— Мы пришли в гости на обед! — громогласно объявила Дороти.
— А я так голоден, что сожрал бы и ворону, — рыкнул Лев.
Затем оба остановились в смятении. Большая приемная была совершенно пуста. В комнате наверху послышалось шарканье ног, и через минуту вниз спустился Блинк — управляющий Пугалы.
— А где же Пугало?, — спросила Дороти с тревогой. — Разве его здесь нет?
— А разве он не в Изумрудном городе? Его там нет? — ахнул Блинк, от волнения нацепив на нос свои очки вверх тормашками.
— Нет, его там нет! По крайней мере, я так думаю! О, боже, я так и знала, что с ним что-то стряслось! — охнула в свою очередь Дороти, рухнув на черное кресло и начав обмахиваться шелковой диванной подушкой.
— Не стоит так волноваться! — попытался успокоить ее Трусливый Лев.
Он бросился к Дороти, сбив по пути три вазы и часы с маленького столика (наверное просто для того, чтобы показать, насколько он спокоен).
— Подумай о его мозгах! Пугало еще ни разу в жизни серьезно не пострадал. Поэтому все, что нам теперь нужно сделать — это вернуться в Изумрудный город и взглянуть на Волшебную Картину Озмы. Так мы узнаем, где он находится. Потом мы сможем разыскать Пугалу и рассказать ему о нашем маленьком плане усыновления, — добавил Лев, с надеждой глядя на Дороти.
— Сам Пугало не мог бы выдвинуть более разумный план, — заметил Блинк, испустив глубокий вздох облегчения.
Даже Дороти после этих слов немного успокоилась.
Как многие из вас уже знают, во дворце Озмы есть Волшебная Картина. Когда Озма или Дороти хотят увидеть кого-то из своих друзей, им нужно просто подумать об этом, и тогда эта Картина сразу показывает этого человека и то, чем он в данный момент занимается.
— Ну, разумеется! — вздохнула Дороти. — Как я сама раньше об этом не додумалась?
— Перекусите на дорожку, — предложил Блинк.
Он хлопотливо засуетился, и вскоре еда была подана. Мысли Дороти были слишком заняты судьбой Пугалы, и есть ей совершенно не хотелось. Трусливый же Лев проглотил семнадцать жареных кусков мяса и вылакал целое ведро кукурузного сиропа.
— Это придаст мне храбрости! — объяснил он Дороти, облизываясь. — Видишь ли, я особенно труслив на пустой желудок, а еда меня бодрит!
Покинуть жилище Пугалы путники смогли только во второй половине дня. Блинк настоял на том, чтобы приготовить им ужин, и ему потребовалось некоторое время, чтобы понаделать для Трусливого Льва достаточное количество бутербродов. Наконец, все они были готовы и упакованы в старую шляпную коробку, принадлежащую Мопсу — повару Пугалы. Потом Дороти забралась на спину Трусливого Льва и осторожно поставила коробку себе на колени. Заверив Блинка, что они вернутся через несколько дней вместе с его хозяином, Дороти и Лев распрощалась с ним и неспешно тронулись в обратный путь. Блинк при этом едва не разрыдался. Впрочем, ему удалось сдерживать свои чувства до тех пор, пока наши друзья не скрылись из вида.
— Смотри, как темнеет небо, — заметила вскоре Дороти. — По-моему, будет гроза.
Едва она произнесла эти слова, как раздался ужасный раскат грома. Трусливый Лев тут же присел на задние лапы. Коробка с бутербродами кубарем покатилась с его спины. Вслед за ней свалилась и Дороти.
— Громкие звуки меня ужасно расстраивают, — смущенно покашляв, пояснил Трусливый Лев.
— Да уж! Так оно и есть! Вижу! — возмущенно воскликнула Дороти, сбрасывая с себя шляпную коробку и смахивая со своего носа кусочек масла. — Ты попортил наш ужин!
— Во всем виновато мое сердце, — печально заметил Трусливый Лев. — Оно так сильно екнуло, и это меня ужасно расстроило. Ладно, давай, забирайся снова мне на спину; я быстро поищу какое-нибудь укрытие.
— А ты где? — тревожно спросила Дороти, ведь вокруг уже было не видно ни зги.
— Да здесь я, вот тут, — пробормотал Трусливый Лев.
Спотыкаясь, Дороти пошла на его голос и вскоре опять вскарабкалась на спину Льва. За первым раскатом грома последовал второй и третий. С каждым разом при этих оглушительных звуках Трусливый Лев начинал бежать вперед немного быстрее, и вскоре они уже стрелой летели сквозь тьму.
