К тому же именно на немецких солдатах держался огромный протяженный периметр, ведь от Атлантики до Персидского залива пять тысяч верст, а от Адена до норвежского Нордкапа на полторы тысячи километров больше. А если еще учесть маршрут до Цейлона, и дальше до Сингапура, то транспортные коммуникации значительно вырастают, а при таком напряжении и крайне растянутой логистике уголь и нефть буквально «пожираются» в неимоверных количествах. Столь чудовищной нагрузки «Еврорейх» просто не выдержит, ведь масса перевозок идет железными дорогами, которые постоянно бомбят, и автомобильным транспортом, когда на доставку двух тонн груза часто тратят полтонны бензина, расходуя драгоценный ресурс двигателя. А вот морской транспорт играет меньшую роль — союзники доминируют на море, в тоже Средиземноморье уже вошли их субмарины и боевые корабли, и начали действовать там весьма активно.
— Мы уже перебрасываем семь британских и шесть американских дивизий в Испанию и Марокко. Ройял Нэви вошел в Гибралтар, и теперь оттуда никогда не уйдет, несмотря на все налеты германской авиации. Я не сомневаюсь в нашей победе в Испании, хотя демонстрации нужно провести, это отвлечет внимание нашего общего врага.
Тут же отозвался Черчилль, прибывший в Нарву в воинственном состоянии духа и настроенный весьма оптимистично. Но маршалу уже доложили, что премьер-министр провел в Хельсинки тайную встречу с эмиссарами шведского короля, доставленных на британском эсминцы. И видимо переговоры были успешные, глаза потомка герцогов Мальборо загадочно поблескивали. Но ничего пока не говорил двум другим членам «Большой тройки», придержал информацию, как шулер козырную карту в рукаве.
Но так и президент Рузвельт с маршалом Куликом ничего не выкладывали премьер-министру, которого перспектива стать одним из «полицейских» и получить в распоряжение самый «плохой участок» вряд ли устроит. К тому же при этом Британская империя потеряет самые «злачные места» в своей привычной, колониальной зоне влияния — Ближний Восток. Под теми же аравийскими песками огромные массы нефти упрятаны, причем глобального значения, и потеря которых для Англии категорически недопустима. Вот только фельдмаршал Роммель уже начал наступление, «леопарды» раздавили 8-ю армию Монтгомери в очередной раз, и уверенно продвигаются на восток по южной части Персии.
Отходят и русские войска — Малиновский получил тайное указание всячески демонстрировать «слабость» и сделать все возможное, чтобы «томми» были наголову разгромлены в очередной раз. И задачу понял правильно, «разорвав» фланг, и предоставив англичанам возможность действовать самостоятельно, не получая поддержки. И потихоньку сосредотачивал в северной и центральной части Ирана резервы — прибывающие мехкорпуса и мотострелковые дивизии, к тому же Закавказский фронт генерала Еременко уже получил в усиление полтора десятка горнострелковых и егерских дивизий, и уже закончил подготовку к наступлению, которое придется отстрочить.
Сейчас нужно было затянуть время до конца декабря любыми способами, этого требовали интересы стратегии и геополитический расклад. Нужно сделать все возможное, чтобы немцы окончательно выбили англичан из Персии в сторону Индии, и лишь затем начинать наступление, полностью перекрыв любую возможность британцам вернуться обратно на фронт. И пусть воюют в Бенгалии и на Цейлоне, сражаются в Кении и Сомали — но обратно на Ближний Восток их не пускать — он отойдет в советскую «сферу влияния». А то, что мистер Черчилль чуть позже будет громогласно возмущаться, то его проблемы — «вае виктис», не удержали территорию, нечего жаловаться, что нашелся кто-то более сильный. Именно «постфактум», а так хрен о чем договоришься — неудачами и поражениями союзника следуют всегда воспользоваться, тут долг платежом красен. Сами англичане постоянно такие фортеля выкидывали, пользуясь любой возможностью…
«Новые крестоносцы» в Сирии, 1942 год. Англичане чувствовали себя на Ближнем Востоке победителями, которым удалось исполнить вековую мечту всех европейцев — взять под свой контроль древнейшую территорию…
Глава 53
— Еще немного, мой фюрер, и мы додавим англосаксов в Испании и Марокко. Нужны только резервы, три-четыре «подвижных» дивизии, но лучше полдюжины, если их перебросить немедленно, то через пару недель они вступят в сражение, и мы овладеем Мадридом, который обороняют лучшие королевские войска и американский корпус генерал-лейтенанта Джорджа Паттона. И главное — танки Рейнгардта уже наступают в Эстремадуре, совершая глубокий охват вражеской столицы, если усилить группировку еще двумя усиленными танковыми корпусами, то мы наголову разгромим американцев, и когда они начнут отступление, которое превратится в паническое бегство, мы ворвемся в Португалию, и займем Лиссабон.
Гудериан разгорячился, он только что вернулся из Испании, прилетев из Бургоса, где размещалась ставка Манштейна, на бомбардировщике. И видел собственными глазами, насколько близка вожделенная победа. Но нужны резервы, на огромном фронте нет и двадцати дивизий, и хотя в них воюют исключительно немцы, и соединения имеют автотранспорт фактически по штатам, но их банально не хватает — англосаксы начали переброску нескольких дивизий из Португалии, где они находились на отдыхе и пополнении. Кроме того испанский король кое-как восстановил порядок в своем отступавшем воинстве, и как ни странно его поддержали все партии с призывом отстоять Мадрид, в котором засели «коммунистические» дивизии 2-го корпуса дивизионного генерала Листера, отчаянно сражавшиеся.
— Хайнц, вы же сами говорили, что у вас нет резервов, и взять их вам неоткуда. На восточном фронте у нас всего три танковых корпуса, пусть усиленных, но их всего три — шесть панцер-дивизий и всего четыре моторизованных. Я не дам их забирать оттуда, они нужны для проведения контрударов — русские всегда наступают зимой! Вы это прекрасно знаете, фельдмаршал, и сами много раз настаивали иметь в глубине сильные танковые группировки. Да, сейчас там грязь, но она замерзает, вот-вот декабрь начнется, реки начали покрываться льдом!
Гитлер чуть ли не орал — в Берлине с тревогой ожидали, когда начнется очередной бешеный натиск русских. А то, что он непременно состоится, тут можно было даже не гадать — на линии огромного протяженного фронта не было отмечено ни одного механизированного корпуса. А их всегда задействовано до трех десятков, не считая резервов, и тех, что отправлены в Персию и на Дальний Восток. Где-то в тылу гренадерские корпуса, усиленные танковыми дивизиями, а их полудюжина, и десяток гвардейских корпусов, что являются полностью моторизованными.
— Я все понимаю, мой фюрер, и отдаю себе отчет о происходящих событиях, — теперь и сам Гудериан решил не сдерживаться, осознавая, что пошел