Но что-то в букве Э выглядело… странно.
— Она точно попадёт в призёры, может, даже выиграет любительскую категорию, — сказала Саттон, энергично кивая. — Мы оба знаем, что она крутая, и что ей не стоит прятать это.
По спине у меня пробежал холодок. — Саттон, это ты подписала?
Она убрала сок в холодильник.
— Саттон?
— Ты правда хочешь знать? — Она повернулась ко мне, подняв подбородок, точь-в-точь как Кэлли, когда она упрямилась.
— Это серьёзно, — сказал я медленно. — Это не фейковый контракт на нашем холодильнике или записка, чтобы тебя не ругали в школе. — Чёрт. Что мне делать?
— Ты должен подать её заявку, — прошептала Саттон. — Всё уже подписано. Фото прямо здесь. А дедлайн через пару часов.
— Если она не хочет участвовать, мы не можем заставлять. — Даже если это бы взвинтило её портфолио до небес. Если бы она вошла в топ-25, то она получила бы национальное внимание, шанс попасть в местную галерею, о которой мечтала… если бы она перестала сама себе мешать.
— Ладно. — Саттон напряглась. — Если ты не хочешь, тогда сделаю я. — Она потянулась к заявлению, и я дёрнул его обратно.
— Ты из-за этого так рано встала? Чтобы самой подать заявку?
— Если бы это была твоя мама, ты бы не хотел, чтобы весь мир знал, насколько она особенная?
Ауч. Она ударила прямо по сути.
— Я не маленькая. Мне одиннадцать. Я знаю, как ей тяжело было растить меня одной. Она заслуживает шанс. — Она увидела, что я колеблюсь, и подошла ближе, мольба в глазах. — Пожалуйста, дай ей этот шанс.
— Если она не хочет, мы не можем… — начал я, но сам же понял, что спорю в пустоту. Даже если я согласен. Если подпись не её — я не могу сделать это за её спиной.
— Она моя мама. Я её знаю. Она не скажет, но я причина того, что она не участвует. Я причина того, что она не закончила колледж. Она всегда была слишком занята, заботясь обо мне.
Я покачал головой. — Нет. Саттон, ты не можешь винить себя…
— Если она не пройдёт, она никогда не узнает, — перебила она. — А если пройдёт? Если попадёт в финал или победит? Все увидят её фотографии. — Она снова подняла подбородок, не отступая. — И я собираюсь подать её.
Кэлли будет в ярости, если Саттон сделает это против её воли… но как же счастлива она будет, если её фотографию выберут? Если она получит подтверждение того, насколько она талантлива? Если она наконец поверит в себя?
Но я взрослый. Я не могу свалить ответственность на Саттон.
Если выбирать, чтобы Кэлли злилась на Саттон за то, что она всё равно сделает… или на меня…
То ответ очевиден.
И Кэлли заслуживает этот шанс. Она заслуживает сиять. Даже если она сама в это не верит.
Может, я и не могу дать ей те слова, которых она жаждет — те, что она дала мне прошлой ночью, но я могу дать ей это.
— Я сделаю. — Я загрузил подписанное разрешение и фотографию Тео с флешки.
Мир, знакомься — невероятная Каллиопа Торн.
Глава семнадцатая
Глава семнадцатая
Кэлли
— Она ещё не вышла на рынок, но, думаю, мы сможем попасть внутрь до того, как объявление появится в MLS15, — сказала по телефону моя риелтор Шэннон.
— Правда? — Я бросила взгляд на Уэстона, сидящего за рулём, пока мы подъезжали к площадке в Стимботе. Чёрт, почему мой первый инстинкт, когда речь шла о моём потенциальном доме был посмотреть на Уэстона?
Потому что ты его любишь.
Да, ну… прошёл месяц с тех пор, как я вывалила на него эту бомбу, и, кроме как сказать мне в ту первую ночь, чтобы я не любила его, он больше никак на это не отреагировал. Я ведь призналась не ради слов в ответ, но… было бы приятно. Было бы идеально.
— Ну так что ты думаешь? — спросила Шэннон.
— Там две спальни? Два санузла? — повторила я детали, которые она уже озвучила.
Уэстон мельком взглянул на меня, но его лицо было непроницаемым, когда он парковался.
— Да. Новый комплекс. Это кондо, так что не полностью соответствует твоему списку желаний, но оно в твоём бюджете.
В верхней границе моего бюджета. Но кондо всё равно было бы моим. Местом, которое Саттон и я могли бы назвать своим. — Попробуй договориться на завтра.
— С первоначальным взносом всё в порядке?
— Да. — Это почти полностью опустошило бы мои накопления, но ради этого же я их и собирала… верно?
— Хорошо. Я тебе напишу. — Мы со Шэннон попрощались как раз в тот момент, когда Уэстон поставил машину на парковку.
— Хорошие новости? — спросил он.
— Шэннон нашла ещё один вариант. — Прошли недели с последнего звонка. — Кондо, которое скоро выставят на продажу. И в моём ценовом диапазоне.
— Это хорошо… да? — На секунду я уловила в его глазах вспышку паники. Может, я просто хотела её увидеть. Может, я хотела, чтобы он сказал, что мы вместе будем искать жильё. Что он видит для нас будущее вне служебного жилья.
Или, может, я просто была слишком нуждающейся.
— Да, это здорово. Ладно, начнём шоу. — Я изобразила улыбку, и мы выбрались из грузовика кто как мог. Я помогла Саттон натянуть её лыжные штаны в кабине, потом впихнулась в свои на пассажирском сиденье. Мы приехали. Наперекор собственной тревоге я согласилась позволить ей участвовать в соревнованиях. Это был последний старт сезона, и её тренер уверял, что она готова.
— Не могу поверить, что это по-настоящему! — Саттон буквально искрилась от восторга, пока Уэстон доставал её снаряжение из кузова. Она вибрировала от нервов и радости.
— Поверь, ребёнок. — Он потрепал макушку её шапки. — Пора надеть шапку концентрации, иначе твоя мама может передумать и забрать своё согласие.
— Ха. — Я закатила глаза, пока мы шли к стойке регистрации под баннером “Добро пожаловать на отборочный турнир IFSA Extreme Freeride в Стимботе”. — И для чего же мы тут квалифицируемся?
— Кто-то хочет пройти на национальные, — ответила Саттон. — А я просто надеюсь занять место. Не волнуйся, мам, я в U1216.
— Ага. — Я сжала в руках бланк отказа и перечитала. Нижеподписавшийся понимает, что участие… может быть ОПАСНЫМ и включает риск ТРАВМЫ И/ИЛИ СМЕРТИ.
— С ней всё будет хорошо, — заверил Уэстон, обнимая меня за плечи.
— Потому что ты уже подписывал такое?
— Вообще-то да. Когда я оформлял