– Маша, ты победила, мы сохраняем тебе жизнь! – с радостью заявил Ричард. – Эта девушка даже не верит своему счастью. Ну а нам пора подготовиться, очень скоро мы узнаем, чем закончится «Пьеса».
Сцена 17
Сегодня ему почему-то вспомнился тот день, когда он впервые взял в руки фотографию Роберта. Это было словно в другой жизни и словно с другим человеком, хотя правильнее будет сказать, что тот другой человек исчез в ту же секунду, когда он прикоснулся к проклятому изображению. Павел так давно не смотрел на себя в зеркало, но здесь, в этой квартире, оно висело прямо напротив дивана, где он лёг. Следовало встать, дойти до кровати, отползти подальше от чёртового зеркала, но сил совсем не осталось. Зачем он только сегодня здесь лёг? Павел вспомнил – этот диван находился ближе всего ко входной двери, он надеялся в последний раз увидеть Богдана и Катю, посмотреть на их молодые лица. Но, глядя в проклятое зеркало, понимал, что шансов увидеть друзей у него практически нет.
Сейчас он не узнавал себя. Какой-то жуткий скелет, обтянутый жёлтой кожей, даже не человек – мертвец, который ещё дышит, не сдаётся, хотя пора бы. Почему ему вспомнилась та фотография? Потому что с неё всё началось? Павел не знал, он уже мало что понимал, мозг давал сбой. Понять, когда он спит, а когда бодрствует, становилось всё трудней. Одно оставалось ясно: он всё ещё был жив, так как испытывал жуткую боль и стыд за то, что сходил под себя. Зачем человек вообще стареет? Зачем жить, когда твой организм тебя предаёт, когда разум захватывает туман? Когда ты молод, о таком даже не думаешь.
Входная дверь открылась, и сердце Павла застучало быстрей. Но на пороге его комнаты появился не Богдан и не Катя. Перед ним стоял кто-то другой. Молодой человек с аккуратно зализанными чёрными волосами, одетый в белую рубашку и чёрную жилетку, держал в руках какой-то предмет, напоминающий то ли коробку, то ли шкатулку.
– Когда мы виделись в последний раз, это я был стариком, – сухо проговорил незнакомец. – Теперь же мы поменялись местами. Впрочем, при нашей первой встрече это был не совсем я. Как и ты сейчас не совсем ты.
– Мы знакомы? – просипел Павел. Его сердце охватил страх, словно перед ним стоял настоящий монстр.
– В какой-то степени, – уклончиво ответил незнакомец. – Ангел называл тебе моё имя, я Ноа. Но ты можешь звать меня Официант. Человек заслуживает имя, когда сделает что-то достойное, до этого момента у него есть лишь должность, что определяет его судьбу.
– Ты первый слуга Роберта, – вспомнив историю, рассказанную Ангелом, произнёс Павел.
– Я здесь не как его слуга, скорее, как твой друг. – Ноа опустился на одно колено и заглянул в глаза парня, запертого в теле старика. – Ты сегодня умрёшь, и тебе больше никогда не будет больно. Но ты достойно сражался, вынужден отдать тебе должное. Пожалуй, ты самый сильный антагонист, которого мне доводилось встречать. И именно ты должен был убить Роберта.
Официант поднялся. Сейчас, когда смотрел на Павла сверху вниз, он казался таким высоким, таким величественным.
– Пойми меня правильно, я хочу, чтобы мой господин возродился, но есть правила, и если ему суждено умереть, то убить его должен был ты, а не Богдан. Вот уж кто правда оказался в этой истории совершенно случайно. – Ноа выглядел расстроенным и как будто подавленным. Казалось, даже его тёмно-синие глаза потеряли глубину. – Но ты сегодня умрёшь, и вся слава за убийство Роберта достанется никчёмному художнику. Это его имя запомнят на века, это он получит бессмертие, а ты так и не узнаешь о своём таланте. Это печально. Но у меня есть для тебя прощальный подарок, возможно, он скрасит твои предсмертные муки. Хочешь знать правду? Знать, зачем Роберту понадобилась твоя девушка? Знать, кем была Аня во всей этой истории?
– Да, – только и выдавил Павел.
– Чтобы всё правильно понять, начать придётся издалека, но так картина станет наиболее полной. Счастливой смерти, Павел, – пожелал Ноа, а после склонился над стариком и, открыв перед ним шкатулку, исчез.
Сначала ничего не происходило, но затем перед Павлом появились титры, словно начинался какой-то фильм, транслируемый ему прямо в голову.
Роберт представляет!
Основано на реальных событиях
Он видел кукольные фигурки, которыми кто-то управлял с помощью верёвочек, как в детском театре. Марионетки ходили из стороны в сторону на фоне декораций старой эпохи. В это время голос за кадром вещал, и Павел был уверен, что он принадлежал Ноа:
Эта история о настоящей любви, которая должна была преодолеть время и смерть. В это сложно поверить, но когда-то давно Роберт полюбил одну девушку. Её звали Аннет. И для него она была самой прекрасной на свете. Молодой человек – а Роберт тогда и правда был ещё совсем юн – в ней души не чаял. Девушка также полюбила странного юношу с глазами разного цвета. Это во всех смыслах была самая что ни на есть настоящая любовь. Но однажды Аннет заболела. О да, в те старые времена по миру ходили страшные болезни, и лекарств от них не существовало. Молодая и красивая девушка умерла не от руки убийцы, а от болезни, которая захватила её тело. Сердце Роберта разбилось, и он проклял мир, в котором люди умирали просто так; проклял саму судьбу, ведь, если бы её убили, он бы мог отомстить, и тогда, возможно, ему стало бы легче. Глупцы твердят, что месть не лечит, но как отомстить самой судьбе, что уготовила Аннет такую участь? Находясь в плену безумия, Роберт учился воскрешать людей, но Аннет воскресить у него так и не получилось, поэтому он нашёл другой способ снова увидеть возлюбленную. Раз её нельзя воскресить, значит, она родится снова. Роберт верил, что, если набраться терпения, соблюсти все ритуалы и дождаться появления нужных людей, он сможет вернуть Аннет к жизни, и, если их любовь была сильна, она его вспомнит. Сейчас мы перенесёмся на несколько столетий вперёд, чтобы картина стала понятнее.
Голос на мгновение замолк, фигурки изменились, как и декорации позади них, теперь они стали больше напоминать современный мир с многоэтажками из бетона – Средневековье осталось позади.