Помимо проводившихся в определенные дни крупных ярмарок, на которые собиралось множество торговцев из разных стран, большую роль стали играть повседневная торговля и денежный оборот. Это привело к серьезным изменениям в экономике в целом. Со времен франков на немецких землях царило натуральное хозяйство; обработка полей играла ключевую роль, и продукция сельского хозяйства не шла на продажу. Князь наделял своих подданных землей или платил им продуктами, все выплаты осуществлялись натурой — скотом, птицей, зерном. Одежду, оружие и разную утварь изготавливали дома или на княжеском дворе по мере необходимости, а не для продажи. Для обмена такие предметы использовались только от случая к случаю. Теперь ситуация начала меняться, поскольку в городах возникла настоящая рыночная экономика, влияние которой вскоре начало сказываться и в сельской местности [14].
Само по себе земледелие не приносило богатства, только торговля и ремесло позволяли обеспечить рост доходов. В городах продукты и ремесленные товары продавались за наличные деньги. Теперь появился смысл производить больше, чем было нужно для удовлетворения собственных потребностей, продавать излишек и покупать что-нибудь другое. Усиливалось разделение труда; ремесленник покупал сырье для переработки и продавал готовые изделия. Торговец существовал в рамках бесконечного цикла купли-продажи, и каждая прибыль использовалась для получения новой прибыли. Ничто не ограничивало масштабы торговли. Купец стал для этого времени настолько знаковой фигурой, что слова «купец» и «горожанин» означали одно и то же [15].
Город предоставлял человеку самые лучшие возможности для материального роста. Жизнь в нем была приятнее и богаче, чем в деревне. Но главное — она была безопаснее: город окружали прочные стены, практически неприступные при тогдашнем уровне развития военного искусства. Внутри стен царил закон и порядок, каждый горожанин был лично свободным и находился под защитой всей городской общины. Все это делало города привлекательными и способствовало миграции из сельской местности в крупные населенные пункты. Разумеется, это вызывало жалобы крупных землевладельцев.
Город имел свое устройство и свои законы, отличавшиеся от законов сельской местности. Внутреннее устройство было различным — сложно найти два совершенно идентичных, — однако повсюду присутствовали одни и те же общие черты. Города стремились регулировать не только производство и торговлю, но и все аспекты деятельности своих жителей, создавая для этого специальные исполнительные органы. Представители одной профессии объединялись в корпорации, цеха, у каждого из которых был свой собственный устав. Эти объединения накрепко привязывали своих членов друг к другу; в сфере их ответственности находились не только вопросы производства, но и нравы, и религия. Каждый ремесленник растворялся в своей корпорации, а она давала ему защиту и положение в обществе. Кроме того, всех горожан объединяло стремление защитить свои права и свой город.
Богатство, крепкие стены и оружие придавали городам уверенность, и князья вскоре вынуждены были это ощутить на себе. Стремясь к независимости, горожане использовали все возможные средства для того, чтобы вырвать уступки у правителя своей территории. Некоторые князья пытались противодействовать этому силой, а Штауфены сдерживали развитие самостоятельности городов строгими законами, но в конечном счете без успеха. Самой серьезной угрозой для князей были союзы городов, которые обязывались поддерживать друг друга. Постоянная смута в Империи, хотя и вредила торговле, давала горожанам возможность отстоять свою самостоятельность.
Этот процесс занял некоторое время, и мы не будем вдаваться в его подробности. Достаточно сказать, что растущая экономика городов позволила им встать практически наравне со князьями. Самые крупные города смогли создать собственную армию, которая давала им возможность вести самостоятельную политику по отношению к своим сюзеренам и соседям.
Императоры были вовлечены в итальянские дела и борьбу с папством и не смогли создать надежную систему имперских институтов. Немцам не хватало понимания важности централизованного государства, которое могло бы мобилизовать все силы нации. Каждый боролся только за себя, беспокоился только о своих правах и не задумывался о целом. Немцы могли объединяться лишь узким кругом товарищей, именно в нем они проявляли все свои добродетели — верность, честь и готовность к самопожертвованию. Именно таким узким кругом была городская община. Житель города признавал себя частью единого целого, поскольку это целое защищало его. Он был готов бороться за права общины, поскольку община боролась за его права. Ничего большего ему не было нужно.
Так на страницах немецкой истории появилась новая, молодая сила — города. Их питательной средой были ремесло и торговля. Приумножать как первое, так и второе — в этом заключался смысл их существования.
Глава 2.
Начало северогерманской морской торговли
Рост богатства городов требовал найти ему применение в условиях, когда ближайшие рынки оказались перенасыщенными. В поисках прибыли купцы торговали не только заграничными товарами, но и произведенными в окрестных городах и деревнях. Для развивавшегося ремесла требовалось сырье в большем объеме, чем можно было найти поблизости. Экспорт, импорт и транзитная торговля росли с одинаковой скоростью.
Конечно, хлеб доставался торговцу тяжело, поскольку далеко не всегда условия благоприятствовали ему. Это сегодня всякий разумный человек признает, что торговля приносит благо, не только умножая капиталы, но и соединяя народы и способствуя их развитию. В те времена государство и экономика находились на куда более низком уровне развития. Конечно, законы защищали путешественников, однако лишь исходя из корыстных соображений. Торговля считалась большой дойной коровой, которой хотел воспользоваться каждый — государство, общины, землевладельцы, по территориям которых проходили торговые пути. Купцы вынуждены были платить справедливые и несправедливые пошлины и нанимать вооруженную охрану — даже в том случае, если в ней не нуждались.
Сами города думали только о своей выгоде и стремились как можно сильнее ограничить возможности иностранных «гостей». Последним, например, запрещалось торговать друг с другом — они могли продавать свои товары только жителям города. Сроки их пребывания были жестко ограничены. Существовало так называемое «стапельное право» — торговец не мог провезти товар через город, не предложив его купить местным жителям. К этому добавлялось плохое состояние дорог и обилие разбойников. Жители Брауншвейга жаловались в 1270 году: «Мы не можем отнять наше имущество у тиранов, которые обитают в неприступных замках на вершинах скал, где даже князья не рискуют вступить с ними в схватку». Купец, лично сопровождавший свой товар в пути, должен был хорошо владеть оружием и всегда иметь при себе меч — притороченным к седлу или лежащим на повозке.
Все эти трудности и опасности удваивались, когда караван отправлялся на чужбину.
В распоряжении южногерманских