Нет, ну в кои-то веки дозрела серпом помахать, кровь пустить, Систа накормить. И то не дали!
Правда, вызов барышня Сойкина была вынуждена принять. Но дуэль будет не до смерти и не здесь и сейчас, а в установленную дату на специальной арене.
Гадство!
«Гадство, — в унисон со мной вздыхал Сист, которому опять не досталось души. — Жлобство! Совсем честь не ценят. Жизнью за нее ответить не готовы! Мельчают людишки!»
— Скорее всего, барышня Сойкина предложит моральную компенсацию деньгами, — рассуждал слегка встрепанный Воронов. — Не стоит так волноваться.
— С чего бы? Она ведь сильнее и опытнее, — сквозь зубы прошипел страшно недовольный зайчик.
— Но Надеждой с серпом она слишком впечатлилась. Может и на попятную пойти. А еще сейчас она вернется домой и начнет объяснять батюшке с матушкой, по какому поводу официальная дуэль. И те могут ее уговорить на подобный шаг. С моей семьей не очень любят связываться, приписывая умения к изощренным проклятиям, которые даже мы сами порой снять не можем.
— Совсем не можете? — уточнила я.
— Если ненавидим проклятого, то совсем, — слегка улыбнулся некромант.
— Барышня проклятиями не владеет, — вклинился зайчик.
— Угу, зато я владею. — Впервые на лице Воронова скользнула самая настоящая злорадная ухмылка, но тут же пропала, возвращая выражение знакомого неуверенного в себе воробушка-социофобушка.
— Она тебя на это и провоцировала, ты еще не понял? — Я впервые с момента, как у меня отобрали жертву, подала голос, а не змеиное шипение.
— Увы, понял слишком хорошо. Она не первая. Но благодаря этой провокации обнаружилось, что моя невеста умеет так заразительно злиться… даже я вначале испугался. Знаете, еще никто в моей жизни не пытался вот так, с оружием в руках, отстаивать мою честь, — задумчиво выдал вороненок. — Это было… очень странно, немного унизительно, но вместе с тем необъяснимо приятно.
Зайчик неожиданно хмыкнул и едва заметно кивнул в ответ на его фразу. А потом прищурился на меня:
— Барышня? Вы достаточно успокоились? Не будете больше кидаться на людей?
— На людей никто и не кидался, — обиженно отмахнулась я. — Попытка придавить ядовитую гадину не в счет. Это естественный порыв любого нормального человека. Ладно, отпусти уже… они все равно далеко уехали, не догнать.
«Показатель на шкале „Ярость“ снизился так же быстро, как и поднялся, — задумчиво прокомментировал все еще расстроенный Сист. — Интересный феномен».
«Феномен? Ты лучше проверь, не было ли оказано на меня некоего постороннего воздействия. Я всегда предпочитала мочить противника аргументами, а не кулаками. И вдруг прямо как озверина наглоталась».
«Было, я тебе и без проверки скажу. Но целились не в тебя, а в нашу прел… в некроманта. Но он легко отразил воздействие не только из-за собственной силы. Подозреваю, еще и из-за твоих навыков. Беднягу столько раз за последние сутки ментальным молотом твоих полушарий прикладывало, что хилых попыток той смертной он почти не заметил. И тогда она стала усиливать заклинание, что по ее неопытности расширило зону охвата и задело тебя».
«Вот су… шка с маком! Не зря я почувствовала, что она нарочно провоцирует вороненка! Но зачем это Сойкиной? Можешь выяснить?»
«Могу, но не буду. Это часть основного сюжета, — не стал скрывать сорок второй. — Да и душу ты мне так и не поймала. Смысл батрачить».
«Сам виноват, я у тебя полчаса серп выпрашивала, а ты бубнил и не давал! Вот и сбежала добыча. Другой раз будь умнее! А Сойкина, стало быть, не на пустом месте догреблась. Зачем-то ей или тому, кто за ней стоит, надо довести Сашеньку так, чтобы он поубивал кучу народа без официального вызова».
«Когда ты наконец умрешь по собственной глупости, то будешь долго просить у меня прощения, пользовательница. Очень долго и очень методично».
Системе явно не понравилось мое перекладывание ответственности.
«Договорились. Когда умру, тогда и обсудим».
— Ну что, мы вроде по магазинам собирались? — воззвала я к своим спутникам. — Мальчики, не надо меня держать, честное слово, я не собираюсь кусаться.
«Ужасное обещание. Люди — извращенцы!»
Сист укутался в щупальца как в одеялко.
— Кто вас знает, барышня, — вздохнул зайчик, но отпустил и даже вылез из хохломы, подавая мне руку, чтобы я тоже спустилась с подножки. — О Лада, как же нам, оказывается, хорошо жилось без вашего дара.
— И без мозгов, — понимающе хмыкнула я. — Зайчик, прости, но эра тупой куколки для переодевания минула безвозвратно.
— Что вы имеете в виду, Надежда Олеговна? — моментально напрягся доктор.
— Только то, что переодевать можешь, но изредка и в качестве награды за хорошее поведение, — бессовестно подмигнула ему я.
— Переодевать? — вмешался в разговор Воронов, следом за нами покидая автомобиль. — Подождите, хотите сказать, что сударь Зайцев у вас вместо горничной?
— Я ее холоп, — холодно напомнил Илья. Причем таким тоном, будто представился минимум потомственным герцогом. — Личный.
— Это я не подвергаю сомнению, но одно дело — исполнять обязанности управляющего и даже повара, а тут, получается…
Воронов смешно застыл и начал покрываться легким румянцем. Впрочем, на его бледной, не видевшей солнца коже даже такое покраснение смотрелось слишком ярко.
— Я знаю барышню с раннего детства, а на другую горничную у нас средств не было. — Илья покрепче вцепился в мой локоть, будто прямо сейчас собираясь играть с некромантом в перетягивание каната по имени Наденька.
— А… на какие средства тогда мы сейчас…
— На мои свеженаохоченные, — вздохнула я, подставляя другой локоть некроманту. — Идемте. Саша, если вас так волнует финансовый вопрос, давайте после обеда съездим в волковские угодья и поиграем в «догони меня, череп». Думаю, наберем достаточно жгутиков. Илья, контейнер у нас с собой?
— В машине, — кивнул доктор Зайцев, и вдруг я заметила, как странно у него загорелись глаза. Он окинул оценивающим взглядом Александра, потом меня и продолжил: — Тогда следует сразу выбрать одежду для охоты? Заодно и барышне подобрать подходящий комплект. Или два. Не все же вам в моей одежде по лесу от мышей бегать.
— У барышни и так шкаф не закрывается, — осадила его я. Вот же фетишист! Он такими темпами меня и в магазинах переодевать начнет! Это ж сколько он в порыве энтузиазма разных нарядов перемерит. Как представлю, так дрожь пробирает! — И у тебя, кстати, тоже. Покупаем исключительно на Сашу.
Илья обиженно поджал губы, но промолчал.
«Очень странно. Лояльность этого юнита подросла еще на полпроцента. Где логика⁈»
«Могу предположить, что, вопреки ворчанию, зайке нравится, когда я ношу его одежду».
«Да⁈ Повторюсь: люди — извращенцы. Я свой костюм и