— Медведев, ты меня слышишь? — вернул меня в реальность суровый окрик начальства.
— Простите, Клим Аркадьевич, видимо что-то со связью. Повторите ещё раз.
— Оболтус, — проворчал он, напомнив мне тем самым деда. — Говорю, с нами вышла на связь оператор из экстренной службы. Прими вызов, с остальным определишься по ходу дела и отчитаешься мне лично.
— Твою дивизию, этого мне ещё не хватало, — проворчал себе под нос, переключаясь.
Наверняка какие-нибудь туристы забрались на гору, и не могут с неё спуститься. Такое уже бывало не раз. Форма горы, похожая на силуэт лежащего волка, привлекала к себе немало искателей приключений. Но коварные склоны и ущелья таили в себе массу опасностей. Чаще всего незадачливые путники, не рассчитав своих сил, которых не хватало на обратную дорогу, от усталости теряли ориентиры и начинали блуждать среди высоких скалистых обрывов, попав в природный лабиринт.
Конечно, их поиски — это не наша забота, но приходилось подключаться к отряду, поскольку эти края мы знаем не хуже местных охотников. Но с теми ещё надо связаться, а мы всегда в зоне доступа. Ну, практически.
Вот только на этот раз проблема была вовсе не в туристах.
Глава 18
Выслушав оператора экстренной службы, я ждал, пока меня подключат к разговору, поглядывая на темнеющее небо. Сумерки сгущались слишком быстро. Я надеялся, что у меня есть в запасе ещё минимум двадцать минут светового дня, судя по часам. Увы, на деле их не было. И если учесть, что темнеет раньше только в одном случае — если солнце село в облака, а не ушло за горизонт, то вероятнее всего пойдёт дождь.
Лес уже начал затихать в преддверии грозы, подтверждая мои мысли. Но время добраться до заимки у меня ещё есть. Главное поторопиться.
Но судьба в очередной раз всё решила за меня.
Стоило только услышать голос маленький девочки, раздавшийся из динамика и я забыл обо всём — и о приближающейся непогоде, и о браконьерах…
«СПАСИ НАС, ПАПОЧКА!» — отчаянный крик малышки ударил по барабанным перепонкам, повергая в лёгкий шок.
Папочка? С каких это пор я стал отцом? Что за бред? Это розыгрыш?
— Успокойся, кроха, — произнёс глухо, не узнавая собственного голоса.
Надо же, как приложило. А я ещё был уверен, что меня невозможно удивить ничем. Наивный.
— Давай по порядку. Ты кто такая? Как тебя зовут?
— Злата Калинина, а мою маму зовут Алёна, — шмыгнув носом, ответила она, и вместо дремучего леса перед глазами встал образ смеющейся девушки, хрупкой и светловолосой.
Та боль, что таилась глубоко в душе, вырвалась наружу, оглушая и дезориентируя. Сколько мы не виделись? Почти пять лет? Я отчётливо помнил наши встречи и ту жаркую ночь, которая могла стать началом новой жизни, но стала её концом.
На следующий день меня забрали на военные сборы. Внезапно. Без объяснений. Практически вытащив из постели. Не дав даже позвонить. А когда вернулся — Алёны уже не было в нашем городке.
Совпадение? Вряд ли. Скорее всего, подсуетился её папаша, узнав о нашей связи и решив, что я не пара для его единственной наследницы. Дочь богатого бизнесмена и обычный парень — не самый лучший вариант для развития семейного бизнеса. Ведь так? Наверняка ей был подобран более выгодный кандидат на руку и сердце.
Она сделала свой выбор, мне оставалось его только принять.
Но прошлое внезапно вернулось в мою жизнь, ворвавшись без предупреждения. Причём, с внезапным сюрпризом.
Горло перехватило спазмом, а в груди разлился холод, пробирающий насквозь. Могла ли Алёна забеременеть от меня в ту ночь? Вполне. А подтвердить или опровергнуть этот факт способен только тест на отцовство.
— И… где сейчас твоя мама, — голос сорвался до шёпота.
— Вон там, внизу, а я стою на большом камешке. Мама не могла позвонить по телефону сама. И поплосила меня. Мы попали в авалию на самолёте. И плиземлились в болото. Плавильно, мамуль?
— Правильно, родная, — услышал я приглушённый голос, снившийся мне все эти годы.
Скорее всего, была включена громкая связь, и Алёна меня слышала тоже.
— Где вы находитесь? — спросил, взяв себя в руки.
В голове крутились десятки вопросов, но с ними мы разберёмся после, а пока нужно узнать главное.
— Недалеко от болота, рядом с горой, напоминающей по форме волка, — услышал едва различимый ответ. — Здесь ещё большой камень, похожий на скалу. С козырьком. Солнца не вижу, сориентироваться по частям света не могу.
Твою дивизию, как раз с той стороны и бежали косули. Если там браконьеры… Внутри всё заледенело.
— Я примерно знаю, где вы. Ждите меня. И… Алёна, спрячьтесь и не высовывайтесь, пока не позову. Слышишь меня?
— Да, — прошелестело в ответ, и связь пропала.
— Чтоб тебя… — прорычал, ударив кулаком по стволу дерева.
Физическая боль прояснила мысли.
Призраки прошлого ещё кружили рядом, но не мешали мыслить ясно. Надо сосредоточиться на деле. Бродить по лесу в поисках нужного сектора времени не было. Даже каких-то сто метров — это лишние минуты, которых и так у нас в обрез.
Но у меня был один способ сузить круг поиска.
Войдя через спутниковую связь в облачное хранилище, куда скидывалась информация с фотоловушек, развешанных по лесу, пробежал взглядом полученные данные. Звери были зафиксированы, люди — нет. Так что придётся немного сместиться с привычной тропинки, завернув в сторону.
Накинув рюкзак на плечи и поправив ружьё, без которого в лес не ногой, я взглянул на компас и, сориентировавшись с направлением, начал пробираться через лес.
Порой на пути попадались прогалины, с травой по пояс и зарослями малины. Опасные места. Летом. Но сейчас весна и встреча в малиннике с медведем мне практически не грозила. Вернее, не больше, чем в любом другом месте. Зато идти здесь было проще: валежника немного.
Тьма стремительно накрывала землю, смазывая силуэты. Я неплохо знал эти места, но в такое время суток, легко потерять ориентиры и заблудиться. Пришлось замедлиться и по несколько раз перепроверять своё местоположение по компасу.
В отдалении загрохотал гром, и сверкнула молния. Плохо. Стихия безжалостна к путникам. Порой во время грозы ветер поднимается такой, что с лёгкостью валит деревья. Придавить может запросто.
Я спешил, как мог, временами прокручивая в мыслях разговор с малышкой и примеряя на себе роль отца. Но позволят ли мне быть им на самом деле? И готов ли я к такому в принципе?
В