Доктор Пирес машет рукой.
— Я была рада помочь тебе.
Раз уж мы здесь, я спрашиваю:
— Как поживают женщины, которые прибыли на прошлой неделе?
— У них все хорошо. Я перевела их в коттедж, и они начали терапию с Глорией.
— Приятно слышать, — бормочу я. — Кстати, о докторе Альварадо. Она свободна?
Доктор Пирес кивает.
— Она в своем кабинете.
Я беру Сиару за руку и, ведя ее по коридору, говорю:
— Я просто хочу вас познакомить. Когда будешь готова, можешь поговорить с ней.
Мы проходим мимо палаты, где лежала Сиара, когда я только привез ее сюда, и она бросает взгляд на пустую кровать.
Когда мы подходим к кабинету, я вижу, что дверь приоткрыта, но все равно стучу пальцами по дереву.
— У тебя найдется минутка?
Доктор Альварадо поднимает голову и, увидев меня, тепло улыбается.
— Конечно. — Она поднимается на ноги. — Входи. Входи. — Ее взгляд перемещается на Сиару, затем опускается на наши соединенные руки. — Ты, должно быть, Сиара. — Сохраняя дистанцию, она продолжает: — Я доктор Глория Альварадо, психотерапевт, работающий в этой деревне. Приятно наконец-то познакомиться с тобой.
— Здравствуйте, — бормочет Сиара, ее взгляд скользит по уютным креслам, растениям и книжным полкам, а затем снова возвращается к психотерапевту. — Мне тоже приятно с вами познакомиться.
Доктор Альварадо жестом указывает на кресла.
— Не хотите ли присесть?
Я качаю головой.
— Нет, у нас есть еще дела. Я просто хотел показать Сиаре, где находится твой кабинет, на случай, если она будет готова поговорить с тобой.
Доктор Альварадо тепло улыбается Сиаре.
— Если я не работаю с пациентом, то моя дверь всегда открыта. Кроме того, каждый вторник и четверг в шесть часов вечера у меня проходят групповые занятия. Мы собираемся в школе.
— Здесь есть школа? — Спрашивает Сиара, удивленно распахнув глаза.
— Да, она в первом коттедже, ближайшем к вилле.
— О. Я и не заметила.
— Занятия в школе заканчиваются в час, — объясняю я. — Мы только что разминулись с детьми, но некоторые из них, вероятно, играют на поле.
Сиара кивает, затем снова переводит взгляд на доктора Альварадо.
— Я бы хотела записаться к вам на прием, чтобы мы могли поговорить наедине.
Доктор возвращается к своему столу и проверяет расписание.
— Я могу встретиться с тобой сегодня вечером в восемь или завтра в семь утра. Когда будет удобно?
Я благодарно улыбаюсь ей, потому что знаю, что она жертвует своим личным временем, чтобы как можно скорее начать сеансы терапии с Сиарой.
Моя женщина смотрит на меня.
— Э-э... Сегодня вечером? Чем раньше, тем лучше, верно?
Скорее всего я буду занят Ноланом, поэтому киваю.
— Звучит неплохо, mi sol.
— Отлично, тогда увидимся в восемь вечера, — говорит она доктору.
— Я приведу ее вовремя, — говорю я, а затем спрашиваю: — Как дела у других женщин?
— Тебе не о чем беспокоиться, — отвечает она мне так же, как и всегда.
— Продолжай в том же духе, — бормочу я, после чего мы выходим из кабинета.
На выходе Сиара прощается с Эммой и доктором Пирес, и когда мы возвращаемся к вилле, она говорит:
— Доктор Альварадо очень красивая, и она кажется очень милой.
Услышав в ее голосе невысказанный вопрос, я усмехаюсь:
— Доктор Альварадо и доктор Пирес состоят в отношениях. — Я сжимаю ее руку, а затем добавляю: — Я не хочу, чтобы ты когда-либо беспокоилась о других женщинах. Ты для меня единственная.
Ее щеки заливает румянец, и она отворачивается, но я все же успеваю увидеть улыбку, появившуюся на ее губах.
Глава 25
Сантьяго
Оставив Сиару с доктором Альварадо, я направляюсь в заднюю часть дома и открываю люк, после чего спускаюсь по лестнице в подвал.
Хорхе еще не приехал, но он уже в пути.
Я нахожу Педро, подвешивающим крюки для мяса к металлическим кольцам, прикрепленным к потолку, и вижу, что он уже подготовил стол для бальзамирования8 с секцией для слива крови.
Сбоку стоит еще один стол, и я осматриваю сабельную пилу, топор и ножи, лежащие на нем.
Сэмюэль приносит аптечку и готовит все необходимое для прижигания артерий, чтобы этот ублюдок не истек кровью раньше времени.
— Подожди. Блять. Зачем ты это делаешь? Подожди, подожди, подожди, — слышу я ирландский акцент.
Повернувшись к лестнице, я вижу, как Хорхе толкает Нолана Уолша в подвал.
Не знаю, чего я ожидал, но точно не бледного, веснушчатого парня.
Он падает на колени, вытянув руки перед собой. Его испуганный взгляд мечется от Сэмюэля к Педро, а затем останавливается на мне.
Мои губы растягиваются в улыбке.
— Добро пожаловать. Чувствуй себя как дома. Мы много времени проведем вместе.
— Что вам от меня нужно? — Спрашивает он, выглядя так, будто вот-вот обделается. — Кто вы такие?
Я достаю из кармана карту Таро и начинаю плавно вращать ее между пальцами. Его глаза неотрывно следят за движением карты.
— Я Сантьяго Кастро. — Я поднимаю карту, чтобы он мог ее увидеть. — И у тебя свидание со Смертью.
— Ч-что? — заикается он, его тело напрягается, но он продолжает стоять на коленях, вытянув руки перед собой.
Улыбка исчезает с моего лица, и, вспоминая страх на лице Сиары, то, как она пряталась в чертовом сундуке, ее приступы паники, потому что она боялась вытереться после посещения туалета, я окидываю Нолана безжалостным взглядом.
— Я получу удовольствие, убивая тебя. — Эти слова наполнены жаждой мести и безжалостной жестокостью.
— Я тебя даже не знаю! — Кричит этот ублюдок. — Вы схватили не того человека. — Он поднимается, переминаясь с ноги на ногу, в то время как его глаза бешено мечутся по комнате. Затем он замечает стол с инструментами и бледнеет еще больше. — М-меня зовут Н-Нолан Уолш. Вы схватили не того человека.
Я медленно подхожу к нему, и он отступает, пока не натыкается на стену позади себя. Я вытягиваю руку и, схватив его за шею, бью головой о штукатурку.
Мое лицо находится в нескольких дюймах от его, и я чувствую запах его страха.
— Ей потребовалось две недели, чтобы набраться смелости и выйти из больничной палаты. Еще три с половиной недели ушло на то, чтобы снова начать спать в кровати. А также потребовался целый месяц, чтобы общаться с другими людьми без приступов паники.
Его страх усиливается, а в глазах появляется беспокойство, когда он выдавливает из себя:
— О к-ком ты говоришь?
Отпустив его шею, я делаю шаг назад, а из моей груди вырывается мрачный смешок.
— О Сиаре. — Я бросаю