— Боюсь, сам по себе секрет не даст ничего.
— Он даст чувство удовлетворения нашего любопытства, — парировал Полозовский-старший. — А мы очень любим держать наше любопытство удовлетворённым.
— Врановские принимают ваше предложение и готовы обмениваться как сведениями, так и помощью, — постановил Арсений Теневладович и посмотрел на седого Белосокольского, передавая эстафету ему.
— Мы с племянниками будем только рады новому союзу, — кивнул тот и поглядел на Знахарских: — Мы с соседями всегда неплохо ладили, надеюсь, теперь между нами разовьётся крепкая дружба.
Последним высказался Саша:
— Вразумовские рады формированию нового союза. Предлагаю взять за правило то, что совет новообразованного союза будет заседать именно в Синеграде. Наши двери всегда открыты для соратников. Моя супруга предложила название «Западный Союз», и если не будет возражений, то мы можем остановиться именно на нём.
Возражений не было.
— Остаётся лишь проблема тех спорных территорий, на которых зоны действия наших с Разумовскими алтарей идут внахлёст, — продребезжал Полозовский-старший, и брови нависли над столом в негодующем вопросе.
— Вразумовским кажется разумным поделить их пополам, — осторожно предложил Саша. — Обозначить границу вдоль всего спорного участка и раз и навсегда закрепить земли за соответствующим кланом.
— Добро, — подумав, согласился Полозовский-старший. — Отряжу вам Мирияда, чтобы довести дело до конца. Через него же будем поддерживать связь. Да, внучек? — он хлопнул того по плечу, отчего Поль недовольно качнулся и едва слышно зашипел, высунув раздвоенный язык.
Соглашение о создании союза составили быстро, каждая из сторон уже подготовила черновик, и согласование пунктов прошло на удивление гладко — поспособствовало то, что делить по большому счёту было нечего. Когда пять экземпляров были заверены печатями и личными подписями князей, я выдохнула с неимоверным облегчением.
Словно выплыла на поверхность из довлеющей морской глубины.
Теперь на повестке дня осталась последняя проблема, которую нельзя решить переговорами с другими кланами, против неё можно лишь объединиться.
— Предлагаю перейти к вопросу, который волнует нас больше других, — заговорила я, обращаясь к своим новым соратникам.
Я рассказала им правду о погасшем алтаре и о видении, посетившем меня при его разжигании. То, что алтарь решил избрать меня хранительницей, пока оставила при себе, сочтя эти сведения не столь важными, а вот творившееся в глубинах Пресного моря описала во всех подробностях.
О случившихся в других жизнях нападениях умолчала, ведь правда о них звучала бы слишком фантастично. Поведала только самое важное: чего мы опасаемся и какими артефактами вооружены ромалы.
Знахарские и Полозовские мрачнели с каждой минутой повествования, а брови князя змееводов гневно шевелились. Лазурка внимательно за ними наблюдала, явно прикидывая, съедобные они или нет.
Дослушав мой рассказ, Светозар сообщил:
— На протяжении последних нескольких дней мы ведём наблюдение и обнаружили десятки новых плавучих поселений, находящихся преимущественно возле Большой Топи. Ранее мы туда не совались, далековато от нас, но создаётся впечатление, будто ромалы уже начали осваивать саму Топь. Если они научились строить алтари, то ничем хорошим для остальных кланов это не закончится — мы все знаем, что в Топи есть как минимум одна потенциально подходящая для установки алтаря точка.
Мирияд Митрофанович пошамкал губами, пошевелил бровями, словно разводя ими сомнения, и наконец поделился:
— Кстати, если уж говорить об алтарях откровенно, то наш заметно ослабел последние месяцы. Не погас, но… скажем так, мы приблизились к той опасной отметке выработки энергии, когда её едва хватает на поддержание периметра и базовые нужды. Это одна из причин, почему мы не в состоянии были предложить за руку княжны большое вено — предвосхищали предстоящие траты. И о том, что Разумовских постигла схожая участь, подозревали.
— Впрочем, стоит признать, что это была не единственная версия, — вмешался в разговор молчавший до этого Мирияд Демьянович. — Вторая заключалась как раз в том, что Разумовские нашли способ усилить свой алтарь, оттянув на себя часть энергии из нашей подземной жилы. Однако теперь мы знаем, что это общая беда.
— А нельзя как-то оградить наши жилы от ромалов? — с тоской спросила я, уже представляя ответ.
— Магия — как подземная река. Где-то залегает мощный поток, а где-то её нет вовсе. Иногда жила иссушается, а поток перенаправляется в новое место, однако это случается крайне редко и обычно происходит в результате крупных землетрясений. В последний раз такое приключилось пять веков назад, с тех пор было тихо. Тогда погасло несколько алтарей, в том числе и наш, — басовито поделился князь Знахарских. — Ольтарские могут как-то управлять этими потоками силы, однако умения свои держат в тайне, и нам неизвестен предел их способностей. Вернуть магию в небольшую обмелевшую жилу они способны, однако смогут ли управлять всеми потоками разом? Сомневаюсь. Думается мне, что если бы они такое могли, то мы все уже давно ходили бы под Ольтарскими. Видимо, всё же есть какие-то ограничения, информацией о которых они делиться вряд ли возжелают.
Теперь за столом преобладали сосредоточенность и интерес, стороны наконец отринули недоверие, и мне стало намного проще включаться в беседу — чужие эмоции этому лишь способствовали.
— Если предположить, что старые алтари слабнут из-за установки новых под водой, то дело принимает паскудный оборот, хотя иметь хоть какое-то здравое объяснение происходящему лучше, чем жить в неведении. Как бы велика ни была угроза, лучше смотреть ей в лицо, — проговорил князь Полозовских. — Внучек, расскажи-ка о Зеленкиных проделках. Пора и нам раскрывать карты.
Мирияд Демьянович кивнул и сказал:
— Вероятно вы знаете, что у меня есть младшая сестра Зелена. Она всегда была несколько… экстравагантна, и когда настало время приручать свою змею, сестра не пошла искать компаньонку на болото. Она отправилась бродить по берегу. Это был тот год, когда погиб отец, а она всегда была его любимицей и тяжело переживала утрату, поэтому мы… — Мирияд на секунду запнулся, подбирая слово.
— Баловали козявку, — хмуро подсказал ему дед.
— Старались не давить на Зелену, — тактично перефразировал Полозовский-младший. — И в итоге она приручила подводную змейку.
— Ужа! — возмущённо добавил дед. — Ужа она приручила! Бестолкового неядовитого ужа!
— Если он так бестолков, то как сумел раздобыть столь важные сведения? — тут же вступился за сестру Мирияд Демьянович, и было видно, что этот спор не утихает в клане Полозовских уже не первый год. — Так вот, Жучик любит поохотиться на бычков и другую мелочовку, глубоко