Верехов подбежал к приятелям и пожал им руки. Рыжий плелся за ним.
— Ну что, когда Лаптева ловить будем? — заговорщицки спросил Николя. — Сейчас или после уроков?
— Предлагаю сейчас, — ткнул Рыжий пальцем в приближающегося Артема.
— А ты с нами? — прищурился Назаров.
— А тут что, есть один ты? — нахмурился Кирилл.
— Хватит! — прервал Денис надвигающийся конфликт. — Лапоть уйдет.
С его доводом нельзя было не согласиться, и парни двинулись вперед.
Эдика и его компанию Артем заметил издалека. Они косились в его сторону и о чем-то шушукались. Раньше, чем те двинулись к нему, Тема знал — что-то произойдет. Но, почему-то обычного страха не чувствовал. За минувшие несколько дней его жизнь кардинально изменилось. Прежде всего, другими стали ощущения. Почти каждую ночь он видел во сне Артемия Ларета. Каждую ночь учился у него чему-нибудь. Ларет был существом — даже в уме Тема не называл его человеком, потому что в нем бурлила странная, необъяснимая сила — которое могло достичь любых высот, покорить любые цели. Артем восхищался им и стремился быть похожим на него. Стал бы Ларет спасаться бегством от четырех местных кретинов? Конечно, нет.
Артем уверенно шагал им навстречу. Мысленно парень настраивался на «волну Ларета», как он называл особое состояние, которое пробуждали в его душе странные сны.
Эдик остановился перед ним. Смерил его презрительным взглядом, как какую-то букашку. Но Артем отметил, что ненависть, которую он испытывал к мучителям, улеглась. Ей на смену пришло ледяное спокойствие и вера — в любом случае победа будет за ним.
— Лаптев, надо поговорить.
А Эдик сдал за минувшие дни. Побледнел, осунулся. Неужели и правда заклятие из книжки возымело свое действие?
— Мне не о чем с тобой разговаривать.
Артем удивился уверенности в собственном голосе. Он проверял свои ощущения. Никакой дрожи в коленях, бешенного сердцебиения, желания бежать, куда глаза глядят.
Эдик, похоже, тоже почувствовал произошедшие перемены. Он нахмурился и хотел сказать что-то, но вмешался Николя:
— Слушай, ты, прыщ-недоросток, сказано — беседа есть. Чего строишь из себя шишку? Или уже в штаны наложил?
— Не дождешься.
Холодный, презрительный взгляд. Эдик отпрянул. Такими глазами во сне на него смотрел Артемий Ларет. А Николя шагнул вперед, схватил Артема за рукав и потащил в сторону мастерских.
— Что вам нужно? — вырвался парень.
— Вот так бы сразу, — буркнул Николя. — Эд, излагай.
— Артем, — начал Назаров, и Тема вздрогнул — с каких это пор Эдик называет его по имени? — Знаю, мой вопрос покажется тебе странным, но… Скажи, это ты пытаешься нам отомстить?
«Попал», — подумал парень, и на секунду стал тем Артемом, которым был раньше. Захотелось удрать в класс, чтобы прекратить разговор, который неизвестно куда заведет. Но ноги не слушались, а порыв исчез так же быстро, как и появился.
— О чем ты, Назаров? — состроил он растерянную физиономию.
— Ты сам знаешь.
— Понятия не имею!
— Эдя, он точно брешет, — шепнул на ухо другу Николя. — Сильно выделывается.
Что Артем врет, Эдик видел и сам. В Лаптеве что-то переменилось. Решительно и бесповоротно. Может ли действительно оказаться так, что тихий зажатый Артем нашел способ превратить их жизнь в ад?
— Ты лжешь, — смотрел Эдик в глаза противнику. — Просто расскажи мне, как тебе это удалось и как можно остановить происходящее…
— Назаров, ты чего? Наверное, головой приложился? — говорил Тема, не в силах сдержать улыбку. Интересно, что такого происходит в жизни Эдика, что он снизошел до разговора на равных, без мордобоя и издевок? Вот бы узнать.
— Я буду разговаривать только с тобой, один на один, — решился Артем. — Скажи своим прихвостням убираться.
— Это кто тут прихвостень? — взревел Николя и бросился бы на Лаптева, если бы его не удержали Рыжий и Денис.
— Ребята, подождите в классе, — обернулся к ним Эдик.
Парни переглянулись. Уходить никому не хотелось, но иначе Лаптев будет молчать. Это понимали все, поэтому потащились в сторону школы, то и дело оборачиваясь. Но Эдик и Артем так и стояли друг напротив друга, ожидая, пока никто не сможет им помешать.
— Я жду, — напомнил Назаров.
— Чего? Объяснений? Ты их не получишь, — покачал головой Артем. — Я не знаю, о чем ты говоришь. Ты ведь, думаю, многим насолил, не только мне. Вот и ищи среди них. А меня оставь в покое.
— Да хватит выделываться! — сжал кулаки Эдик. — Ты отослал всех, чтобы мне это сказать?
— Не только. Послушай меня, Назаров. Раньше я ненавидел тебя, потому что ты — мерзкий, злобный тип, но и завидовал тебе, — решил Тема высказать всё на прямоту. Обычно ему тяжело было сразу сформулировать мысль, но сейчас слова так и лились. — Я думал, у тебя есть всё: друзья, уважение, деньги, и хотел оказаться на твоем месте. Но за прошедшую неделю у меня словно открылись глаза. Я по-прежнему тебя ненавижу, но и за миллион долларов не соглашусь поменяться с тобой местами. Потому что девчонка твоя вчера гуляла под ручку с Тетерко, деньги не твои, а папины. И дружки твои все врут тебе, как на подбор. Рыжий говорил Верехову, что ты — ничтожество, я сам слышал. И Верехов не особо возражал. А Самойлов вообще дружит с тобой только чтобы упрочнить свое положение. Иначе ведь могут узнать, что его семья не такая богатая, как он расписывает. В другом случае Денис не стал бы подрабатывать в третьесортном магазинчике. Поэтому мне жаль тебя, Назаров.
Артем развернулся и пошел к школе. Эдик стоял, как громом пораженный. Всё, что ему довелось услышать, постепенно укладывалось в голове.
— Подожди! — догнал он Лаптева. — Ты врешь!
— Я? — чуть обернулся тот, и снова сверкнул глазами Ларета. — Нет, Назаров. Это ты себе врешь.
Эдик кинулся на Лаптева и сбил его с ног. Неизвестно, чем бы закончилась драка, но на шум из мастерской выбежали учитель труда и завуч. Через десять минут Эдик и Артем стояли перед директором. Ангелину Ивановну за глаза называли «железной леди». Подобные прозвища не возникают из ниоткуда, и теперь парням предстояло в этом убедиться. И хоть обычно Эдику всё сходило с рук, в ту минуту было заметно, что директриса настроена решительно.
— Назаров, Лаптев, сколько это будет продолжаться? — говорила она, расхаживая перед провинившимися. — Четвертый раз вы деретесь на территории школы. Четвертый раз! Что не поделили? Я вас слушаю.
— Просто недоразумение, — ответил Эдик.
— Твое поведение, Назаров, — замерла перед ним Ангелина, — вот единственное недоразумение. Ладно Лаптев. На него жалоб не поступает. А ты? Что ни месяц — так новости. Всё, Назаров. Мое терпение лопнуло. Завтра же жду тебя