— Ээээ… — протянула я, быстро пытаясь найти синоним. — Очень влияют на боевое дух команды!
Ректор посмотрел на меня с недовольным прищуром, всем своим видом как бы говоря — ну давай еще проболтайся, чтоб сюда принеслись все недоброжелатели твоего отца оптом.
И, кажется, только эта оговорка заставила его взять бумаги в руки, чтобы сместить фокус внимания пришедших со мной парней.
Следующие пару минут в кабинете воцарилась тишина, нарушаемая разве что шуршанием помятых бумажек. Ректор пролистывал их, с каждой новой накладной все больше округляясь в глазах.
— Ты что, сама за все заплатила? — ошарашенно спросил Тарум.
— Нет, — покачала я головой в ответ, — платил Виктор.
Ректор перевел взгляд на капитана и произнес:
— То есть день возвращать тебе?
— Обижаете, — пожал плечами парень. — У меня по-вашему что, деньги кончились? Я все-таки герцогский сын.
Я от такой наглой диверсии аж опешила, а Тарум перевел взгляд на меня, выразительно приподняв бровь.
— Получается, деньги вам не нужны?
— Нужны! — упрямо возмутилась я.
— Шортон? — ректор приподнял бровь.
— Мне нет, но команде наверняка пригодятся, — отозвался Виктор. — Так что отдадите Лекси. Она точно потратит их с умом на нужды команды.
— Мы бы тоже потратили их на нужды команды! — возмутился Микаэль.
— Да! — поддакнул Стефан с Эгиллом, и все трое заржали.
Но Тарум цыкнул, и парням пришлось замолчать.
— Первый и последний раз, — недовольно проговорил ректор. — И чтобы за всеми остальными потребными вещами от иголок до шкафов ходили к завхозу!
— Лааадно, — покладисто ответили мы нестройным хором.
Это Тарум еще не знает про то, как мы раздевался разобрали под нужды команды! Кстати, не забыть бы собрать обратно, а то ведь скоро матч…
Из кабинета мы вышли победителями. Ну, точнее, победителем вышла я, а парни просто весело провели время. Тарум, надо отдать ему должное, тянуть не стал, и сразу бахнул на стол небольшой кошелек с монетками. Я не стала пересчитывать, решив, что благородный лорд уж точно не обманет нас. просто потому что мы могли бы к нему заявится при необходимости повторно, а это явно не входило в список его любимых совещаний.
— Держи, — протянула я Виктор кошелек, когда мы вышли в коридор и немного отстали от парней.
— Мне не нужно, я же сказал, — отозвался капитан, даже не посмотрев на деньги.
— И что мне с ними делать? — растерялась я.
— Потрать на что-то полезное, — пожал плечами парень. — Или что-нибудь для команды.
— Для команды — это и есть полезное! — заметила я.
— Как скажешь, — хмыкнул Виктор.
— Вик, давай быстрее, магистр нас сожрет за опоздание! — обернувшись к нам, поторопил Микаэль.
— Не опоздай на тренировку, — кинул Виктор и прибавил шагу, догоняя ребят.
Я же, наоборот, замедлилась, размышляя, куда бы приложить внезапно возникшие свободные средства. Можно было, конечно, довести до ума всю башню: обновить то или это, кинуть ковровую дорожку на лесницу, но…
Нооо…
Была у меня идея получше! Осталось найти на нее время между парами и тренировками. И прочими делами.
— Эй! — воскликнула я, доногяя ребят. — А когда пойдем к завхозу?
— Зачем? — не понял Стефан.
— За дверью в раздевалку, — напомнила я.
— Ууу… — протянули парни, оценив предстоящую беседу.
40
Нельзя сказать, что завхоз нам был не рад. Наоборот, он был очень рад! Недолго, правда.
— Как обживаетесь? — вопросом встретил Румус нашу компанию.
— Прекрасно! — бодро ответила я. — Башня чудесная!
— С трудом отдираем Лекси от ее изучения, — тут же сдал меня Стефан.
— Ты просто ничего не понимаешь в архитектуре, — буркнула я.
— А ты понимаешь? — живо заинтересовался теневик.
— Так. — произнес Виктор таким спокойным, ровным тоном, что мы со Стефаном синхронно замолчали. — Господин Румус, нам нужна ваша помощь в ремонте помещения.
— Вы что, успели сломать башню?! — ахнул завхоз и схватился за сердце.
— Да вы что! Как можно! — совершенно искренне возмутилась я. И тихонечко добавила: — Раздевалку.
— Что? — сдавленно переспросил Румус.
— Мы успели сломать раздевалку, — громко и четко произнес Виктор. — Точнее, немного ее разобрать.
Вот до недавнего времени я не считала произошедшее чем-то страшным. Так, позаимствовали по мелочи: дверь и лавки… Но со стороны-то выглядело действительно кошмарно!
Студентам выделили целую огромную башню для проживания, а они взяли и соседнее строение начали растаскивать в лучших традициях прижимистых крестьян.
— Зачем? — страдальческим тоном произнес завхоз. — Зачем вы начали рабирать раздевалку?
— Ну, справдливости ради, если бы вы в нее хоть раз заглянули, у вас бы возникли другие вопросы, — произнесла я.
— Мда? Это какие же? — без особого энтузиазма спросил Румус.
— Нууу, — протянула я, — например, почему там ни один шкафчик не закрывается. Или куда делась вода из душевых. Или сколько веков не мыли окна. Или…
— Я понял, понял, — раздраженно перебил меня завхоз. — Но это не повод ее разбирать!
— А гостевая раздевалка, между прочим, новенькая и отремонтированная, — как бы невзначай произнес Эгилл, демонстративно рассматривая какое-то пожухлое остролистное растение в кадке.
Завхоз недовольно поджал губы, как будто мы сказали что-то неприличное. Ну, знаете, как в высшем обществе стараются не замечать пятно на чьем-то платье или какой-нибудь местечковый говор, а потом шушукаются и сплетничают по углам.
— Да мы не разбирали! Мы хотели позаимствовать, — решила внести я ясность в ситуацию. — Но башня их зажевала.
— Кого? — опешил Румус.
— Дверь, — честно ответила я. — И люк.
У завхоза дернулся глаз. Ну прямо как у ректора! Чувствую, надо сходить к девочкам на факультет зельеварения, попросить у них какие-нибудь капли от глаз. Точнее, для глаз.
— У башни ввиду почтенного возраста отсутствовала входная дверь и люк на крышу, — пояснил Стефан. — А поскольку время было позднее и мы не решились вас тревожить…
Глаз у завхоза опять дернулся.
— …то придумали позаимствовать все в ближайшем строении, — закончил мысль теневик. — Но внезапно они приросли к башне, так что раздевалка теперь в несколько непрезентабельном виде.
Тут я, каюсь, не удержалась и вставила:
— Не то, что раньше…
Румус сердито зыркнул на меня, но развивать тему не стал. наверняка побоялся неудобных вопросов. И это еще мы ректору не рассказали, он-то наверняка не в курсе, что у него полтерритории мхом порастает.
— Так это, вы нам дверь приладите к раздевалке? — спохватилась я.
— А то может и почините? — пробасил Микаэль.
Вместо ответа Румус достал какой-то видавший виды ежедневник в кожаном переплете, и принялся что-то туда писать. Мне подумалось, что уважаемый завхоз записывает наши фамилии, чтобы при случае прикопать где-нибудь в окрестностях полигона, но мужчина закончил писать, выдрал лист и протянул мне.
— Что это? — с подозрением спросила я, не спеша брать