От него пахло мятой и свежим мылом. Ливия положила руки ему на грудь и почувствовала там плотные мускулы.
Воодушевлённая его вниманием, она сбросила с себя теплую кофту, наслаждаясь ощущением того, что оказалась в ловушке между его руками.
Глаза Блейка превратились в бурное море.
— К черту всё, — выругался он.
Несмотря на его слова, Ливия уверилась, что выиграла эту битву в соблазнении. Блейк поцеловал её и прикусил нижнюю губу. Он приблизился к её уху и выдохнул:
— Сначала я подую, потом лизну и наконец, укушу.
Чёрт меня возьми.
Блейк подул мятным дыханием в ухо Ливии и вниз по её шее и по краю её груди, где она выглядывала из её ярко-синего лифчика. Блейк медленно создавал замысловатый узор на её животе, и Ливия была почти уверена, что он написал слово «пытка». Он усилил давление дыхания, задержавшись ниже ее пупка поверх её джинсов. Он вернулся к её рту и подарил ей ещё один долгий, медленный поцелуй. — А теперь я буду лизать, — пробормотал он.
Ливия сдержала смущающе громкий стон, который, как она почувствовала, нарастал. Он осторожно проследовал по тому же пути, который проложило его дыхание, на этот раз языком. Когда он достиг её груди, она потеряла контроль и схватила его за волосы, намереваясь поцеловать его.
— Нет. Нет. — Блейк держал её запястья над головой. — Я столько раз мысленно делал это с тобой. Я не позволю тебе поторопить меня.
Ливия застонала и выгнула спину, пытаясь изменить его решение. Но его медленная, сексуальная улыбка сказала ей, что он поступит по-своему.
— Ладно. — Ливия послушно держала руки над головой, пока он продолжил с того места, на котором остановился.
Его язык заставлял её издавать звуки, которые наверняка распугали всю местную живность. Он потратил слишком много времени, облизывая её рядом с пряжкой её ремня. Затем он снова вернулся к её рту.
Он говорил, чередуя слова с поцелуями.
— Сейчас я тебя укушу.
Блейк начал водить зубами по той же пылающей дорожке по телу Ливии, покусывая её в такт её сердцебиению. Когда он ускорился, он прикусывал её немного сильнее.
Спустя, казалось бы, шестнадцать миллионов восхитительных лет, Блейк снова оказался у её джинсов. Лёгкий, почти невидимый дождь из-за серых облаков теперь придавал поляне лёгкий блеск.
Прохладный дождь и его горячий рот довели её до экстаза.
Блейк расстегнул её ремень и языком с зубами расстегнул её джинсы. Он усмехнулся, расстёгивая зубами её молнию. Каждый щелчок расстегивающейся молнии наполнял лес новыми звуками, когда он снова дул на обнажавшуюся кожу.
Ливия знала, чего ожидать на этот раз: подует, лизнёт, прикусит. О, милостивый боже! Это рай. Наконец Ливия больше не могла подчиняться и протянула руки к его ангельскому лицу.
Блейк поднял глаза, словно хотел упрекнуть её, но быстро улыбнулся и позволил ей сесть и встретиться с его губами.
Любовь. Сумасшедшая, быстрая, невероятная. «Люблю», — бушевал разум Ливии. Она пыталась сказать ему об этом поцелуями, но этого было недостаточно. Блейк опустился перед ней на колени, и Ливия оседлала его бедра. Она отстранилась, чтобы попытаться выразить это словами, и заметила, как Блейк блестел, покрытый крошечными каплями дождя. Чистый, прохладный пруд, который она описала Коулу, только что вылился на них. Но вместо того, чтобы нырнуть в него, они надели его как плащ.
В своё удовольствие, Ливия не заметила медленного прихода солнца, пока облака не сдвинулись и лучи света не заполнили лес. Они соединились с туманом, образовав вокруг размытую радугу. На мгновение растрёпанные волосы Блейка осветились сзади, а затем всё изменилось.
Солнце.
Ничто не предвещало этого. Его лицо исказилось от ужаса и безумия. Ливия упала с его колен, когда он резко встал в панике. Её спина рухнула на его армейскую куртку с ужасным стуком, который эхом отразился от деревьев. Бег Блейка был таким же бесшумным, как и ходьба.
Ливия изо всех сил пыталась вздохнуть, но её легкие отказали. Она чувствовала себя рыбой, выброшенной из единственного водного мира, который она когда-либо знала. Она ахнула и закрыла глаза, не в силах ни говорить, ни двигаться.
— Ливия! Ливия, пожалуйста… Ливия!
Голова Ливии повернулась в сторону голоса Блейка. Он присел в тени всего в нескольких ярдах от её залитой солнцем фигуры. Она показала ему большой палец вверх. Когда у неё вышибло дыхание, это напомнило Ливии о детской площадке для второклассников. Наконец её тело позволило ей глубоко вдохнуть нагретый солнечным светом воздух.
Блейк ходил по теням, как человек, страдающий клаустрофобией, в лифте. Её большой палец вверх не помог остановить его панику. Ливия встала на колени и проползла несколько футов, пока не смогла подставить под себя ноги. Она пошатнулась и побежала, полушатаясь, в безопасную тень.
Блейк продолжал расхаживать и пристально смотреть на край тени. Он, казалось, не заметил её приближения.
— Эй. Я здесь, — пробормотала она, когда он проходил мимо.
Вздрогнув, Блейк повернулся и увидел её. Он рухнул на колени, и Ливия прижала его лицо к своему животу. Она почувствовала его горячее, прерывистое дыхание в том же месте, которое сводило её с ума всего несколько минут назад.
Он посмотрел на неё, его лицо было убитым.
— Ты видела? Ты видела меня насквозь? Это было ужасно? — его голос был на октаву выше обычного регистра.
Ливия откинула ему волосы назад и посмотрела ему в глаза. Слова Коула эхом отдавались в её голове. «Это твой пруд, Ливия? Прозрачный пруд? В нём сокрыто так много подводных течений».
— Нет, из-за дождя я ничего не видела. Не могла, — заверила она его.
Ливия вспомнила мысли о любви, которые почти сорвались с её губ ещё до появления солнца. Она ненавидела его за то, что оно разрушило центр их связи. Но, возможно, ей стоит быть благодарной. Ему нужно было гораздо больше, чем просто поцелуи.
Блейк снова вскочил, сжимая и разжимая кулаки.
— Я причиняю тебе боль. Я неудачник, — резко прошептал он.
Он подошёл к ближайшему дереву и в отчаянии закричал, нанося удары кулаками, как будто перед ним был нападавший. Ливия с ужасом увидела, как кровавые брызги полетели с его кулака.
— Остановись. Остановись, Блейк. — Она старалась говорить спокойно. Ливия подошла к нему и протянула руку, но его кулаки теперь полетели быстрее. Она понятия не имела, как его остановить. Наконец она просто закрыла глаза и встала между ним и деревом. Когда удар не коснулся её лица, Ливия открыла один глаз. Блейк уставился в точку прямо над её головой.
— Когда ты причиняешь себе