Его бедра вращаются, позволяя ему войти глубже. Теперь он спокоен и собран. С последним толчком он вырывается, отбрасывая презерватив в сторону и выплескивая свою порцию мне в рот. Я поглощаю его, упиваясь им, когда ночь подходит к концу.
Еще одно место, куда я могу пойти, но единственное, чего я хочу, — это остаться здесь, с ним.
Кончики пальцев Крида скользят по линии моего подбородка, пока я, переводя дыхание на прохладной, покрытой росой траве, улыбаюсь ему.
Внезапно земля начинает светиться. Янтарные лампочки освещают дорожку, маня нас следовать за собой.
Крид поднимает меня с земли: — Готова к финалу?
11
Держась за руки, мы идем по освещенной дорожке. Я могла бы попытаться вести себя невозмутимо, но моя широкая улыбка выдает, насколько легкомысленно я себя чувствую.
Я не могу забыть, какой Крид красивый и какой особенной он заставил меня почувствовать себя сегодня вечером. — Ты говоришь всем девушкам, что найдешь их? — спрашиваю я, нахмурившись. — А потом ты трахаешь их в лесу и ведешь на карнавал?
Он смеется, и смех эхом отражается от деревьев. Я оборачиваюсь и вижу Мэнди, которую сопровождают двое мужчин. Она держит один из их фальшивых ножей. — Я был с тобой только сегодня вечером, — говорит он мне, проводя большим пальцем по моей руке.
Я оборачиваюсь и хмурюсь. — Правда?
— Ммм. — мурлычет он. — Несколько раз.
Я останавливаюсь как вкопанная, вопросительно наклоняя голову. — Что?
— Гравитрон, — он ухмыляется. — Было так весело трахать тебя в той поездке, — он откидывает голову назад, припоминая это воспоминание изгибом губ. Я теряю дар речи, когда он наклоняется, кланяясь. — И еще, Фантом.
Милый, нежный мужчина в маске, который подарил мне розу. Лицо призрака, который жестко трахнул меня в поездке. — Как я могла не знать?
Он пожимает плечами: — Костюмы, у нас здесь лучший художник, и я позаботился о том, чтобы оказаться там, где будешь ты.
— Ты следил за мной, Крид?
Он хлопает ресницами: — Если я скажу ”да", ты будешь обижаться на меня?
Я краснею. — Я буду сдерживаться против тебя в любое время.
— О, и «дыра славы» тоже, — он ухмыляется.
Я шлепаю его по руке. — Ты больше никого не подпускал ко мне, — дразню я, нисколько не заботясь об этом. — Не могу поверить, что ты забрался на Колесо Обозрения.
— Э-э, насчет этого. — Он делает паузу. — Я не лазил на эту гребаную штуку.
Тихий лес наполняется нашим смехом. Я знала, что он не зомби, я бы узнала его в тот момент, когда он снял маску, если бы это был он. Не то чтобы зомби не был красив, просто Крид попал в другой мир. Восхитительный.
Его рука поднимается, увлекая за собой мою. — Добро пожаловать на карнавал хаоса.
Колоссальный красно-белый шатер появляется в поле зрения, когда мы заворачиваем за угол. Мы не у главного входа, это другой вход. Я знаю, потому что слышу болтовню на другом конце провода, где должна быть линия, и шум сопровождают два взлетающих в небо огонька стадиона. — Как они вообще доставили сюда эту штуку?
Он машет руками перед лицом, открывая занавес. — Волшебство.
Он не ошибается, дом спрятан в лесу, по бокам раскидистые деревья. Я вхожу, окруженная толпой людей. Мэнди следует за нами по пятам. — Я провожу тебя ко входу для актеров, — говорит он.
— О, за что спасибо, сэр, — я делаю небольшой реверанс, стараясь не упасть, когда мимо пробегает полуодетая женщина, натягивающая другой наряд. — Здесь полно народу!
— Раздевалка, — зовет один из парней с Мэнди.
Крид ведет меня в середину, где расставлены вешалки с одеждой. Повсюду разбросаны различные костюмы, которые передают работники карнавала.
В будку рядом с нами заходит женщина: — Время вызова!
Все движутся, как рабочие пчелы, суетясь вокруг нас со скоростью, за которой я не могу угнаться. Мэнди хватает меня за руку во время суматохи, в тот самый момент, когда группа шумных мимов оттаскивает меня от Крида.
— Нам нужно выбираться отсюда, — говорю я ей, замечая волнение, доносящееся из угла комнаты и приближающееся к нам.
Мы с Мэнди выходим из гримерной через боковую дверь и оказываемся в главной части карнавального шатра.
Мы оба испытываем благоговейный трепет, глядя на раскинувшийся потолок из красно-белой ткани. Он задрапирован невероятно высоко посередине потолка, ниспадая наружу и облегая стены.
В центре — длинная блестящая черная сцена, окруженная трибунами. Женщина держит микрофон, привлекая всеобщее внимание.
Вокруг мерцают ослепительные огни, гремит музыка, симфония звуков рассекает воздух. — Мы хотели бы представить владельца, оператора, гребаную легенду Карнавал Хаоса… Король! — Крид выбегает, одетый в черный костюм. Его темные волосы зачесаны назад. — Разгром Крида!
Он поворачивается ко мне, обращаясь к толпе. — Спасибо, что присоединились к нашему ежечасному мероприятию! Я знаю, что некоторые из вас ждали меня на других показах, но я был занят, выслеживая гостя, — он хихикает, и толпа повторяет его смех. — Сегодня вечером у нас для вас потрясающее шоу. Наслаждайтесь, — он кланяется и отходит назад, пока его не скрывает занавес.
Воздух заряжен. По толпе проносится возбужденный гул, когда гаснет свет и начинается шоу. Высоко в воздухе вспыхивает прожектор, освещая группу акробатов, которые перелетают над нашими головами с ринга на ринг. Они цепляются друг за друга, и у меня перехватывает дыхание, когда они опускаются, я удерживаю это, пока их не хватают партнеры.
Некоторые обнажены, другие одеты в костюмы фей. Я смотрю, как некоторые из них трахаются со стропил.
Они летают, вызывая у меня мурашки по коже. Это выглядит так реально, хотя я вижу блеск тонкой веревки, которая удерживает их в безопасности. Их движения безупречны, как балетный номер.
Мимы, которые раньше были довольно разговорчивыми, выходят молча, разыгрывая веселое представление.
Это зрелищное шоу, тщательно спланированная симфония талантов.
Фокусники вливаются в толпу, ослепляя нас своими трюками.
Наконец, выходит женщина в фиолетовом платье, которое само по себе переливается, напевая мелодию, которая, кажется, вводит толпу в транс. Она очаровательна.
— Посмотрите вверх, — говорит певица, когда заканчивает, указывая на подсвеченную неоновую веревку, натянутую от конца до конца.
Крид возвышается над нами, одетый в бархатную черную накидку, его призрачная маска снова надета. К нему ничего не прикреплено, ни страховочных тросов, ни сетки внизу, чтобы поймать его, если он упадет.
Я сажусь на краешек стула, пока