В это самое время по исходящей от его ладони нити пронеслись несколько вспышек, в которых я узнал те самые крохи энергии своего кинжала. Морозов не успел даже вскрикнуть. Этот дым проник в его тело и сразу же оказался в магическом ядре, вызывая чудовищный взрыв. Я рефлекторно закрыл лицо руками, но мир снова перевернулся, и я оказался на голой земле в Академическом саду.
— А вот и ты, я же говорил, что смогу тебя найти, — прозвучал в голове голос Первого Стража, и всё сразу же прекратилось. Только небольшая слабость и головокружение говорили о проведении при помощи Иннокентия незапланированного спиритического сеанса.
— Вот тебя сейчас только не хватало, — простонал я, поднимаясь на ноги.
— Миша, да что с тобой? — склонился надо мной отец, но я лишь махнул рукой.
— Ничего, Иннокентий снова пустился во все тяжкие, не задумываясь о том, что из него получится очень наваристый суп, — усмехнулся я. — Следи за своим фамильяром! — взвился я, обращаясь к Сергею, прячущему свою демоническую жабу за пазухой. — Но, Морозов вроде как мёртв. Я видел это своими глазами. Или не своими. Не знаю. Может, это всего лишь иллюзия.
— Узнаем в ритуальном зале, — сосредоточенно кивнул отец.
— Думаю, с учётом сложившихся обстоятельств, оглашение решения о престолонаследии следует перенести. Сначала совету нужно обсудить всё, что случилось. — Разнёсся голос князя Орлова.
— Вы думаете, что здесь есть, что обсуждать? — спокойно уточнил император Годунов, глядя при этом на меня. — Условия, выдвинутые Булгаковым, неприемлемы и смехотворны. Это была всего лишь демонстрация намерений, не более того. И вы глупы, если этого не заметили, ища какой-то скрытый смысл в нелепых угрозах и требованиях.
— Я так понимаю, вы были к чему-то подобному готовы? — тихо спросил я у отца.
— Да. Мы даже сделали специально несколько лазеек, чтобы посланник слишком долго не возился с защитой, — усмехнулся он, вкладывая мне в руку кинжал. Руны на нём всё ещё продолжали ярко светиться, и на первый взгляд никаких изменений не произошло. — Но ими он не воспользовался. Значит, ему помогал тот, кто находится внутри.
— Михаил, ты в порядке? — обратился ко мне император, в то время, когда отец замолчал. Лебедев был очень зол. Судя по пробегающим молниям у него на пальцах, он явно был не в курсе того, что посланника демонов ждали и готовились к его появлению.
— В полном, — кивнул я, ловя на себе обеспокоенный взгляд Милы.
— Этот предатель говорил о том, что вы умираете. Это правда? — напряжённо спросил Овциевский, выходя вперёд.
— Нет. Но вы правы, у нас возникли некоторые неотложные дела. Поэтому сейчас я оглашу своё решение и дам некоторые соответствующие указания. Моим преемником и наследником я объявляю князя Михаила Уварова. — Усилил он голос, проигнорировав что-то пытающегося сказать князя Орлова.
— Да кто бы сомневался, — процедил я. — Но мог бы подумать, после того как демоны во всеуслышание объявили на меня охоту.
— Если случится так, что юный Уваров взойдёт на престол до своего совершеннолетия, то ему понадобится регент. И я назначаю на эту должность князя Дмитрия Лебедева…
— Что⁈ — воскликнул наставник, громко закашлявшись. — Вы в своём уме, Ваше Величество? — сбавив тон, слишком спокойно осведомился Лебедев.
Ошеломляющая тишина, воцарившаяся после слов императора, длилась не больше трёх секунд. Возмущение, недоверие, откровенная злоба — всё это смешалось в единый хаотичный гул.
— Ваше Величество, это безумие! — князь Орлов был бледен. — Лебедев? Он даже не принадлежит к высшей знати! Это прямое оскорбление традициям и Имперскому Совету!
— Да, кстати, об этом, — отец вышел вперёд и вернулся на своё место рядом с императором. — Малый Совет решил, что трёх Светлейших князей всё же мало для защиты Империи. Лебедев — князь. Чем не высшая знать, — пристально посмотрел он на беснующегося Орлова.
— Заслуг Дмитрия Лебедева достаточно, чтобы наградить его титулом Светлейшего князя и ввести в Малый Совет, — закончил Годунов вместо отца. — Ритуал посвящения и обретения силы будет проведён сегодня вечером. Как и ритуал отрешения от титулов князей Оболенского, Репнина и Морозова, если тот не погиб при атаке.
— Что? — в очередной раз воскликнул Лебедев. — Скажите мне, что я сплю, а ещё лучше, что я до сих пор привязан к двадцать седьмой колонне, и демоны медленно выедают мой мозг, потому что ничего подобного мне в здравом уме даже привидеться не могло! — прорычал наставник, сжав кулаки.
— Мне кажется, он сейчас начнёт плеваться ядом, — философски проговорил Сергей, делая несколько шагов в сторону от находившегося явно не в лучшем расположении духа Лебедева. — А виноват во всём, как обычно, буду я.
— К тебе у меня вообще будет отдельный разговор, — напомнил я оборотню, и тот сделал ещё несколько шагов в сторону.
— Дмитрий, успокойся. Сейчас мы здесь закончим и всё тебе объясним. Тем более что нам понадобится твоя помощь в ритуале отречения, — миролюбиво поднял руки Пронский.
— Я спокоен, — рявкнул Лебедев в вновь воцарившемся возмущённом гуле.
— Я даже не знаю, что сказать, — раздался немного огорошенный голос Павла. — Лебедева в регенты? Да мой расстрельный список покажется детским стишком на утреннике, если он встанет не с той ноги. Слушай, а что ты сделал такого жалкого, ничтожного и раздражающего твоему отцу, что он так жестоко решил тебя наказать?
— Тишина! — разнёсся голос Годунова, и на нас всех обрушилась исходящая от императора довлеющая аура. — Дмитрия и Михаила с его спутниками я жду у себя через двадцать минут. Остальные остаются здесь до особого распоряжения князя Уварова.
С этими словами император развернулся и направился в сторону выхода в сопровождении охраны, оставляя всех в недоумении.
— Что сейчас будет? — тихо спросила Мила, тронув меня за плечо. — Зачем им мы?
— Понятия не имею, — пожал я плечами и, встретившись взглядом со своим отцом, развернулся, направляясь в сторону выхода из Академического сада. Опаздывать на аудиенцию к императору всё же не стоило. — Что, теперь я не кажусь вам идеальным кандидатом? — тихо спросил я у Орлова, останавливаясь рядом с ним.
— Отнюдь, — процедил он и сразу же направился к моему отцу, спустившемуся к толпе.
— Отлично просто, — простонал я, проведя рукой по лицу.
— Ладно, пойдёмте. Я очень сильно хочу получить ответы на свои вопросы, — пробормотал Лебедев, первым