— Ну уж нет, брат. Почему я должен поверить, что по твоему приказу ей никто не причинит вреда? К тому же, как моя невеста она имеет право здесь находиться.
От своего нового статуса я растерялась совсем. Бывшего раба вовсе не смущало отсутствие моего положительного ответа на предложение. Это злило. И одновременно восхищало. Ну как можно не восхищаться таким упрямством? Сначала он настойчиво добивался того, чтобы привести меня сюда и провести свой обряд. Буквально шёл по головам ради этого. Сейчас вот поставил новую цель… Говорю же — индюк. Хоть и привлекательный…
Вот о чём я думаю в момент, когда решается моя судьба⁈ Встряхнула головой, чтобы избавиться от ненужных мыслей. Так не пойдёт.
— Ты опять за своё⁈ Я не дам тебе разрешения жениться на ведьме, — прогрохотал король.
— Мне твоё разрешение не нужно! — возразил Айрон. — И не забывай…
— Не смей угрожать мне своим магическим резервом!
— Это не угроза, брат. Мне давно надоели эти предрассудки и глупые традиции. Кто-то когда-то принял решение за всех наперёд. А я не желаю, чтобы за меня принимали решения! Я сам решаю свою судьбу. И судьбу той, что мне предопределил артефакт!
Так он считает меня своей собственностью⁈
— Пока я сижу на троне… — начал было король угрожающе.
— Это можно легко исправить, ты же понимаешь. Созови совет и проведём магический поединок.
— Из-за какой-то ведьмы⁈
— Нет. Из-за того, что я не хочу быть чьей-то марионеткой. И не потерплю, чтобы кто-то обсуждал и оспаривал мои решения. Она станет моей женой. Точка.
Вот это самоуверенность, конечно… Но пока я не возражала, понимая, что сейчас моя жизнь зависит именно от его этих слов.
— Она спасла мне жизнь, тогда как ты её отнял! Не хочешь ли ты отблагодарить ту, кто не позволила погибнуть из-за твоей ошибки твоему брату?
— Я благодарен, — процедил король.
— Мне всегда казалось, что мы с тобой не просто два сына короля. Ты был для меня примером. До тех пор, пока я не увидел тело девушки у алтаря… — по лицу короля пробежала тень, которая стала свидетельством того, что он сам не рад тому, что совершил. — Пока не понял, что и меня ждёт участь и клеймо убийцы. До последнего боролся с собой, напоминал заветы предков, но понял, что они ошибались! Все. И я не стану этого делать. И не хочу, чтобы мои потомки делали это! Если ты не поможешь мне исправить всё, найти способ, то я сделаю это без тебя. Не только из-за неё. Из-за себя.
Король скрипнул зубами. Оглядел меня с головы до ног.
— Ты не думаешь, что она втёрлась к тебе в доверие, чтобы сбежать?
— Она спасла мне жизнь. А ты её отнял, — напомнил Айрон. — Либо мы вместе разбираемся, как всё изменить, либо ты перестанешь занимать этот трон. Брат.
Ультиматум был жёсток даже для родственника короля, как по мне. Но ни грамма смущения или неуверенности в лице бывшего раба (уже даже как-то неловко об этом вспоминать. Столько всего произошло за это время, что прошлое кажется каким-то ненастоящим) я не увидела. Как и всегда он казался холодным и расчётливым. Лишь изредка в его зрачках вновь клубился золотой водоворот. И уж не знаю, было ли это каким знаком или на самом деле взыграли братские чувства, но король сбавил спесь (у них это, видимо, врождённое у обоих) и величественно кивнул.
— Я не прошу помогать мне, только не мешать, — ответил сухо Айрон и вновь за руку повёл меня прочь.
— Куда мы?
— Проверим кое-что.
— Что именно? Ты не мог бы ставить меня в известность о своих планах? Раз уж мне приходится принимать в них участие…
В этот момент мимо проходила служанка, но увидев нас, видимо, испугалась и, споткнувшись, полетела прямо на каменный пол. В последний момент Айрон подхватил девушку, но из её рук выскользнула стопка какой-то материи. На том самом незнакомом языке она принялась извиняться, судя по интонации. И мне стало так жаль её… Поэтому присев, помогла собрать упавшее и протянула ей. Айрон что-то коротко сказал, только после этого, приняв от меня помощь, девушка вновь продолжила свой путь.
— Они все меня боятся, потому что ты назвал меня ведьмой, — отметила с грустью.
— Тебя это тревожит?
— А как ты думаешь? — смотрела я в удаляющуюся от нас спину. И вдруг задумалась над одним прелюбопытнейшим обстоятельством.
Когда я только стала наследницей рабов, ни мгновение не жалела их (разве что Мартина, увидев на нём шрамы), не сомневалась, отдавая Айрона (или того, кто там занимал его место всё это время) в аренду, а вот теперь мне стало жаль постороннюю служанку… Да и не только. Я испытывала неудобство, что становлюсь свидетельницей разговора братьев, смущение — что Айрон держит мою ладонь, вспыхиваю от его взгляда… Я не сочувствовала раньше. Не скучала ни по кому. Не была влюблена… Думала, что не умею.
Да прежде во мне столько чувств разом попросту не было. Обычно их отголоски появлялись лишь тогда, когда другие люди испытывали сильнейший эмоциональный всплеск. Мне казалось, что такой бесчувственной я стала из-за матушки и тёти, к которым тоже не питала особенной теплоты. А вот теперь, понимая, что не имею ни одной живой души родной, ощущаю печаль…
Ведь это странно.
— Айрон… Я чувствую, — решила поделиться догадками.
Он посмотрел на меня, нахмурившись.
— Понимаешь. Прежде я думала, что бесчувственная. Могла жалеть только себя и то, когда уже не было сил держаться. Я не была ни к кому привязана. Даже к матушке. Тем более — к названному отцу, который не отец. Думала, что меня воспитали такой. Но сейчас мне жаль других… Я чувствую, понимаешь? И кажется, эта ведьма что-то со мной сделала…
Айрон задумался. Потом всмотрелся в моё лицо. И… вдруг снова потянул меня за руку куда-то.
— Куда мы идём? — уточнила в который раз.
— Проверить твоё предположение. Это невозможно распознать, если не знать, что искать. Но если ты права и на тебе заклятье, то артефакт это покажет. Я сразу шёл туда, потому что тоже ощущаю себя странно.
В комнате, больше похожей на лабораторию, он заставил меня положить ладони на какой-то шар, постоять так, но ничего не произошло. Затем повторил сам. И вновь ничего не изменилось.
— Странно. Никакого заклятья нет. Я подумал, что возможно это какой-то приворот или нечто в этом роде. Но артефакт утверждает, что мы чисты…
— Что тогда она с нами сделала?
И тут