Утром он встал первым и снова пошел в туалет. Моча была очень теплой, но в ней не обнаружилось ни одного вкрапления красного цвета. Поняв, что жук не произвел никакого эффекта, он так разволновался, что весь вспотел.
Целый день он пил горячую воду из термоса, стакан за стаканом, то и дело ходил в туалет, но ни малейшего признака изменений в организме так и не было. Он снова достал ту баночку и пристально рассмотрел ее содержимое: казалось, что высохшие глаза жука уставились на него, как будто хотели съесть. «Что за ерунда, — подумал он, — сначала съел половину, а теперь целого, и ничего не произошло!»
Ночью, пока все спали, он потихоньку вытащил еще одного нарывника и проглотил его. На этот раз ему показалось, что жук в животе не только ползал, но еще и летал. Увлеченный этими ощущениями, он уснул. В ту ночь он не видел снов. Утром, проснувшись, снова пошел в туалет. Как только начал мочиться, почувствовал сильное жжение. Опустив взгляд, он увидел, что моча была красно-желтой с примесью крови. Тут же остановив мочеиспускание, он вернулся в общежитие, взял бутылку от бай-цзю, собрал оставшуюся мочу и поехал в больницу.
Врач-терапевт доктор Ма проверил пульс, а затем с помощью стетоскопа прослушал грудную клетку, спину и живот. После этого осмотрел язык, веки и, осуществив все стандартные манипуляции, спросил:
— Что вас беспокоит? — Хотя, по логике, этот вопрос врачу должен был задать он.
— Жар, кровь в моче, — сказал он и показал бутылку от байцзю, наполненную мочой.
Доктор Ма не понял его.
— Вчера слишком много выпили?
— Нет, это моча. В моче кровь. — Он встряхнул бутылку.
Доктор тут же подался назад и, задержав дыхание, выписал направление на анализ.
За лабораторным столом сидела медсестра Лошадиное лицо. Он протянул ей бутылку.
— Что это?
— Моча.
— Чья?
— Моя.
— Так не пойдет! Тебя не просили сдавать анализ, а ты уже все подготовил. Кто знает, твоя ли это моча!
Да это не медсестра с лошадиным лицом, а страж ада Ма Мянь, демон с головой коня.
Он вспомнил тех двух насекомых и внимательно прислушался к ощущениям ниже пояса. Не страшно! Жжение еще не прошло.
— Тогда я могу помочиться прямо здесь!
— Хулиган! — Лошадиное лицо кокетливо приподняла уголок рта и позвала: — Лао Ли! Сопроводи этого юношу в туалет. Главврач сказал, что если эта образованная молодежь хочет получить увольнение по болезни, то их ждет очень тщательная проверка.
Лошадиное лицо спихнула задачу на опытного разнорабочего. Лао Ли согласился.
Они зашли в туалет, и, когда он собрался действовать, Лао Ли уставился на его промежность. Ну и как тут что-то выдавишь?
— Не могли бы вы отвернуться? Что интересного в мочеиспускании?
— Так не пойдет, — твердо сказал Лао Ли. — Вчера на собрании главврач приказал: не давать увольнение ни одному хорошему человеку и не ставить ошибочный диагноз ни одному плохому.
Он изо всех сил нажимал на живот, но все равно ничего не выходило. Лао Ли сглотнул, подошел к крану и с шумом открыл его. Затем снова уставился на пациента. Это и правда сработало — как только вода зажурчала, у него тоже получилось. Он внимательно посмотрел на свою мочу — красноватый оттенок все еще присутствовал, и это его несколько успокоило. Наполнив маленькую бутылочку, он протянул ее старику. Лао Ли принял бутылочку, словно это было подношение богам, и осторожно понес в лабораторию.
Когда появились результаты анализов, он увидел на бланке четыре жирных плюса.
«Какие же ядовитые твари! Всего две штуки — и завалили здорового парня!» — подумал он.
Эти плюсы на бланке заставили его и в самом деле почувствовать себя больным. Держась за поясницу, он отправился в кабинет терапевта. Доктор Ма как раз пил чай. Он с трудом зашел внутрь и положил анализы на стол. Увидев результат, доктор так растерялся, что его рука с чашкой задрожала. Затем он попросил его протянуть руку для пульсовой диагностики и в конце концов вымолвил лишь:
— Вот это да!
