Юлия Эллисон
Знахарка для оркского племени
Глава 1
Мой день начался не с ароматного кофе, а с дикого вопля, вырвавшегося из моей собственной глотки. И этот вопль, пролетев по пустым бетонным коридорам, затерялся где-то в районе морозильных камер патологоанатомического отделения.
Настроение соответствовало окружающей обстановке.
— Какого черта у нас опять нет бумажных полотенец? — рычала я на своего зама по хозяйственной работе, готовая оторвать ей голову. Стеллажи склада, обычно ломившиеся от гигиенических запасов, стояли пустые и пыльные, словно их вымел злой джинн. — Потому что кто-то явно ворует! За этот месяц мы сделали уже три закупки на эти чертовы полотенца, а их все нет! — Мой взгляд, выхватив из полумрака угол с пачками ленты для ЭКГ, яростно метнулся туда. — А туалетная бумага где?! Ее что, тоже на кардиограммы пустили?
Зам, Светлана Петровна, женщина с лицом вечно испуганного хорька, краснела, бледнела и, казалось, вот-вот испарится, но не могла внятно ответить на мой вопрос. Она лишь беспомощно шевелила губами, напоминая золотую рыбку, выброшенную на берег административного болота.
Вот так и живем. Я главврач большой областной больницы, у меня огромное количество бумажной работы, работы с прессой, врачами, жалобами пациентов… А я вынуждена разруливать банальную туалетную историю с вороватой уборщицей! И пусть никого не обманывает мой внешний вид.
Ну да, родилась я в смешанной семье. Мать, отличница-медалистка, учась в медицинском институте, познакомилась с веселым африканцем Бонганом, загоравшим на одном и том же стульчике в парке все лето. Получилась я. Мулатка с неуправляемой гривой волос, которую не берет ни один гель, кроме разве что строительной пены.
А еще я обожаю яркие цвета в одежде, психоделические принты и массивные деревянные браслеты. На работу хожу в джинсах и ярких футболках с забавными надписями вроде «Не трогайте меня, я стерильна», в волосах у меня всегда цветные бусины, позвякивающие при ходьбе.
Но честно и ответственно исполняю свою работу! Да и кто мне что скажет, если я сама начальство?! А в дни приезда проверяющих из министерства здравоохранения я честно напяливаю унылый костюм цвета «высохшей больничной штукатурки» и зализываю волосы в дулю, отчего голова начинает немилосердно пульсировать. Стратегический маневр, не более.
— Кому надо сто двадцать рулонов туалетной бумаги?! — Я ощущала не просто злость, а ярость — густую и маслянистую.
Почему я должна заниматься этим вопросом?! Почему если хочешь, чтобы сделано было хорошо, то надо делать самой, а?
— Ну, я не знаю…
Эта курица с наманикюренными пальчиками цвета перламутрово-розового рассвета глупо хлопала глазами и смотрела на меня, как кот из Шрека. Только вот мне было плевать с высокой колокольни на ее наигранную невинность.
Больше всего в жизни я ненавидела две вещи: первая — воровство на рабочем месте, и вторая — опоздания. Да. Вот такая вот я странная. Пациенты могут хоть миллионы моим врачам в качестве подарка совать, а выговор в трудовую я им запишу, только если они опоздают на пять минут на работу. Потому что дисциплина. Она спасает жизни. А халява и разгильдяйство — губят.
— Как вообще можно было незаметно вынести из больницы такое количество бумаги? — недоумевала я, водя пальцем по пыльной полке и вырисовывая на ней замысловатый завиток. — Камеры я просмотрела в первую очередь, и никто вагонами около больницы не загружался. Только разгружали эту вот бумагу на склад. Или у нас завелся полтергейст с клептоманией в анамнезе?
Заместительница снова захлопала глазами. Я махнула на дуру рукой, и бусики в моих волосах гневно зазвенели.
Вот порой жаль, что у меня не коммерческое учреждение. Уволить бы к хренам, но нельзя. Ее мне в больницу местный депутат протолкнул, велел место дать потеплее взамен на большой грант больнице, а так как ремонт в операционных был нужнее, чем мои моральные принципы, то пришлось соглашаться на эту курицу.
Теперь вот разгребаю.
— Живо позови всех уборщиц в мой кабинет! Блиц-опрос будем проводить! — рявкнула, ощущая себя разбитой, как градусник в лихорадочном бреду.
Не-на-ви-жу. Ненавижу тупых людей. А вот свою работу я обожаю, даже несмотря на то, что из-за нее мне пришлось оставить практику.
Раньше-то я была отличным хирургом. Возилась с больными, работала посменно, имела выходных больше, а теперь… Теперь торчу в отпуске на рабочем месте и ищу, кто спер бумажные полотенца и туалетную бумагу, пока я отлучилась на часик кофе попить, так как утром не успела позавтракать, потому что кот снова уронил в мой салатник с мюслями свою игрушечную мышь.
Сначала, когда меня на должность поставили, я ненавидела все эти бумажки, долго сопротивлялась, но потом приняла тот факт, что заведующая больницей нужнее, чем хирург. Потому что главврачи передо мной, сидящие в шикарных креслах, потихоньку разваливали больницу, даже не думая о том, что сюда попадают пациенты со всей области, которым мы должны оказать лучший сервис. Они надеются на нас. А надежда, как известно, умирает последней — обычно прямо в нашей приемной.
Вышла со склада, пахнущего пылью и старыми бинтами, и поднялась на свой этаж, надеясь наконец добраться до вожделенного кофе и горы бумаг на столе, которая уже походила на модель Гималаев.
— Эльвира Бонгановна! — донеслось тут же с другого конца коридора, где висел плакат с оптимистичным слоганом «Здоровье — это просто!»
Я обернулась. Ну да. Имя моего отца Бонган. Стандартное африканское имя, которое для наших краев походило на пароль для входа в параллельную реальность. А потому отчество звучало странновато, заставляя новых сотрудников запинаться и краснеть. Ну а имя… Я до сих пор радуюсь, что мама меня Изаурой не назвала — уж очень она любила этот сериал в свое время. Да и вообще, Эльвира очень красивое имя. Не стандартная «Катя» или «Маша». Для моей внешности стандартное имя было бы точно губительно, как капля нитроглицерина для гипотоника.
— Слушаю, — обернулась я к одной из медсестер, Машеньке, прибежавшей ко мне с выпученными глазами и таким выражением лица, будто она только что видела, как скелет из кабинета анатомии пошел на танцы.
— Там у нас в кабинете Халк! — выдала она неожиданно, задыхаясь.
Я моргнула, пытаясь понять, это день такой или сегодня просто обострение у всей больницы. Одни туалеты обворовывают, другие фильмы Марвел пересмотрели… Нет, я тоже люблю все эти фильмы, основанные на комиксах, но даже Капитана Америки у меня в кабинете ни разу не бывало, хотя