— На меду недостаточно сладко — пожаловался Воглуг. — Чтобы стало хорошо, нужно много съесть.
— Я тебе сейчас «хорошо» сделаю с одного удара, — пригрозила цакху.
— Надеюсь, королю ваши цукаты понравятся, — отложив баночку с мазью, пробормотал Нэхмар и покосился на меня. — Но просто привезти их в столицу мало, Клава. Как ты намерена добиться, чтобы странные конфеты приняли во дворец?
— Отония поможет, — я с доброй иронией глянула на него. — Забыл, что её поставщик привозит фрукты из Мурзуша так же и во дворец? Фанг уже договорилась с ним, но придётся расплатиться партией цукатов. Поэтому сделать нужно так много!
Осматривая подсыхающие кусочки, похожие на янтарь, я кивнула:
— Вот этим расплатимся с другом Отонии. А это всё доставим во дворец. И, разумеется, левашки. Эх, глянь! Они достаточно подсохли?
— Уже смотрел, — торопливо отозвался он. — В стеллаже справа на первых трёх противнях сверху лепёшки можно использовать для этого вашего оригами. Но всё это не решает главной задачи, Клава. Во дворце примут сладости, а тебя не пустят.
— Пустят, — хмыкнула я, осторожно вынимая верхний деревянный поднос. Обернувшись к пролому, который мы частично прикрыли шкафом, позвала: — Мила! Поможешь мне сложить дракончиков?
Положила поднос на стол и улыбнулась озадаченному Нэхмару.
— Не только пустят, но сами прибегут, и уговаривать будут пойти с ними!
— Но почему? — он всплеснул руками.
В дом вбежала Мила, а за ней мчался мальчик. Я перехватила ребёнка, уже привычно одевая его в одну из простых туник, пошитых на скорую руку из белёной ткани: два прямоугольника, четыре шва, отверстия для рук и головы. Когда Рыня обращался в дракона, швы расходились, и одежду приходилось чинить. А наследник, как назло, менял ипостась всё чаще и чаще.
Отпустив ребёнка, я обратилась к Воглугу:
— Принеси одно из украшений. Что-то маленькое. То кольцо отлично подойдёт!
Ахнув, Нэхмар прижал руку к груди, а я пожала плечами и подмигнула дочери:
— Давай сделаем такого дракончика, чтобы даже король не устоял перед соблазном попробовать?
— Это будет король драконов! — усаживаясь на табурет, важно заявила Мила.
— У драконов владыка, — негромко напомнил Нэхмар и потянул меня за руку: — Клава, ты уверена, что амулет попадёт в руки тому, кому нужно?
— А вот об этом, — я обхватила ладонями его руку и легонько пожала, — позаботишься ты.
— Я?! — побледнел он и торопливо замотал головой: — Как? Я больше не королевский садовник!
— Но знакомые во дворце у тебя остались, — твёрдо настаивала я. — А у нас есть деньги.
— Они нам самим нужны, — пряча взгляд, проворчал Нэхмар.
— Вряд ли они пригодятся, если мальчика найдут у нас, — грустно напомнила я.
Мужчина вздохнул и обречённо, будто соглашался добровольно взойти на эшафот, кивнул. Воглуг принёс кольцо, и мы с Милой вложили его в левашку, сложив дракона так, чтобы «сюрприз» надёжно держался внутри фигурки оригами.
Подарок королю я упаковала по-особенному, применив всю свою фантазию. В деревянный ящичек положила чистой соломы, используя её как наполнитель в посылке, а левашку завернула в новую ткань.
— Всё готово, — любуясь результатом, сообщила помощникам. — Выезжаем в Микраон на рассвете!
А ночью мне снова приснился владыка.
Глава 28
Как ни странно, я вдруг поняла, что успела соскучиться по этой странной живой тьме, облизывающей меня со всех сторон, будто языки чёрного пламени. Даже погладила ближайшую плотную тень, как домашнего пса.
— Привет! Давно не виделись.
Похоже, тьме понравилось, потому, как меня мягко обхватило за талию и, увлекая вниз с умопомрачительной скоростью, стремительно доставило к тёмной фигуре в плаще, отороченном мехом.
— Доброй ночи, — поздоровалась я, поражаясь тому, что сегодня говорить и двигаться получается довольно легко. Без труда коснулась руки мужчины, и он быстро обернулся. — Надеюсь, сегодня вы не станете превращаться во что-то странное, владыка Лэйна.
— Волемир, — произнёс мужчина глубоким звучным голосом. — Моё имя Волемир Лэвд. Я ждал тебя. Располагайся!
Он указал на пустоту, и живая тьма тут же создала из ничего чёрное кресло. Я осторожно присела и, ощутив упругую поддержку, улыбнулась:
— Весьма удобно. Благодарю!
— Хм, — мужчина обошёл меня кругом, разглядывая со всех сторон. Произнёс задумчиво и очень медленно, будто пробуя имя на вкус: — Метэлла Леаш Спэн. Это действительно ты?
— А как вы думаете?
Страха не было, так как я уже поняла, что присутствую в этом месте по своему желанию и так же легко могу уйти, а владыка не в силах ни последовать за мной, ни удержать. Мужчине оставалось лишь ждать меня, и это приносило странное удовлетворение.
— Почему ты ударила меня? — продолжал он допрос.
«Он туповат? — мелькнуло в мыслях. — Я же всё объяснила до пощёчины!»
— Что это за место? — проигнорировав его вопрос, поинтересовалась я, оглядывая тени. — Оно существует на самом деле?
— Можно и так сказать, — задумчиво протянул мужчина, внимательно изучая меня.
— Вы увиливаете от ответов.
— Как и ты, — неожиданно усмехнулся он и вдруг приблизился так стремительно, что у меня перехватило дыхание. Вцепившись в невидимые поручни кресла, наклонился надо мной и выдохнул: — Если бы не этот запах, я мог поклясться, что ты не Метэлла! Эта дерзкая речь… Осуждающий взгляд!
— Люди меняются, — глядя на него снизу вверх, сухо ответила я.
Честно признаться, мне очень хотелось снова увидеть, как тьма становится драконом. Да, это безумно страшно! Но… завораживает. С другой стороны, вряд ли я дразнила бы владыку, не будь у меня способности просыпаться в самый опасный момент.
— Не настолько, — он покачал головой.
— Мне пришлось удовлетворить ваши эгоистичные желания, а после в одиночестве нести ответственность за вашу прихоть, — холодно отчеканила я. — Вы хоть осознаёте, что разрушили жизнь невинной девушки?
Он нахмурился ещё сильнее, всматриваясь в меня так пристально, будто собирался увидеть через глаза извилины моего мозга. Я же вдруг скользнула взглядом по приоткрытым губам мужчины, но тут же себя одёрнула.
«Клава, ты сошла с ума?!»
Да, сошла. Потому что сейчас, когда нас разделяло всего несколько сантиметров, а у меня кружилась голова от маскулинного аромата, исходящего от владыки, я совершенно чётко осознала, что этот мужчина меня привлекает.
Именно по этой причине я злилась на него так долго. Оттого врезала по лицу. И, ясное дело, с радостью возвращалась сюда, подсознательно ожидая новой встречи.
«Поздравляю, Клава, — тяжело вздохнула, смиряясь с действительностью. — Тебя угораздило влюбиться в киношного злодея!»
Сердце затрепетало, как когда-то в молодости, а мысли скакали, как белки. Я металась между желанием придушить