И при этих его словах я вдруг ощутила крохотную огненную вспышку в груди.
«Это наша земля».
Это… наша… земля. Это… моя земля! И я не хочу, чтобы по ней разгуливали такие вот Грегсоны, а люди вынуждены были ютиться в жалких лачугах и развалинах замков.
Так я и пришла к осознанию, что я нужна этому месту, нужна этим людям. Что я сама — лично я, а не навязанные мне ИИ установки — хочу им помочь. Наверное, для этого я и попала сюда. А для чего же еще, если подумать? Чтобы исправно задирать юбку перед лордом и планомерно рожать ему детей? Или тихо спиваться в уголке, не сумев принять эту трудную, но настоящую жизнь?
Нет. Я — женщина из других времен, женщина, которая благодаря обстоятельствам, знает намного больше, чем другие. И я могу помочь людям. Не каким-то абстрактным персонажам, а вот этим конкретным людям, которые сейчас рядом со мной. Помочь Мойне жить в тепле и не страдать так от постоянного радикулита. Помочь Эвану и Милли вырасти не в грязи и нищете. Помочь Камайе найти свое счастье. И даже Эдмунд… Даже для него мне вдруг захотелось что-то сделать.
А поняла я это после нашего небольшого предсвадебного разговора.
— Мама, я украду у тебя Ноэль? — спросил лорд-князь, заглядывая в зал, где я сидела, выслушивая очередную хозяйственную лекцию от вдовствующей княгини.
Мойна лишь царственно повела рукой.
Я вышла за порог и не очень вежливо уставилась на Эдмунда.
— Что вы хотели, лорд-князь?
— Поговорить. И лучше не в доме. — Мужчина подал мне руку, и я медленно положила на нее свою.
Накинув теплые плащи, мы вышли из замка, и я поняла, что лорд ведет меня к озеру.
Поначалу мы шли молча. На улице со вчерашнего дня еще больше похолодало, и я прятала нос в длинный шарф, подаренный мне Мойной после моего нежданного заплыва. Эдмунд не спешил начинать разговор, и я тоже не рвалась заговорить первой — сам позвал, сам пусть и выкручивается. А то вытащил меня на этот холод, понимаешь ли.
На сей раз с небольшого озерца не тянуло туманом, оно лежало перед нами, серое и неподвижное, как полированный мрамор. Лорд остановился у самого берега, поднял с земли плоский камешек и запустил его по воде. Три прыжка — и тихий всплеск.
— Мать говорила о тебе сегодня. — Его голос прозвучал неожиданно мягко, будто бы не желая спугнуть тишину между нами. — Она рассказала про мальчика из Дунмора.
Я повела рукой в неопределенном жесте.
— И что она сказала?
— Что ты сиганула за ним, даже не сняв ботинок.
Едва заметно улыбнувшись, я подняла на него взгляд. Эдмунд стоял прямо, широко расставив ноги, ветер трепал его темные длинные кудри и холодил и без того обветренные щеки. Я даже залюбовалась, рассматривая моего будущего супруга. Царственная осанка, широкие плечи, подтянутый торс, сильные красивые руки с длинными пальцами, на одной из ладоней белеет шрам… Истинный вождь своего клана.
Но невольное восхищение, которое я испытала при созерцании столь великолепного образца мужественности, не помешало мне заметить, что в глазах Эдмунда теперь мелькало что-то новое. До этого момента он смотрел на меня, как на некий внезапно свалившийся на него артефакт, с которым он не знал, что делать. Теперь, кажется, он — как недавно и я — увидел во мне живого человека.
Что теплилось в его взгляде? Не просто одобрение моему поступку и, пожалуй, не восхищение — это было бы для него слишком. Скорее... узнавание. Будто он наугад открыл случайную книгу и вдруг нашел в ней знакомую строку, которую долго искал.
Я скрестила руки на груди. Защищаясь то ли от холода, то ли от просачивающихся в сердце странных чувств.
— Вы хотите сказать, что я импульсивна?
Он усмехнулся.
— Я хотел сказать, что ты… неожиданна.
— На моем месте любой бы так поступил, — пожала я плечами.
— Отнюдь.
Лорд-князь сделал шаг ближе. Я поправила подол платья, чувствуя, как камни под ногами холодят ноги.
— Ты вообще странная женщина, Ноэль. Я даже не знаю, как с тобой общаться. Раньше я не испытывал трудностей, заводя разговор с девушкой. А вот с тобой не понимаю даже, как заговорить. Ты действительно Дар богов? Или белая ведьма, как тут шепчут мне некоторые?
Он протянул руку и осторожно взял меня за подбородок, желая рассмотреть попристальней.
Я резко вывернулась и шарахнулась от него в сторону. Если бы я могла обжигать взглядом, сейчас с удовольствием бы подпалила ему что-нибудь.
— Надеюсь, вы сами в состоянии решить этот вопрос, лорд-князь. А если вам для этого нужны подсказки «некоторых», то стоит ли вообще брать меня в жены?
Взгляд Эдмунда потемнел, стал жестким.
— Вот поэтому я и говорю, что не знаю, как с тобой обращаться. То ты ходишь по замку с отсутствующим взглядом, словно больная сонной болезнью, то ныряешь за ребенком в реку. То молчишь, спокойная, как каменное изваяние, то огрызаешься, как волчица.
— Вы наблюдаете за мной, лорд-князь?
Он ответил не сразу. А когда начал говорить, в его голосе уже не было того привкуса железа, который я ощутила буквально минуту назад.
— Я наблюдаю за всем, что может угрожать моему клану… И за всем, что может его спасти.
Я лишь развела руками.
— Тогда вам придется наблюдать дальше.
— Буду, — кивнул он. — Я вообще хотел бы узнать тебя лучше, Ноэль. Но, боюсь, это будет невозможно в ближайшее время. Сразу после нашей свадьбы я уеду в столицу Преттании, к лорду-протектору. Перед отъездом я должен дать тебе статус и титул, чтобы ты была здесь хозяйкой на полных основаниях. Не волнуйся, с тобой останется моя мать и Габриэль, они во всем тебе помогут. Но мне важно, чтобы и ты помогла нам тоже.
— Эдмунд… — Я обратилась к нему по имени, прекрасно понимая, что нарушаю правила, ведь я еще не была его женой. Но использовать его титул мне показалось неуместным для того, что я собиралась сказать. — Эдмунд, я вижу. Вижу людей, вижу их проблемы, вижу, где могу быть полезной. Но я не хочу и никогда не хотела, чтобы на меня смотрели только, как на полезную вещь — как смотрят на хорошую лошадь или высокоудойную корову. Если вы желаете, чтобы я