тех двух мальчишек, которые что-то не поделили в конце занятия. Они прятались, хихикали и поглядывали на нее.
– А ну! Что это вы там делаете?
Девушка окликнула их, но мальчишки только засмеялись и ринулись к выходу.
Хёмин казалось, что ей повезло с самого рождения. Учеба давалась легко, поэтому у нее всегда было много свободного времени. Она считала, что острый ум достался ей от дедушки, который работал учителем математики. Хаён же пошла в родителей: всегда была вспыльчивой и эмоциональной. В школе Хёмин и решила, что помочь семье сможет только она.
Первым шагом было получить хорошее образование и профессию. Она поступила в лучший университет страны – Сеульский национальный. Но учеба там казалась ей бесполезной. Она знала, что ее путь тернист, но была уверена, что нет ничего невозможного. Хёмин хотела стать поддержкой и опорой для Хаён. Может, сестра и была на нее обижена, но Хёмин правда хотела помочь ей осуществить мечты. Она никому не говорила об этом, но собиралась отправить Хаён за границу, чтобы та могла в полной мере погрузиться в изучение любимого кинематографа.
Поступив в магистратуру, она столкнулась с тем, что не поддавалось ее логическому объяснению.
– Слышала? Чинсу теперь пишет научную работу с профессором Чхве. Профессор сам ему предложил! – завел разговор кто-то из ее одногруппников.
К тому моменту Хёмин уже успела защитить не один научный проект. Она обрела уверенность в своих силах и, когда появилась вакансия преподавателя, решила попробовать себя. Основным критерием, по которому профессор Чхве оценивал кандидатов, был их вклад в науку. Никто не сомневался в том, что Хёмин займет эту должность. Но что-то пошло не так.
– В смысле? Как не Хёмин?
– Чинсу же не ведет такую активную научную работу!
Хёмин знала, что Чинсу из профессорской семьи, и, в отличие от нее, он всегда был мил и учтив с Чхве. Поговаривали даже, что Чинсу периодически отправлял преподавателю дорогие подарки на праздники, пытаясь втереться в доверие. Хёмин старалась не обращать на эти слухи внимания, но в глубине души понимала, что так ее карьере может прийти конец. Она отказывалась верить, что ее не оценят по достоинству.
– Ну тоже что-то сделай! Не стой как истукан! – советовали одногруппники.
– Получи права. При удобном случае предложи подвезти профессора Чхве.
В итоге девушка дважды подавалась на должность преподавателя и оба раза неудачно. Однокурсники оказались правы – ей были чужды социальные ухищрения. А профессорам, конечно, проще иметь дело с теми студентами, кто легко идет на контакт.
Как-то раз Хёмин все же решила попробовать задобрить профессора и подарить книгу, в которую вложила подарочный сертификат – знак внимания на День учителя. Но по пути к кабинету заметила в коридоре профессора Чхве и Чинсу. Она спряталась и прислушалась к их разговору.
– На прошлой лекции вы были просто на высоте! Я многое записал.
– Молодец, делаешь успехи, – ответил профессор Чхве.
– Ну скажете тоже! Я просто вас внимательно слушаю, – засмеялся Чинсу.
Профессор с улыбкой похлопал студента по плечу. Лучше бы девушка не слышала их дальнейшего разговора.
– Да, язык у тебя хорошо подвешен! Многие тебе завидуют.
– А чему завидовать? Может, просто злятся, что я успел записаться на ваш курс, а они нет?
– Учеба, учеба! Заладили! А дальше что? Как они дальше будут жить? Хёмин тоже хороша! Слышал, что про тебя говорит? Мол, молодым людям все дороги открыты. Смешно!
Девушка убрала подарок в сумку и ушла. Больше она не появлялась в университете – ни на парах, ни на защите научных проектов. Вскоре она взяла академический отпуск и устроилась работать репетитором.
К ее удивлению, зарабатывать деньги оказалось не только приятно, но и легко. Хёмин нравилось придумывать планы уроков и искать материал для занятий. На работе ее не обижали деньгами, за каждого нового ученика доплачивали.
– Ты вообще планируешь восстанавливаться? Уже год бездельничаешь, – беспокоился отец.
Он не сомневался в том, что старшая дочь станет профессором. Отец ни в чем ей не отказывал. Хёмин всегда была сыта и одета с иголочки. Он надеялся, что старшая дочь вернется в университет. Но девушка не называла родителям причину, по которой она так резко все бросила. К тому же она не хотела признавать, что уступила место преподавателя посредственности.
– Пап, а зачем? Я и тут неплохо получаю. В несколько раз больше, чем любой профессор.
– А кто тебя просит деньги зарабатывать? Неужели тебе не жалко потраченных сил и времени? Столько лет уже отучилась!
– Наоборот, пап! Мне жалко, что вы потратили столько денег на