Он вспотел от страха, решив, что врач имеет в виду нарывников. Доктор выписал ему рецепт.
Он сидел неподвижно. А когда доктор Ма протянул ему бумаги, попросил:
— Доктор, поставьте мне диагноз!
— Диагноз пока не могу поставить, но могу выписать больничный на неделю.
— Больничный мне не нужен, нужен официальный диагноз. Здесь ни больниц, ни лекарств — ничего нет. Я поеду в Шанхай лечиться.
— Пропейте сначала лекарство, потом поговорим. — Доктор Ма взял чашку с чаем и забыл о нем.
Он же поставил на стол бутылочку с мочой, что держал в руках:
— Вот! Посмотрите, в моче есть кровь, и вы только что сказали: «Вот это да!» Мао Цзэдун учил нас: «Нужно спасать умирающих и помогать раненым, придерживаясь идей революционного гуманизма».
Доктор долго не мог проглотить чай, но в конце концов открыл ящик стола и написал диагноз на бланке — «острый нефрит».
Он встал, поблагодарил врача и вышел из кабинета, забыв бутылочку с мочой на столе.
Наконец-то получилось заиметь увольнение по болезни.
В день отъезда Плосконосый провожал его на железнодорожной станции. Незадолго до отправления поезда он достал баночку с жуками и отдал товарищу:
— Это вызывает воспаление почек: если вечером съешь одного, на следующий день будет кровь в моче. Запомни, не больше одной штуки.
Плосконосый посмотрел на насекомых и тихо заплакал, то ли от благодарности, то ли от грусти вызванной расставанием.
Поезд тронулся. Он так никому и не рассказал о своем способе повышения температуры. Все дело в том, что это было его собственное изобретение, таким жалко делиться с кем-то.
Громоотвод
Лучший способ скоротать скучные дни — заключать пари.
Есть очень много тем и поводов, все зависит от времени и места. Идея поспорить на что-то может возникнуть где угодно: за едой — съесть пятнадцать булочек маньтоу; в дороге — забраться на столб и дотронуться до фарфорового изолятора; перепрыгнуть стол или ров; одной сигаретой поджечь двадцать зарядов взрывчатки для горных работ; выпить залпом полтора цзиня байцзю (того человека потом положили в снег, где он пролежал около часа, прежде чем очнуться). Бесконечное количество вариантов.
В мире существует еще больше способов заключать пари, большинство из них собрано в «Книге рекордов Гиннесса». Это придает им официальность и важность. Тот, кто способен мгновенно съесть тридцать острых перцев, может вписать свое имя в историю наравне с великими политическими деятелями. В этом нет ничего странного — у человечества слишком много времени, которое нужно чем-то занять.
В те дни в Бэйдахуане именно азартные споры помогали хоть как-то разнообразить заурядные будни. Сейчас, вспоминая те времена, я понимаю, что многие тогдашние эпизоды были так или иначе связаны с пари.
Полуночник и Мяо Цюань в лютый мороз пошли за водой. На улице было минус сорок, Полуночник уронил в колодец свой новенький тазик для умывания. Один роняет, а другой достает: Мяо Цюань разделся и, спустившись в колодец, вытащил таз. Полуночник проиграл банку консервов, но ему все же удалось испытать некоторое удовлетворение: он давно точил зуб на друга, который во всем оказывался немного лучше. В итоге Полуночник превратил спасенный таз в ночной горшок и каждый день мочился в него.
Как-то одним особенно дождливым летним днем мы разгружали зерно на складе. Пока мешки один за другим перекатывались с плеча на плечо, над нашими головами сгущались тучи. И тут как хлынет дождь! С неба падали капли размером с медную монету, а гром грохотал, как мельничный жернов. Каждая вспышка молнии сопровождалась оглушительным раскатом, от которого гудела черепица.
Рядом со складом располагался мукомольный завод — трехэтажное здание с двускатной крышей. К ее коньку был приделан громоотвод, единственный на многие километры вокруг. Озаренный вспышками молний, он небрежно расщеплял электрические разряды на одиночные всполохи.