Айрон сказал, что это в целях моей же безопасности. Якобы рядом с ним никто не посмеет причинить мне вред. Но всё же мне казалось, что он делает это намеренно, чтобы я привыкла просыпаться с ним. В этой стране такое было позволительно без сильного ущерба для репутации. Хотя по большей части роль играло происхождение и статус самого Айрона, чем местные традиции. Однако даже самой себе было неловко признаваться, что мне нравится проводить с ним время. Особенно, когда вечерами мы прогуливаемся вместе по дворцовой территории, или разговариваем в тени деревьев, и он поддерживает меня за локоток… А иногда… я позволяла себе принимать его поцелуи.
С тех пор, как ведьма сняла с нас заклятье, каждый день я чувствовала всё больше. И почему-то именно к нему. Всё ещё пыталась убедить себя, что это оттого, что он просто первый мужчина, который вёл себя со мной слишком вызывающе, но уже понимала, что продолжая находиться рядом, лишь усугубляю ситуацию.
Идея вернуться обратно казалась невыносимой. Особенно потому, что там у меня не осталось ничего кроме родового замка, а тут… были наши многочасовые разговоры, объятия и страна, которая нуждалась в моей помощи…
Кроме того, Айрон учредил первую государственную газету, за которой тоже попросил меня приглядывать сначала. А потом и вовсе назначил там главным редактором, мотивируя тем, что у его придворных опыта недостаточно. Впервые мне выпала возможность писать от своего имени, не скрываясь. Фактически исполнилась моя мечта. И что-то подсказывало, что эта идея пришла в его голову далеко не случайно.
Одновременно им был сделан первый шаг в изменении отношения своей страны к ведьмам, а именно — подписан указ об их неприкосновенности. Конкретно меня и вовсе приравняли практически по статусу к правящей семье, обнародовав, что принимаю личное участие в решении государственных проблем и заведую местным СМИ. Конечно, сразу на меня не перестали коситься со страхом и кредит доверия тотчас я не получила. Но мне не впервой кому-то что-то доказывать — раз, а два… теперь я была и впрямь не одна. Ощущала поддержку своего неожиданного союзника. Айрона, конечно.
Его брат продолжал сторониться меня, когда мы втроём, и всячески демонстрировать хорошее отношение прилюдно — показывал на своём примере, что бояться меня не стоит. Хотя сам опасался. Ещё как. Но из-за того, что боялся получения мной контроля над магией, или из-за возможной мести за попытку убийства — сказать было сложно.
Только Айрон не остановился и на этом.
К концу месяца во дворце появилась княгиня Иванелла собственной персоной по его приглашению. С ней мы провели несколько весьма приятных вечеров, и милая женщина предложила нам помощь в нашем нелёгком деле. Вызвала сюда одну свою давнюю подругу и ведьму по совместительству, которая в своё время занималась изучением различий магий разных рас и народностей. С её знаниями мы начали продвигаться хоть немного.
Хотя отчего-то мне казалось, что основной целью приглашения первой гостьи было не только получение совета в разрешении проблемы страны, а больше — вынуждение меня уступить ему и согласиться выйти замуж. Айрон словно чувствовал, что я держусь уже из последних сил. За всю мою жизнь никто никогда не заботился обо мне, не делал приятных вещей, тем более — не ухаживал вот так — подходя ко всему настолько серьёзно.
Например, каким-то чудом он смог разыскать моего отца, которым оказался действительно настоящий ведьмак. Живой и здоровый.
Милый седовласый мужчина с теплотой говорил о моей матушке, вспоминая их небольшое «приключение» и клялся, что ничего не знал о дочери. На утро третьего дня мама сообщила ему о герцоге, и оскорбившись, отец покинул её. А всю оставшуюся жизнь продолжал вспоминать, ведь так и не нашёл свою половинку и остался одиноким. Поэтому моё появление в его жизни воспринял как подарок судьбы и просил меня о разрешении продолжить общение после его отбытия из дворца.
Только и тут Айрон решил «подстелить соломки». Он предложил моему отцу остаться здесь и тоже по мере сил и возможностей оказывать помощь в нашем деле. Хотя вот здесь это явно был всего лишь повод. Но просто так, без пользы от своего присутствия, отец бы не согласился остаться (очень уж он оказался скромным), однако теперь чувствовал себя нужным.
Таким образом получилось, что во дворце собрались все, кто был в этом мире мне не чужим. А потому мысли покинуть его самой отодвинула в дальний угол. Здесь наконец я получила то, что могла называть домом. И ценнее подарка мне сделать Айрон просто не мог.
Ещё через несколько месяцев мы наконец поняли, что прежде ведьминская магия передавалась по женской линии в роду правителей. Значит, решением бы стало её возвращение. Но возможно было это лишь в том случае, если ведьма войдёт в королевскую семью и родит дочь от кого-то из правителей. Поймав выразительный взгляд Айрона, я покраснела до кончиков ушей. И тут же поняла, что на меня смотрят все.
Не зная, куда себя деть от смущения, покинула нашу переговорную под благовидным предлогом и поспешила сбежать. Только ещё на пути к его покоям, Айрон меня всё же догнал. Остановил и приобнял, как делал в последнее время часто.
— Марион, это может быть шансом, понимаешь?
— А если окажется, что на самом деле мы ошиблись и жениться тебе надо было на ком-то другом, то что тогда?
— Тогда мы будем искать другой способ. В самом крайнем случае, женим нашего сына на том, на ком следует.
— Сына?
— Ну да. У нас же будут не только дочери.
— Тебе не кажется, что ты как-то очень далеко загадываешь? Я даже не согласилась стать твоей женой!
— Всё время об этом забываю, — притворно вздохнул он и тут же улыбнулся, притягивая меня ближе. — Не знаю, почему ты упрямишься. Мы же оба понимаем, что чувствуем. Я стараюсь идти тебе на уступки. Да, возможно всё начиналось не так красиво, как ты мечтала…
— Я вообще не мечтала выходить замуж, Айрон.
— И я о том же, Марион. У тебя были другие мечты. А тут появился вредный раб, который постоянно тебе дерзил и выводил тебя. Потом он оказался и вовсе не рабом. Это вряд ли кажется тебе очень романтичным. Но я делаю всё, чтобы исправить твоё отношение и завоевать доверие. Скажи, что ещё мне нужно сделать? Я