— Я могу только извиняться.
— Семью ты мне этим не вернёшь.
— Ева не виновата.
— И теперь мне вдвойне хреново! Я… виноват перед ней, — как же мне было паршиво. Своим признанием Лебедев убил и растоптал меня. — Да что за день сегодня?!
— В смысле?
— В прямом, — я сел рядом с ним на пол, не заботясь о чистоте и своём костюме. — Я конченный олень, который не верил единственной женщине, которую люблю до сих пор. Егор мой сын, и моя гордость сейчас плачет в сторонке.
— Красиво сказал. Результаты забрал?
— Угу, — тихо простонал, закрывая глаза.
— Мир? — Лебедев протянул руку в слабой надежде.
Я выгнул бровь на его наглость. Да, время прошло, ничего не изменить и это факт, но он предал нашу дружбу, наши мечты и подложил огромную вонючую свинью. Планеты должны выстроиться в линию, чтобы мы могли наладить наши отношения. Нет, не сейчас.
— Отвали.
— Понял. Можно дать совет?
— Не борзей, Лебедев.
— И всё же дам. Не просри свою семью сейчас. Ева ещё любит тебя, а Егор только и говорит о тебе, как о своём папе.
— Да, заткнись! Сам разберусь.
— Ага, также, как и в прошлый раз. Увидел обработанные фотошопом фотографии и давай всё ломать и крушить.
Может снова его ударить? Как же неприятно было слышать правду. Я растёр лицо руками, не зная, что ответить.
* * *
— Папа!
Стоило только зайти в дом Лебедева, как ко мне кинулся Егор. Я тут же присел на корточки и подхватил сына на руки, тесно прижимая к себе.
— Привет, богатырь. Как дела?
— Хорошо. Мне подарили большую машинку.
— Это здорово. Покажешь?
Егор тут же слез с рук и побежал за подарком, а я уставился на бывшую жену, не в силах слова вымолвить. В лёгкой голубой блузе и светлых брюках она казалась неземной, а я будто видел её впервые. Красивая и не моя. Теперь не моя. Как же горько было это осознавать, зная всю чёртову правду.
— Мы почти готовы.
Я кивнул на её лёгкое приветствие и еле оторвался, чтобы поздороваться с женой Семёна.
— Привет, давно хотела познакомиться, Семён много о вашей дружбе рассказывал.
Лебедев приобнял жену, которая протянула мне одну руку, вторую положив на свой небольшой живот. А меня зависть взяла. Я ведь тоже мог наблюдать беременность своей жены, гладить живот, шептать сыну свои мысли и мечты, чувствовать его толчки. Твою мать, я долбанный дебил!
— Привет, очень рад. Поздравляю с пополнением.
Прозвучало не так радостно, как хотел, но Ульяна вида не подала. Пригласила на кофе, я отказался. Очень хотелось побыть наедине с Евой и просить прощения на коленях.
— О, боже! Лебедев, что это?
Я злорадно улыбнулся и зыркнул на бывшего друга, пускай выкручивается, а я послушаю. Но он меня удивил.
— Мелочи, не переживай. Всего лишь отдал небольшой должок, так сказать, отделался малой кровью.
Скула у друга уже потемнела, будет отличный синяк, а нижняя губа припухла. Я немного пожалел, что ещё пару рёбер не сломал и вовремя остановился. Зато он помнил бы подольше.
— Ничего себе! Глеб, это ты его так? — Ульяна в праведном гневе повернулась ко мне, и я чуть не расхохотался.
— Любимая, успокойся. Так надо. Давай сделаем вид, что я упал.
— Он упал, правда.
— Ага, так и поверила.
К нам, уже собранный, подошёл Егор с игрушкой в руках, и я снова присел и снова взял его на руки. Дикое желание держать его близко-близко к сердцу поглощало с головой, и я ничего не мог и не хотел поделать. Я наслаждался им.
— Дядя Семён подарил?
— Да, а ещё пообещал, что ты, я и он вместе поедем смотреть настоящие гонки!
— Ну раз пообещал, тогда конечно.
Я кинул злой взгляд на Лебедева, мысленно ругая его, что лезет не в своё дело, но тот лишь поиграл бровями и убедительно кивнул моему сыну.
— Егор, ты не стесняйся, приезжай с мамой к нам, можешь даже иногда брать папу, если он, конечно, будет себя хорошо вести.
— Не бережёшь ты своё лицо, Лебедев, ох не бережёшь, — улыбнулся я, а вот злиться уже не мог.
— Поехали? — Ева попыталась взять у меня Егора, но я покачал головой, мол, я сам его донесу до машины.
Она свела брови, слегка нагнула голову в бок, рассматривая меня, явно отмечая изменения. А у меня ком в горле, готов прямо сейчас прошептать «прости». Ева пожала плечами, поцеловала Лебедева в щеку, его жену тепло обняла, подхватила сумку с вещами, и первая вышла из дома.
— Приезжай к нам, хватит вам уже… — Ульяна поцеловала меня в щёку и потрепала Егора по мягким волоскам.
— Да, наверное… Спасибо.
— Я провожу.
Мы вместе вышли и вместе подошли к машине, возле которой стояла Ева.
— Пока, Егорка, бери родителей и приезжай к нам почаще.
Лебедев пожал моему сыну руку, которому стало нравиться такое внимание взрослых мужчин и повернулся ко мне. Пикнув брелоком, открыл машину, в которой так и стояло детское кресло, я передал сына Еве и с неохотой, молча, пожал Семёну протянутую руку.
— Просто молчи.
— А ты не тупи. Удачи, — он подмигнул и пошёл к жене домой.
* * *
— Я отнесу его в спальню.
— Подожди, дай я обувь сниму.
Я притормозил со спящим Егором на руках в прихожей и дал Еве время, чтобы она его разула, а потом сразу направился в большую спальню. Удивительно, но за год, я так ни разу и не ночевал в этой квартире. Нет, она мне нравилась, лично нанимал дизайнера и контролировал ремонт, в душе на что-то надеясь. И только сейчас понял, как эта квартира подходила моей потерянной семье.
— Мне всё равно придётся его разбудить.
— Зачем?
Мой парень так и не проснулся, когда я уложил его на кровать. Ева присела рядом с ним и стала тихонько гладить по голове, целовать в лобик и щёки, ласково выводя Егора из сна.
— Ему нужно принять лекарство и переодеться.
— О, я не знал.
А ведь я и правда забывал о болезни своего бойца, когда видел его улыбку и радостный смех. Провёл рукой по волосам, не зная, что делать дальше — уйти и оставить разговор на потом, или остаться и решить сейчас. Вот только уходить совсем не хотелось. Не хотел возвращаться в пустую квартиру, чёрт, я хочу быть здесь!
— Я могу чем-то помочь?
— А тебе никуда не надо? Никто не ждёт?
— Ев…
— Можешь принести стакан