— И госпожа… — показалось, что в его голос вернулась неприязнь, — прошло три дня с тех пор, как вы приехали.
— ЧТО⁈
Я попыталась встать, но рухнула обратно на подушки. Не без помощи раба, который не очень почтительно надавил мне на плечо. Чуть прищурилась, вглядываясь в его глаза. Совершенно обычные глаза, без всякого золота.
Что вообще тут происходит?
Этот мужчина ведёт себя со мной так, будто имеет права касаться без разрешения, давать мне указания. Но странным образом именно сейчас мне не хочется с ним ругаться. Слушаться тоже не хочется на самом деле, даже приходится подавить желание сделать наоборот, поэтому руководствуясь здравым смыслом, я остаюсь лежать в постели, сверля его взглядом.
— Не стоит вставать сейчас, вам нужно набраться сил.
Вопреки его действиям, голос снова звучит почти мягко, пусть и с капелькой раздражения. Я его раздражаю! Раба… Но он так старается это скрыть, что невольно перестаю злиться.
— С чего это ты начал обо мне заботиться?
— Вам нужна помощь, я её оказал, да и… — его ладонь сжимается в кулак.
— Что «и»?
— Я вам зла не желаю. Даже наоборот.
— Вот как? — я хмыкнула, не удержавшись, чтобы не съязвить. — Кто ты и куда дел знакомого мне Ая?
И вдруг…
— Меня зовутА́йрон, — серьезно ответил он.
— Что? — моё недоумение и так читалось во взгляде.
Я предполагала прежде, что у него есть нормальное имя. Но что он сообщит его мне сейчас… Что изменилось? Может, ему стало меня жаль, посочувствовал, вот и решил общаться по-человечески?
— Моё имя от рождения — А йрон. Прежняя… госпожа, — снова выплюнул это слово, — сократила его.
— А йрон, — заворожено повторила я.
Красивое имя. Такое не дали бы рабу. Нужно узнать о нём чуть больше.
— Мне теперь так тебя называть? — само вырвалось.
Почему я вообще спрашиваю его об этом? Что бы ни случилось, пока я была без сознания (всё же надеюсь, что совсем уж лишнего себе не позволил), но он по-прежнему мой раб и мне решать, как к нему обращаться.
А уж когда ответом на вопрос «госпожи» стал кивок… Я усмехнулась. Даже не попытался прикрыться вежливой просьбой. Почему-то это вызывало не гнев, а… уважение что ли. Я бы так не смогла. Как и пытаться сейчас, после такого, уколоть его, указать на его место или сделать нечто эдакое.
— Хорошо, Айрон.
Наши глаза встретились, и я, поддавшись моменту, не выдержала:
— А тебе не нравится называть меня госпожой… — не спрашивала, просто констатировала факт.
Теперь его очередь была усмехнуться. Не отрицает. И снова я думаю о том, что мне есть чему поучиться у него. Выбрал позицию и стоит на ней, хотя в заведомо проигрышном положении ведь.
— Зови герцогиня, если тебе проще, или вообще никак не зови…
Не хочу видеть его насмешки впредь. Да и то, как он произносит это слово по отношению ко мне, вызывает слишком противоречивые чувства…
— Как пожелаете, — ответил он абсолютно бесстрастно. Ему ведь прежние хозяева предлагали это чуть ли не каждый день…
Я вздохнула. Ладно. Пусть так. Зато хотя бы без ехидства.
— Расскажешь мне как-нибудь о себе? — снова зачем-то спрашиваю, хотя достаточно приказать. Но сегодня всё как-то иначе.
— Как-нибудь, — пожал плечами он.
Так странно. Мы не ругаемся. Просто разговариваем, как нормальные люди, а не раб и хозяйка. И мне это… нравится. Наверное, со мной никто так не говорил раньше, кроме княгини…
— Не знаю, что ты сделал со мной, но спасибо, мне лучше, — решилась.
Спрашивать про раздевание с порога и свет казалось глупым — вдруг это лишь мое воображение? Отвар же он мне точно сделал и возился со мной три дня.
— Не за что, — мужчина сидел рядом на кровати и пристально смотрел.
— Ещё что-то хочешь сказать? — стало как-то вдруг неловко.
— Нет, не хочу, — Айрон поднялся, — отнесу посуду на кухню и приготовлю вам еды.
— Спасибо, — ещё раз повторила я.
Он же молча оглянулся и вышел.
Это у нас перемирие такое, получается? Что ж. Я не против. Хоть и не понимаю, что случилось, но хотя бы одной проблемой меньше.
Глава 19
Откинувшись на подушки, я попыталась успокоиться и придумать новый план действий. Каким-то чудом мне нужно вернуть сумку, а значит придётся возвращаться в лес. Без этого никак.
Ещё нужно связаться с издательством — если я исчезла на три дня, вообще сложно представить, что они обо мне думают. А может уже и не ждут живой… Ведь наверняка шумиха вокруг побега преступников достигла всех и каждого. Может меня даже продолжают искать. И наверняка обнаружили, что мои личные документы, предоставленные для устройства на работу — подделка. Хорошо, что хотя бы внешность была совсем другая. Кстати, о ней.
Мои длинные волосы точно были вымыты, расчёсаны и заплетены в аккуратную косу. Сомнений, кто бы мог это сделать, не было. В замке кроме нас с Аем… то есть с Айроном (какое же всё-таки красивое имя) не было никого. Но неожиданно мысль, что он раздел меня, погрузил в ванную, а потом мыл… принесла не злость, а смущение. Перед глазами встали картинки того, как большие мужские руки скользят по моему телу…
Глухо выдохнув, я поняла, что во рту внезапно пересохло настолько, что губы едва не трескаются. Признаться даже себе, что раб меня волнует, было не просто. Но я же не какая-то глупая…
— Идиотка! — раздалось совсем близко, словно он стоял над ухом. — Беспросветная, недалёкая деревенщина!
Голос был знакомым. Его голос. И он так отзывается… обо мне? Я вся обратилась в слух. И через громыхание посуды, слышала его недовольное дыхание и продолжение монолога:
— Как можно не понимать очевидных вещей? Не какая-то ведь необразованная служанка. Как можно было не заметить? И вляпалась-то как в это всё⁈ А я… тоже хорош. Ума не приложу, что мне теперь с этим делать…
Судя по звукам, мужчина шарахнул сковородой по металлической подставке и заскрипел зубами.
— Расскажешь мне о себе, — передразнил он меня, от чего мои брови взлетели на лоб — да как он смеет? Я же от чистой души, а он… — Что мне ей рассказать⁈ ЧТО⁈
Он громыхнул чем-то снова и вроде бы отшвырнул от себя нечто стеклянное, что, встретившись с полом, разлетелось на осколки. Он мою посуду там крошит? Да что происходит-то такое⁈
— Вообще никак не зови, — продолжал он. — Если бы знала, как я теперь могу тебя звать! И как ты меня должна звать…
Должна⁈
Раздражение