Воспользовалась отсутствием мужа и позвала молодого парня, который нас обслуживал. Попросила у официанта делать Ворону напитки покрепче, а мне, наоборот, слабоалкогольные и дала хорошие чаевые. Хорошо, что у меня остались деньги после рынка. Официант оказался парнем сговорчивым и подмигнул, кажется, трактуя мое желание совсем иначе.
Ну что ж, сегодня ночь икс. Наконец-то я получу ответы на важные вопросы. Узнаю, что Ворон от меня скрывает.
Да я коварна!
— По напитку и на танцпол? — предложила я, осмелев. — Смотри, как люди пляшут. Как будто в последний раз. Давай и мы зажжем!
— Твоя идея мне по душе. У тебя игривое настроение?
— Кажется, иду на поправку, — подмигнула, соглашаясь. — Местные лекарства творят чудеса.
— Так ты ими мажешься через каждые десять минут, — хохотнул Ворон.
— Хочу прекрасное тело без шрамов.
— Оно и так прекрасно, а шрамы только украшают его.
— Шрамы мужчин украшают, а девушек портят. И у меня их и так достаточно. Вспомнить бы, откуда взялись.
Принесли наши напитки вместе со змеиным супом. Я боялась пробовать сей деликатес, но, решившись, удивилась. Сладковатый вкус мяса был очень необычным. Чуть похоже на курицу, но розового цвета. Блюдо оказалось очень сытным. Надеясь, что напиток у Ворона крепкий, а у меня слабый, поспешила перейти к распитию. Пора осуществлять коварный план.
— Пойдем танцевать. Мы же для этого сюда пришли, — сказал Алекс.
Я кивнула, вглядываясь в его глаза, опьянел ли он? Но нахмурилась, когда поняла, что в нем ничего не изменилось.
Горячие латиноамериканские мелодии, видимо, были популярны на всем побережье, поэтому я вновь ощутила страстные объятья Ворона. Ох, какой же чувственный это был танец! Резкие выпады, быстрые движения. Получилось даже расслабиться.
Зазвучала медленная музыка, но мы остались на танцполе. Она отличалась от колоритных местных мелодий.
Закрыла глаза и прислонилась к мужу, вслушиваясь в слова песни. У меня защемило сердце. Какая-то невосполнимая боль утраты наполнила душу. Я заволновалась, чувствуя, что для меня это не просто песня. Про себя повторяла слова, зная их наизусть. Вдруг у меня закружилась голова, перед глазами словно замелькали картинки, и послышался родной голос:
— Я буду любить тебя всегда, — кружа в танце, говорил светловолосый мужчина.
— Так не бывает, — улыбалась я, глядя в голубые глаза.
— Бывает. Ты — моя единственная любовь. Я хочу, чтобы ты стала моей женой.
— Не шути так, а то ведь могу и согласиться.
— Тогда я буду самым счастливым на свете.
Вглядывалась в знакомый образ, вспоминая запах его духов, тембр голоса и мягкость белокурых волос. Такой родной, такой любимый. Это был особый день, это была наша песня.
Я подняла затуманенный взгляд, глядя на своего теперешнего партнера, а видела совсем не его. Песня закончилась.
— Детка, с тобой все в порядке? — вырвал из пучины воспоминаний вопрос Ворона.
Я моргнула. Пелена спала с глаз. Непонимающе тряхнула головой. Передо мной стоял черноволосый красавчик, полная противоположность милому белокурому мужчине с голубыми глазами.
— Не все в порядке. — Я отрицательно помотала головой.
Мы подошли к столику, и я залпом выпила стоявший на столе напиток.
— Ты сама не своя. Что случилось? Тебе плохо от змеиного супа? — тревожился муж.
Я молчала, бесцельно глядя в одну точку. Но больше ничего не смогла вспомнить. Образ светловолосого мужчины померк, не вспоминались детали о нем.
— Ты не первый мой муж. Да? — Я перевела на него взгляд.
— Не могу точно знать. Мы никогда не говорили, кто у тебя был до меня, — растерянно ответил Алекс. — Но не думаю, что ты была замужем.
Почему воспоминания приходят обрывками, не давая ответы на вопросы, а лишь больше все запутывая? Если я любила голубоглазого блондина, то почему вышла замуж за Ворона? Потерла виски, силясь еще что-то вспомнить. Память не спешила подкидывать новые сведения.
— Я начинаю ревновать, — взяв меня за руку, сказал Алекс.
Постаралась улыбнуться, но вышло натянуто. Это ведь хорошо, что память возвращается, пусть и причиняя боль, но теперь я знаю, что любила. Я вспомнила смерть отца и то, что в детстве чуть не утонула. Мелочи, но память — штука коварная. Всплывает лишь самое болезненное, то, что оставило на душе шрамы.
Мы заказали дополнительные коктейли. Ворон что-то говорил, а я невпопад отвечала. Думала, вспоминала, анализировала, совсем позабыв, что намеревалась сегодня напоить мужа.
Но, кажется, мой план сработал. Эта была уже четвертая пара коктейлей, когда я заметила, что Ворон пошатывается.
Официант шепнул, что больше пяти таких местных болтушек пить не рекомендуется, потому что домой мы не дойдем. Слегка засомневалась, но когда был выпит пятый, стало понятно, что до нужной кондиции Ворона напитки все-таки довели.
— Нам пора. Пойдем домой, — предложила ему, вставая.
— Нет. Душа требует праздника! — заявил он. — Мы пойдем танцевать!
— Нет. Алекс. Нам пора домой. Мы много выпили.
— Действительно. Это очень подозрительно. Ты не выглядишь пьяной.
— Это потому, что ты слишком нетрезв. Сам же говорил, что три таких напитка опьяняют любого, а мы по пять вылакали.
Взяла его за руку и потянула в сторону дома. На удивление он не противился.
— Твоя очередь нести меня, — положив тяжелую руку мне на плечи, заявил нахал.
— У нас разная весовая категория, милый, — стараясь не упасть под его весом, сообщила ему.
— Какая у тебя все-таки грудь красивая. — Его рука уверенно сомкнулась на ней. — М-м-м, зачем нужно было бюстгальтер надевать? Тебе без него гораздо лучше, — расстроено изрек он, продолжая мять упругое полушарие.
— Алекс, а мы по любви женились? — начала издалека свой допрос, медленными шагами бредя в сторону дома.
— Конечно, Асенька. По очень большой, — заверил он, а рука продолжала сомнительные ласки.
— А с чем связан твой бизнес? — спросила, отметив, что он назвал меня по имени, что звучало очень непривычно.
— С транспортом, — последовал короткий ответ.
— А бандиты? У тебя есть враги, конкуренты?
— Они у всех есть.
— А почему я умею так ловко метать ножи? Я агент под прикрытием?
— Под моим прикрытием.
Точные вопросы и размытые ответы. Это фиаско.
Я уже была не рада этой затее. Вот зачем я его споила? Когда наш домик показался вдали, вздохнула с облегчением.
— Хитрая бестия. Чего ты добивалась? Хотела меня соблазнить? — вкрадчивым голосом поинтересовался Ворон, остановившись.
— Нет, — пролепетала я, вглядываясь в его лицо и пытаясь понять, пьян он или нет.
— А ты разве не знала, что мужчины в таком состоянии более развязны и настойчивы? — громким шепотом продолжил он и переместил руку на мою талию.
— Подозревала, — ответила я. Что-то план оказался небезупречным. Неужели Алекс притворялся все это время? Морочил голову,