— Я записала это, — Уитни улыбается мне, и мое сердце замирает. — Нам нужно было видео, чтобы поделиться им с теми, кто будет торговаться за тебя.
У меня так сильно сжимается грудь, что я не могу дышать. Слезы текут по моему лицу, и Уитни смотрит на них, отступая в темный угол, словно довольная тем, что причинила мне боль. Я не хочу в это верить. Тайсон показал мне ее телефон. Сообщения. Если бы там было видео, он бы показал мне его. По крайней мере, рассказал бы, что произошло.
— Ты... лжешь, — удается мне выдавить из себя дрожащими губами.
— Почему бы тебе не спросить его самого? — она приподнимает подбородок, и в дверях появляется Тайсон.
Он весь в крови, с каменным лицом, смотрит прищуренными глазами прямо на меня. Тайсон злится, что я здесь. Я не жду, что он поймет, почему мне нужно было покончить с этим, и хотя Уитни дала мне больше, чем я хотела знать, я все поняла. Как я ей и сказала, Уитни для меня мертва.
Он отводит от меня взгляд, и у меня сводит желудок. В груди зарождается паника.
— Тай...
— Я же говорила тебе, — снова смеется Уитни, и я хватаю ртом воздух. Внезапно я не могу дышать.
Проталкиваясь мимо Тайсона, я выхожу из комнаты и иду обратно по узкому коридору, смех моей сестры становится тише по мере того, как я удаляюсь от ее камеры.
ШЕСТЬДЕСЯТ ДЕВЯТЬ
ТАЙСОН
Я вхожу в спальню, в которой мы остановились, и распахиваю ее с такой силой, что обе двери ударяются о внутренние стены и отскакивают назад, захлопываясь.
— Лэйк? — кричу я, бросаясь за ней. Она опередила меня и поднялась на лифте в комнату. Видя, что спальня пуста, я направляюсь в смежную ванную.
Я распахиваю дверь, Лэйк уже разделась и стоит под душем, ванную наполняют ее крики.
Не раздеваясь, я открываю дверь и вхожу внутрь. Она только что узнала, что ее изнасиловали, поэтому я не хочу раздеваться перед ней догола.
— Лэйк...
Она дает мне пощечину, прерывая меня. Прежде чем я успеваю опомниться, она делает это снова.
— Малы...
Пощечина.
— Ты знал, — кричит она дрожащим голосом. — Когда ты собирался мне сказать?
Лэйк толкает меня в грудь, и я обхватываю ее руками, разворачиваю и прижимаю спиной к себе.
У нее подгибаются колени, и я опускаюсь с ней на пол в душе. Она прижимается ко мне, и я провожу рукой по ее волосам, целуя в макушку.
— Ты... знал.
Лэйк дрожит в моих объятиях, и у меня сжимается грудь. Если я скажу ей правду, это не будет иметь значения. Это не изменит того, что с ней случилось.
Дверь открывается, и я поднимаю голову, чтобы увидеть, как Гэвин входит в комнату с Сентом. Взгляд Гэвина опускается на мои порезанные и окровавленные руки, а затем скользит к моим глазам.
— Я пытался дозвониться до тебя.
Я киваю.
— Был занят.
Он смотрит на висящего на скованных запястьях Люка, и говорит.
— Вижу.
Сунув руку в карман, Гэвин достает сотовый телефон и протягивает его мне. Син забирает его, потому что мои руки в крови, держит его передо мной и нажимает воспроизведение.
Мою жену бросают на больничную койку. Люк встает и садится на нее верхом, прижимая к голове ее запястья.
— Усыпи ее, черт возьми! Сейчас! И где, черт возьми, эти наручники?
— Нет. Нет. Нет. ТАЙСОН! — кричит она.
Медбрат в синей форме, которого я убил, хватает Лэйк за запястье, помещает его в прикрепленную к кровати кожаную манжету, и пристегивает. Люк обхватывает ее руками за шею и душит, пока парень продолжает обходить Лэйк, фиксируя ее вторую руку и обе ноги.
— Знаешь... — он опускает свое лицо к Лэйк. — Возможно, он действительно оказал мне услугу. Возможно, беременная ты чего-то стоишь.
Ублюдок вжимает ее голову в матрас, а затем отпускает и встает с нее.
Лэйк задыхается, делает глубокий вдох, дергает за ремни, понимая, что ее привязали к кровати, и видно, как с ее лица исчезает жизнь. Вся надежда.
— Я хочу, чтобы ее усыпили, пока я не скажу. И сделай тест на беременность, — отрывисто приказывает Люк, а люди вбегают и выбегают из комнаты.
— Я... не... — глубоко вдыхает Лэйк. — Беременна.
Люк наклоняется над кроватью и сжимает ее мокрые от слез щеки.
— Тебе лучше помолиться Богу, чтобы это было так. Иначе ты мне не нужна.
Он опускает руку к ее обнаженной груди. Хватает ее за грудь и бьет по лицу. Она вскрикивает.
— Никчемная сука — это мертвая сука.
Люк опускает руку к ее черным шортам, и Лэйк сопротивляется, пока он снимает их. Лэйк всхлипывает, когда его пальцы сдвигают в сторону трусики.
— Думаю, если результаты будут отрицательными, я смогу трахать тебя до тех пор, пока ты не забеременеешь, — он целует ее залитое слезами лицо и входит в нее пальцами. — В любом случае, я сделаю тебя полезной.
Он прижимается губами к ее губам, чтобы снова поцеловать мою жену, и Лэйк наклоняется к нему, вонзая окровавленные зубы в его плоть. Люк кричит, а затем бьет кулаком ее по лицу.
Ее тело обмякает, крики затихают, и он вытирает кровь со своего лица. Ублюдок расстегивает джинсы, запрыгивает на кровать и, насколько это возможно, раздвигает ее привязанные к кровати ноги. А затем трахает ее. Ее тело двигается вместе с кроватью, когда он наклоняется, хватает ее обеими руками за волосы и плюет ей в лицо.
— Ебаная сучка. Я позабочусь о том, чтобы ты чего-то стоила.
Он кончает в нее за считанные секунды, затем встает и застегивает молнию на джинсах.
— Приведи ее в порядок, — рявкает кому-то Люк и выходит из комнаты.
Тот, кто держит камеру, проходит дальше в комнату и встает рядом с кроватью.
— Тебе это не понадобится, — говорит женщина, и тут я вижу в кадре руку, снимающую с Лэйк обручальное кольцо. Комнату наполняет смех Уитни, она поворачивается, оставляя мою обнаженную жену связанной и без сознания, с лицом, покрытым слюной Люка, и его спермой, вытекающей из ее киски.
Я прижимаю ее к себе и понимаю, что меня трясет. Видео закончилось, и я не мог дышать. Я выбежал из комнаты в поисках жены, и Сент сказал мне, что Лэйк находится в подвале с Уитни. Я опоздал. Эта чертова сука рассказала ей, что сделал Люк.
— Прости меня, малышка, — шепчу я, язык тяжелеет, а горло сжимается.
От