Нейл ухмыляется и кивает.
— Ставки?
— Проигравший покупает первый раунд в следующий раз, когда мы выйдем, — предлагает Даллас.
— Договорились.
Мы сразу же включаемся в игру. Габриэль отрабатывает со мной стойку в течение следующих нескольких раундов, чтобы убедиться, что мне комфортно двигаться в таком положении. Затем он позволяет мне попробовать самой. Несмотря на то, что я всё ещё смущена воспоминаниями о том, как Гейб обнимал меня, а его возбуждённый член тёрся о моё бедро, мне удаётся неплохо справиться. Несмотря на то, что я мешала ему, Габриэлю всё же удаётся выиграть первый раунд для нас.
Затем наступает очередь Рико присоединиться к игре, и я предлагаю посидеть и понаблюдать за ходом игры, чтобы я могла лучше ознакомиться с тем, какие удары наносят ребята, и с возможными углами на столе. Потягивая пиво, я ловлю себя на мысли, что уже не так сильно его ненавижу. Теперь, когда я не пытаюсь его залпом выпить, углекислый газ не обжигает мне нос, а шипение освежает, когда пиво опускается в желудок.
Пока я смотрю, во мне борются эмоции. Я не могу не восхищаться тем, какой он сексуальный, и тем, как он умеет меня заводить. Я отчаянно хочу его, и когда он целует меня, мне кажется, что я схожу с ума от страсти. Но он явно держит меня здесь, и я не совсем уверена, пленница я или нахожусь под его защитой. Хотя он никогда не был со мной жесток, стоит учитывать его напор. Его внимание граничит с преследованием, и я не совсем понимаю, как давно это продолжается. Он также ведёт себя крайне собственнически и ревниво, и это меня почти пугает, потому что я не знаю, на что он готов пойти, чтобы оставить меня себе.
Все эти сомнения и неуверенность в себе заставляют меня осознать, что мне нужно вспомнить, кто я на самом деле и что со мной произошло. Но мне вдруг становится страшно узнать правду. Что, если моя прежняя жизнь была ужасной? А что, если это будет означать, что мне придётся уйти от Габриэля? Я не совсем уверена, что хочу быть с байкером, но я также не уверена, что хочу его бросить. За последнюю неделю он стал для меня спасательным кругом, и я чувствую с ним глубокую связь, которую не до конца понимаю.
Я отгоняю эти мысли, пока парни шутливо подначивают друг друга, обсуждая игру. Когда я присоединяюсь к их подшучиваниям, они смеются вместе со мной, и я начинаю чувствовать себя частью группы, а не просто девушкой, которая присоединилась к ним на вечер. У Далласа сухое чувство юмора, которое застаёт меня врасплох в лучшем смысле этого слова. Нейл совершенно добродушен, что контрастирует с его устрашающей внешностью, а Рико и Гейб добавляют остроумных замечаний, которые больше похожи на спарринг, чем на подшучивания.
Мы играем ещё несколько партий, и пока я пью очередное пиво и устраиваюсь поудобнее, я чувствую себя комфортно в их компании. И всё это время я не свожу глаз с Гейба, с того, как он, словно дикий кот, крадётся вокруг стола в поисках чистого удара, с того, как напряжён его взгляд, когда он прицеливается кием. Как напрягаются его широкие плечи и бицепсы, когда он отправляет биток в полёт по столу. Каждый раз, когда я думаю о том, какой он чертовски сексуальный, в глубине моего естества зарождается желание.
Через некоторое время ребята предлагают перейти к покеру, и я снова чувствую себя не в своей тарелке, когда они объясняют правила техасского холдема. Но в этой игре я разбираюсь довольно быстро и вскоре уже собираю фишки, блефуя на протяжении всей игры.
— Да ладно тебе! — Кричит Даллас, опуская руку, когда я забираю последние его фишки в свою стопку. — Я даже не верю, что ты никогда раньше не играла в эту игру.
Я хихикаю и одариваю его озорной улыбкой.
— Полагаю, я могла играть в неё раньше, но если и так, то я не помню.
Гейб мрачно усмехается рядом со мной, и от этого глубокого звука по моей спине пробегает приятная дрожь.
— Не будь таким обидчивым проигравшим, Даллас. Только потому, что ты проиграл девчонке.
— Эй, я возмущён этим обвинением. Я не обижаюсь, что проиграл девушке. Я огорчён, что проиграл новичку, который воспользовался «удачей новичка». — Даллас прищуривает свои темно-синие глаза, глядя на Гейба.
— Ты не умеешь распознавать блеф, — парирует Гейб.
Даллас допивает пиво и швыряет пустую бутылку на стол.
— Да пошли вы, ребята. Я пойду спать, пока не потерял ещё больше своих с трудом заработанных денег.
Рико усмехается.
— С трудом заработанных. Смешно.
Даллас показывает Рико средний палец через плечо и направляется к французским дверям, чтобы уйти спать. Вскоре за ним следует Нейл, который проигрывает последние фишки в роял-флеше Гейба. И тогда остаёмся только я, Гейб и Рико.
Игра становится всё жарче по мере того, как мы по очереди выигрываем раздачи. Наконец Рико с отвращением бросает карты на стол.
— Знаете что? Я сдаюсь. Уже чертовски поздно, а вы двое просто выжимаете из меня все соки.
Гейб усмехается, а Рико отодвигает стул и встаёт.
— Спокойной ночи, — напевает он.
— Веселитесь, дети, — говорит Рико, подмигивая Габриэлю, прежде чем выйти через французские двери.
Я смотрю на часы на стене и понимаю, что уже довольно поздно, почти час ночи. Я так хорошо проводила время, что даже не заметила, как пролетело столько часов.
— Хочешь продолжить играть? — Спрашиваю я, оглядываясь на Гейба.
Он уже смотрит на меня, и огонь в его глазах заставляет меня трепетать от страха и волнения.
— Думаю, на сегодня с меня хватит покера. — Его тон внезапно становится грубым.
— О, хорошо. — При мысли о том, что игра окончена и нужно идти спать, у меня немного падает настроение. — Может, сыграем в бильярд?
На его губах медленно появляется ухмылка.
— Конечно, давай сыграем в бильярд.
В клубе сейчас совсем пусто, так что никто не мешает нам занять бильярдный стол, и я начинаю раскладывать шары, как показал мне Даллас. Но вместо того, чтобы взять кий, Гейб подходит ко мне сзади. Когда я наклоняюсь над столом, чтобы завершить начатое, Габриэль хватает меня за бёдра, впиваясь пальцами в кожу, и прижимается ко мне, потираясь своей возбуждённой плотью о мою задницу.
Прежде чем я успеваю что-то предпринять, с моих губ срывается вздох, и меня пронзает волна желания, от которой покалывает кончики пальцев на руках