— Чтобы добраться до Изумрудного города такими темпами много времени нам не потребуется! — выкрикнула Дороти, но ветер сорвал эти слова с ее губ и отшвырнул далеко назад. Сообразив, что разговаривать не получится, Дороти лишь покрепче вцепилась в гриву Льва и снова начала думать о Пугале. Вокруг гремело не переставая, но дождя не было. Дороти казалось, что прошло уже несколько часов. И тут громыхнуло так ужасно, что она опять полетела через голову Льва в ближайшие кусты. Не в силах поначалу говорить, она лишь тщательно ощупала себя со всех сторон. Затем, обнаружив, что все еще цела, Дороти окликнула Трусливого Льва. Она слышала, как он стонал неподалеку и что-то бормотал, упоминая свое сердце.
— Кости целы? — спросила она его с тревогой.
— Пострадала только голова, — простонал в ответ Лев.
В этот момент тьма вокруг рассеялась так же внезапно, как и сгустилась, и Дороти увидела Трусливого Льва. Он сидел, прислонившимся к дереву. Глаза у него были закрыты, а на лбу красовалась большая шишка. Дороти сочувственно охнула и поспешила к своему другу. При этом она в изумлении огляделась. Окружающее выглядело весьма странно.
— Ну и ну! Где это мы очутились? — воскликнула девочка, остановившись как вкопанная. Лев разлепил глаза и в смятении огляделся. Кажется, он даже позабыв о своей шишке на лбу. Никаких признаков Изумрудного города кругом и в помине не было. На самом деле они находились в густом темном лесу. Учитывая количество деревьев, их окружавших, казалось странным, что они до сих пор ни в одно их них не врезались.
— Должно быть, я побежал не туда, — расстроенно пробормотал Трусливый Лев.
— Это не твоя вина. Любой мог заблудиться в такой темноте, — великодушно заметила Дороти. — Надеюсь, мы не передавили бутерброды. Я проголодалась!
— И я тоже. Как думаешь, Дороти, этот лес обитаем?
Дороти не ответила, потому что как раз в этот момент она заметила большой указатель, прибитый к одному из деревьев. На стрелке было написано: «Поверните направо».
— Отлично! Пошли! — воскликнула Дороти, сразу же повеселев. — Думаю, нас ждут новые приключения!
— Я бы предпочел поужинать, — тоскливо вздохнул Трусливый Лев. — Впрочем, если мы не собираемся провести здесь ночь, то нам и впрямь лучше двинуться дальше. Похоже, я уже сыт по горло приключениями.
На следующем знаке было написано: «Поверните налево». Приятели послушно повернули и поспешили дальше, стараясь держать прямой курс среди деревьев. В такой волшебной стране, как Оз, где нет ни поездов, ни трамваев, ни даже объезженных лошадей (козлы Озмы не в счет), рано или поздно обязательно попадаешь в неизведанные места. И хотя Дороти в то или иное время побывала почти во всех уголках страны Оз, местность, в которой они теперь очутились, была ей совершенно незнакома. В лесу уже сгущались сумерки, и вскоре стало так темно, что Дороти лишь с трудом смогла прочитать надпись на третьем знаке, который попался им по пути.
«Не пойте!» строго приказывал он.
— Не пойте! — возмутилась Дороти. — Как будто кому-то тут хочется распевать!
— Может нам стоило все время поворачивать налево? — смиренно предположил Трусливый Лев, после того как они молча прошли вперед изрядное расстояние.
Однако деревья стояли вокруг уже не так густо. Вскоре приятели подошли к опушке леса, и перед ними возник еще один знак.
— «Сбавьте скорость», — с трудом прочитала Дороти. — Какая чушь! Если мы пойдем медленнее, как мы вообще сможем куда-то добраться?
— Погоди-ка, — заметил Трусливый Лев, призадумавшись и слегка прикрыв глаза. — Разве это не указывает, что впереди могут быть две дороги? Одна идет вверх, а другая вниз. Значит, мы должны пойти по дороге, ведущей вниз. Ведь там же написано «Сбавьте скорость».
Конечно, так оно и было. Действительно нужно было сбавить скорость, потому что ведущая дальше дорога оказалась крутой и каменистой. Дороти и Трусливому Льву приходилось делать каждый шаг с предельной осторожностью. Однако и плохие дороги рано или поздно где-то заканчиваются. Внезапно выйдя на опушку леса, наши друзья увидели лежащий прямо перед ними большой город. Его главные ворота были слабо освещены, и Трусливый Лев с Дороти устремились к ним со всей возможной скоростью. Впрочем, двигались они все равно не очень быстро, потому что их начала одолевать необъяснимая сонливость.