— Я бы хотела поймать тебя, — пробормотала я. Ничего у меня не выйдет, если я не научусь думать о чём-то, кроме его голоса, его рук, его… всего.
Он протянул руку, ухватил меня у основания шеи и наклонил голову, поймав мои губы жёстким, быстрым поцелуем — и всё. Я была ошеломлена… и гораздо более чем просто взволнована.
— Сконцентрируйся, — прошептал он.
А затем поднял защитную планку подъёмника.
— Я сейчас с него просто упаду.
— Нет. — Его рука опустилась мне на талию, уверенно удерживая. — Просто доверься мне.
Я доверяла. Только поэтому я и оказалась на этой горе в восемь утра в понедельник. Мы отвезли Саттон в школу полчаса назад, и теперь я готовилась впечататься в снег перед единственным лифтёром, который, кстати, ещё и помахал нам, приветствуя мою неминуемую гибель.
— Раз. Два… — начал он, притягивая меня ближе. — Три. Встаём.
Мы встали, но мои лыжи так и не коснулись земли. Он удерживал меня прижатой к себе и легко съехал с подъёмника, словно катался так с рождения.
— Это нечестно, — буркнула я, когда он поставил меня на снег.
— Может, это просто повод подержать тебя в руках. — Он подмигнул.
Он. Подмигнул.
— Ты кто вообще? Тот серьёзный мужчина, для которого я писала контракт — по пунктам — в жизни бы не подмигнул.
Он только рассмеялся.
— Итак, это детский склон.
— Скорее скотобойня, — проворчала я.
— Как видишь мы тут одни. — Он развёл руками. — Никаких детей, которых ты можешь переехать. Никаких взрослых, которых можно напугать. Никого, кто станет свидетелем… чего бы то ни было.
Я вонзила палки в снег.
— То есть ты хочешь сказать, что мы впервые одни с тех пор, как… — щёки вспыхнули. — И ты хочешь потратить это время на лыжи.
Он оказался позади меня — его лыжи по обе стороны моих, дыхание у моего уха, касание шлемов.
— Впервые с тех пор, как я опустил голову между твоих бёдер и лизал тебя, пока ты не кончила?
— Уэстон.
Жар взорвался внутри меня.
— Это ведь то, что случилось, верно? — он прикусил мою мочку уха. — Если у меня будет только один шанс с тобой, Каллиопа, то места для стеснения не будет.
Воздух сорвался у меня дрожащим вдохом.
— И если ты продолжишь говорить такое, мы растопим снег на всей горе.
Он повернул мою голову и поцеловал — медленно, глубоко, так, что через пару секунд я уже цеплялась за него.
— Меня это тоже устроит. — Он коснулся моих губ коротким, мягким поцелуем. — Но мы не совсем одни. Джулс вон там управляет подъёмником.
— Точно. — Я выдохнула. — Потому что абсолютно логично остановить целую гору только ради того, чтобы научить свою… свою соседку кататься.
— Во-первых — никто гору не закрывал. Я просто попросил двух лифтёров выйти на час раньше. Во-вторых — если она видела, как я тебя целую, то сомневаюсь, что считает тебя просто соседом по дому.
— Ты не помогаешь! — Я посмотрела на склон. — И это самый лёгкий спуск?
— Ты справишься, — пообещал он. — Я не дам тебе упасть.
— А если я приземлюсь на задницу?
Он опустил на моё лицо маску-очки. — Тогда я поцелую её и сделаю всё лучше.
— Перестань отвлекать меня своими сексуальными обещаниями и своей… собой.
— Но это весело. И кажется, кто-то говорил мне, что я должен больше улыбаться.
Он раздвинул носки лыж, складывая их в треугольник.
— Это — плуг.12
— Я знаю, что такое плуг. — Я фыркнула. — То, что я не катаюсь, не значит, что я здесь не живу. Я наблюдала за Саттон, между прочим.
— Отлично. Тогда ты знаешь, что это самый простой, самый медленный способ спускаться. Подними палки.
— Почему ты сам без палок? — спросила я, поднимая свои.
— Потому что это детская горка. Мне они не нужны. Тебе тоже, но ты хотела — так что ты с ними.
Он говорил так спокойно, так уверенно — будто мы не собирались скатываться по ледяной полосе смерти. Будто мы не стояли, тесно прижатые друг к другу.
Я хотела, чтобы он был так же сбит с толку мной, как я — им.
— Итак, мы начнём движение, но не прямо вниз, а будем уходить поперёк склона, поворачивая на каждом конце. Хорошо? — его руки мягко обхватили мою талию. — Я рядом. На середине остановимся, если будешь готова, попробуешь сама. Если нет, тоже нормально.
Настолько. Чертовски. Спокоен.
Ничто не сбивало Уэстона Мэдигана с темпа?
— Ладно. Давай просто покончим с этим.
— Отлично. — Он мягко толкнул нас вперёд.
Мы наклонились и медленно поплыли поперёк склона.
— Видишь? Совсем не страшно.
— Мы ещё не едем вниз, — напомнила я, сжимая палки, как спасательный круг.
— Всё успеется, Кэлли. Просто привыкай.
Он окружал меня со всех сторон. Его лыжи закрывали мои, удерживая нужный угол. Его руки обнимали меня, прижимая спиной к его груди. Его тело изгибалось вокруг моего так, что его рот был у моего уха. Я была полностью и абсолютно в безопасности, потому что Уэстон держал всё под контролем.
Я расслабилась.
— Хорошо. Теперь слегка поднимем правую ногу и наклонимся влево, чтобы повернуть.
Моя лыжа скользнула, но его хватка удержала меня, разворачивая нас в исходную сторону. Поворот съел большую часть перепада высоты.
— Отлично. — Мы пересекли склон, и Уэстон снова повернул нас вниз, чуть быстрее, но совсем не страшно. — Ещё раз. — Мы сместили вес в противоположную сторону и сделали поворот. — Идеально. Видишь? Ты даже не поскользнулась.
— Потому что ты меня держишь, — возразила я, но улыбка уже тянула мои губы.
— Плюсы моей работы. — Мы прошли склон ещё раз. — Вот так. Наклоняйся, но держи баланс. Ты полностью контролируешь ситуацию. — Его хватка чуть ослабла. — У тебя отличные данные. Просто помни: это ты управляешь лыжами, а не наоборот.
— А если я сорвусь на повороте и поеду прямо вниз?
— Тогда держи лыжи под таким же углом, и скорость сразу упадёт. Если упадёшь — упадёшь. Все падают. Саттон падает. Я падаю. Даже мой младший брат падает, а у него слишком много медалей X Games, чтобы считать. Просто встанешь и продолжишь.
Мы сделали ещё один поворот, и он углубил угол, руки его ослабли ещё немного.
— Готова попробовать сама? — спросил он, остановив нас на середине склона.
— Зачем? Ну, если с тобой легко, то, может, это и есть мой стиль катания — с тобой, прицепившимся ко мне.
Он тихо рассмеялся, и этот