— Пятнадцать минут, и я буду готова, — также делая вид, что ничего не знаю, ответила я.
Подойдя к гардеробу, я сняла с вешалки вечернее платье и надела. Платье было великолепно, единственным его недостатком была молния на спине, которую самой не застегнуть.
— Ты мне не поможешь? — посмотрела я на мужа.
— Конечно.
Егор подошёл ко мне и, взявшись за собачку, потянул ее вверх, при этом он пальцем нежно провел по коже, отчего по всему телу побежали мурашки. Вновь тело предавало разум, даже после такой мимолетной ласки.
Застегнув молнию, Егор обнял меня и положил свои руки мне на живот. Вздрогнув от действий мужа, я встретилась в зеркале с серыми глазами. Сейчас они были темнее, чем обычно, словно грозовая туча и где-то в глубине плескалась щемящая боль.
— Ты великолепно выглядишь, — между тем сделал комплимент Егор.
— Спасибо. Не опоздаем? — напомнила я о мероприятии, стремясь разорвать эту близость.
— Да, едим, — ответил Егор.
* * *
Трёхэтажный особняк стоял на окраине поселка. С одной стороны, его окружал сосновый лес, с другой небольшое озеро, заросшее желтыми ирисами. Высокий забор отгораживал особняк с огромным садом от чужих людей и внешнего мира. Мы подъехали к автоматическим воротам и набрали код. Железный гигант приветливо распахнул свой зев, и мы въехали во двор.
Сад с многочисленными цветами и деревьями был украшен к празднику. С заднего двора доносилась музыка и звуки голосов.
Мы вышли из машины, и я вдохнула свежий и такой родной запах. Запах детства. Я всегда любила сюда приезжать. Ведь здесь каждый уголок, каждое дерево хранит воспоминание о моем детстве, о моих печалях и радостях. В саду у пруда часто любила сидеть мама. А на той сосне я впервые вырезала Н плюс Д равно любовь. Ну а с беседкой вообще связано очень много воспоминаний.
Обойдя дом, мы очутились в гуще праздника.
— Ника, Егор ну, наконец! Нехорошо опаздывать! — подошёл к нам радостный отец.
— Извини, пап не рассчитала время! — и тут же повисла у него на шее. — С днём рождения, папочка!
— Спасибо, милая!
— С днём рождения, Кирилл! Долгих лет тебе! — поздравил отца муж.
— Да, долгие годы, похоже, понадобятся! Дети давно завели собственные семьи, а внуков все не дождусь! — сам того не зная,
наступил на больную мозоль отец.
Я заметила, как резко потемнели глаза Егора, как его губы сжались в тонкую линию.
— Мы подумываем об этом, — взяв себя в руки, ответил он. — Правда, Ника?
— Да, — выдавила из себя, а мои щеки загорелись от стыда.
— Это хорошо! Давно пора! — обрадовался отец, ещё больше вгоняя меня в краску стыда.
— Пап, мы долго думали, что тебе подарить, — решила перевести тему, — и решили, что твой кабинет нуждается в дополнении.
— И что же вы мне такое решили подарить?
— Картину твоего любимого художника, — улыбнулась я.
— Не может быть! — радостно воскликнул отец, забыв предыдущую тему разговора.
— Может! Ее уже, наверное, занесли в дом, и она дожидается, когда же ей подберут подходящее место.
— Я должен ее немедленно увидеть!
Взяв нас с Егором под руки, отец повел в свой кабинет.
Картина, действительно, уже была там. Прислоненная к столу, она стояла, дожидаясь именинника.
Отец, быстро избавившись от оберточной бумаги, восхищенно любовался непонятной мазней. Хотя это для меня мазня, а вот отец был в восторге.
— Потрясающе! Спасибо, угодили!
— Мы старались, — ответила я.
— Ладно, пусть она здесь постоит, позже придумаю, куда ее повесить. Пойдемте в сад. Все уже давно в сборе.
Мы вернулись в сад, и нам тут же вручили в руки по бокалу. Праздник был организован в стиле фуршета, поэтому все спокойно перемещались по саду, находя для себя более интересных и полезных собеседников. Гости веселились, танцевали и поздравляли виновника торжества. Егор общался с партнёрами, а я от скуки скользила взглядом по гостям, втайне надеясь увидеть Дениса. Уверенности, что он сегодня приедет, не было. Он, как уехал после свадьбы в Лондон с женой, так на родине ни разу и не был. В Лондоне дочерняя ветвь фирмы отца, вот Денис ее и развивает, на свой взгляд. Все эти годы он не приезжал ни разу, даже на день рождения отца, но сегодня особенный день — у отца юбилей, отсюда у меня и тайная надежда, что Денис приедет. Но нет, среди гостей я знакомой черноволосой головы не увидела. Да если бы он собирался приехать, отец не удержался и поделился радостной новостью.
Праздник давно был в разгаре, мы с Егором плавно двигались в такт нежной мелодии, когда неожиданно стихли все разговоры, а потом послышались шепотки:
— Вы тоже его видите?
— Да.
— Возмужал!
— Ещё больше на отца стал похож.
— Давно его не видно было. Все в Лондоне пропал.
Егор напряженно вглядывался за мою спину. Мне не терпелось обернуться и посмотреть на того, кто вызвал волну интереса. Но я стояла спиной к нему, а муж не спешил выпускать меня из объятий. Мы одни остались на танцполе и покачивались в такт музыке. Когда музыка закончилась, Егор освободил меня из своих объятий, и я смогла, наконец, посмотреть на того, кто вызвал переполох.
Он стоял рядом с отцом высокий и все такой же красивый. Он стал ещё шире в плечах. Свои черные волосы он коротко остриг, а на нижней части лица чернела аккуратно подстриженная борода. Из-под рукава футболки по правой руке спускалась татуировка. Его лицо разглядеть не удавалось так, как он стоял к нам в профиль. Но, я уверена, за прошедшее время оно стало более мужественным.
Я почувствовала, как напряглась рука Егора на моей талии.
— Мы уходим, — коротко бросил он.
— Мы же только пришли! — попыталась образумить мужа.
— И уже уходим!
— Но, так нельзя! Сегодня юбилей отца, а ты хочешь сбежать с него едва появившись!
— Можно! — коротко бросил Егор, таща меня в сторону дома.
— Прошло уже четыре с лишним года! — затормозив, прошипела я мужу в лицо. — Уже давно все травой поросло!
— Правда? — скептически посмотрел на меня Егор. — Хочешь сказать, что забыла свою первую любовь? И не страдаешь втайне по нему?
— Забыла и не страдаю! Он женатый человек, так же как и я несвободна! Так что между нами ничего не может быть!
— Не верю! Я уверен до сих пор, когда меня рядом нет, ты льёшь по нему слезы! — процедил Егор и вновь потащил меня в дом.
Я же, поняв, что спорить бесполезно, сказала:
— Мы должны попрощаться с отцом!
— Попрощаешься с ним по