Кольцо безвкусно мерцало на её левой руке. Блейк поймал его, как своенравную бабочку.
— Как он тебя в это втянул? — Блейк выглядел скорее удивлёнными, а не злым.
— Крис сукин сын, — заявила Ливия. — Ну, это неправда. Его мать очень милая женщина. Но я могла бы задушить его. — Ливия оттолкнулась и начала оживленно ходить взад-вперед. — Итак, я готовлю ужин для его бабушки, у которой, кстати, всё было отлично, а вся его семья на кухне. Крис опускается на одно колено и вытаскивает это чудовище. — Ливия подняла руку. — У него хватило наглости сказать: «Бабушка хочет видеть меня счастливым перед смертью, так что, Ливия, ты выйдешь за меня замуж?» Что, чёрт возьми, я должна была сказать? Его бабушка там со слезами на глазах, хлопала в ладоши. Поэтому я сказала «да» — в основном для неё, хотя она и была далека от смерти.
Блейк не двигался, но смотрел на неё с ухмылкой.
— Иди сюда, — сказал он.
Он протянул ей руку. Ливия подошла ближе и позволила ему снова притянуть себя. Он поднял её левую руку и грустно улыбнулся.
— Я почти уверен, что это не настоящий бриллиант. — Какое-то время он смотрел ей в глаза. — Ты разочарована?
— Ты знаешь, я думала, что он выглядит немного стеклянным. Он действительно не мог бы позволить себе такое большое кольцо.
Блейк покачал головой вместе с ней.
Ливия взяла свою руку из его и дёрнула за металлический ободок, но он не поддавался.
Цокая, Блейк остановил её движения.
— Могу я попробовать?
Она кивнула.
Он мягко положил свою руку под её ладонь и выпрямил её пальцы. Его прикосновение было подобно огню и льду и привлекло её абсолютное внимание.
— Будь с собой нежнее. — Медленно и нежно он снял кольцо с её пальца, глядя ей в глаза. Он положил искусственный камень ей на ладонь.
— Спасибо. Я точно знаю, что с ним нужно сделать. — Ливия сошла с платформы в травянистый парк и спустилась к реке Гудзон. Она швырнула кольцо в воду с приятным всплеском. Когда она это услышала, все чувства, связывавшие её с Крисом, лопнули, как перегруженная леска. После, наступило только облегчение.
Блейк зааплодировал, когда она вернулась к нему.
— Хорошее предоставление.
— Я более чем устала от Криса. — Ливия подняла большой пакет с выпечкой.
— Эти бесхребетные тупицы займут все свободные места, — предупредил Блейк.
— Вообще-то, я собиралась сегодня с тобой прогуляться, если ты не против. — Ливия была одета в джинсы и теплую кофту, а не в свой преподавательский наряд.
На его лице появилось суровое выражение, которое не совсем доходило до его глаз.
— Ливия, я не могу поощрять правонарушительное поведение.
— Я хочу посмотреть, как проходит твой обычный день, но мы могли бы просто остаться здесь. — Ливия скрестила пальцы и взглянула на него.
Блейк крепко обнял её и с шипением втянул воздух, когда она сжала объятия в ответ.
Ребро всё ещё заживает.
Когда он пришел в себя, Блейк поцеловал её в макушку.
— Как будто я мог когда-нибудь сказать тебе «нет».
Бонусная сцена 5
Джули и Беккет
Джули праздновала в тот роковой вечер. Она наконец завершила обучение учеников, и ей нужно было уяснить еще несколько деталей, прежде чем она могла считать себя настоящим учителем. Так что это было последнее «ура» — последняя ночь в городе, в качестве студента. Она была одета в брюки цвета хаки и розовую рубашку на пуговицах, на ногах удобные мокасины. Всегда говорят: оденьтесь для такой работы, которую вы хотите получить.
Когда Лаура предложила пойти клуб, которого женщины обычно избегали в Покипси, она наконец согласилась. Все чувствовали себя безрассудно. Тем не менее, Джули вызвалась в качестве трезвого водителя. Она знала, что найдёт развлечение в пьянстве своих диких друзей.
Они встревоженно подняли брови и посмотрели друг на друга, когда припарковались у захудалого клуба. Но зияющая дверь взрослой жизни была открыта и манила, поэтому девушки решили потанцевать на тёмной стороне монеты.
Крутые на вид вышибалы сразу же пригласили в клуб более скудно одетых подруг Джули, но швейцар поменьше поднял руку и жестом указал на менее развратный наряд Джули.
— Эй, детка, мы не пускаем сюда монахинь. Иди домой и засунь свои сиськи в лифчик пуш-ап или что-нибудь поадекватнее. — Он провёл пальцами у шеи, показывая, что доступа в клуб никак не получить в таком виде.
Джули собиралась заговорить, объявить, что сегодня она за водителя в этот необузданный весёлый вечер, когда почувствовала нежное прикосновение к нижней части спины.
Его голос заполнил собой всё её сознание и в то же время намочил её трусики.
— Ты идиот, не каждой даме нужно раздеться догола, чтобы насладиться вечером.
Джули повернулась, надеясь, что выражение лица совпадает с этим голосом. Но нет. Оно гораздо круче. Его озорные глаза и глубокие ямочки на щеках почти заслонялись его мощными обнаженными бицепсами.
— Босс, это же ваше правило, а не моё. Нет сисек, нет обслуживания. — Идиот покачал головой. — У нас даже есть знак. — Он указал на него и выглядел растерянным, как ребёнок, которому мама сказала, что больше нельзя играть.
— Ослиные яйца! Не слушай его, сладкая леди, он любит нести чушь. — Владелец красивых бицепсов демонстративно проигнорировал профессионально напечатанную табличку, которая действительно гласила: «НЕТ СИСЕК, НИКАКОГО ОБСЛУЖИВАНИЯ», и толкнул Джули в пульсирующий, вибрирующий клуб.
Он прижал её спиной к стене рядом с танцполом.
— Видишь ли, он не понимает. Иногда я просто знаю, что цыпочка огонь, и ей не нужно это афишировать на всю округу. — Он провёл костяшками пальцев по её щекам. — Скажи бармену, что сегодня вечером Беккет заплатит за тебя и твоих подруг. — Он сунул руку ей в карман и достал усыпанный стразами телефон. — Не возражаешь, если я позвоню, библиотекарша?
Джули поняла, что он был ходоком. То, как он держал своё тело, он знал, что на него стоит посмотреть. Он был одет в черную майку и джинсы, а дамы в клубе то и дело скрещивали и распрямляли ноги, видя выпуклость его впечатляющего мужского достоинства. Она отрицательно покачала головой, но смотрела, как он отмахнул заставку с милым щенком, подмигнул ей и ушёл.
Её подруги обрадовались, когда узнали, что их напитки бесплатны, и Джули провела остаток вечера, отражая слухи о том, как именно ей удалось заключить такую сделку.
Между танцами и смехом её взгляд находил его. И как будто он мог слышать изменение её мысленного образа,