Не раздумывая, Артем сосредоточил внимание на первой в верхнем левом углу. Его закрутило в водовороте и потянуло ко дну. Все случилось так быстро, что бедняга не успел даже набрать воздуха, и сразу стал отчаянно задыхаться. Артем не хотел умирать, как мог, цеплялся за жизнь, но сил противостоять мощному водовороту уже не было. Его затягивало глубже и глубже. Морская вода немилосердно разъедала глаза, пришлось зажмуриться…
…Он, наконец, достиг мягкого, песчаного дна, и вода вокруг стала удивительно теплой. Не в силах больше сдерживаться, Артем судорожно вздохнул и — о чудо! — не захлебнулся.
Он задышал влажным, горячим воздухом.
Беззвучье подводья взорвалось невероятным многообразием звуков. Треск. Хруст. Шуршание. Жужжание. Свист. Стук. Попискивание. Рычание. Завывание. Скулеж. Визг… Создавая потрясающий шумовой эффект, звуки навались одновременно и отовсюду. Артем на пару секунд даже оглох от невероятного гвалта.
Заинтригованный «утопленник» открыл глаза и обнаружил себя лежащим на толстом ковре прелой листвы, в самом сердце непроходимых джунглей. Сбылась еще одна давняя мечта.
Вместе с окружающей обстановкой поменялась и одежда. Вместо плавок на нем теперь были рубашка с коротким рукавом и шорты, — цвета хаки. На ногах высокие, до колен гольфы такого же цвета, и черные ботинки с толстой подошвой. На голове обнаружился легкий пробковый шлем.
Всюду, куда не кинь взор, у подножья необъятных стволов в закрытом от солнца пышными кронами вечном полумраке буквально на каждом сантиметре кипела жизнь.
По преющей листве ползали десятки разнокалиберных жучков, паучков, многоножек, муравьев и прочих букашек, от многообразия вызывающе ярких нарядов которых у Артема зарябило в глазах. Лежа на земле, он почувствовал, как на штурм неприкрытых локтей и коленей устремилось сразу с десяток аборигенов.
Через мгновенье Артем уже был на ногах и отчаянно тряс одновременно всеми конечностями, пытаясь избавиться от незваных пришельцев.
Хотя насекомые слетели после первой же встряски, безумная пляска продолжалась еще с полминуты. Ополоумевшему от брезгливости Артему казалось, что злобные букашки забрались-таки под одежду и теперь от души развлекаются, кусая и царапая кожу бесчисленными жвалами. К хаотическому подергиванию руками и ногами присоединилось яростное чесание и похлопывание спины, груди, живота, рук и ног. Лишь когда надуманный зуд стал униматься и затихать, обливающийся потом Артем позволил себе перевести дух.
Он невольно залюбовался изобилием жизни вокруг. Его окружала непролазная чащоба низкорослого кустарника и разнотравья, с пышной желтовато-зеленой листвой, из которой ввысь устремлялись толстые зеленовато-коричневые столбы древесных стволов. Они вздымались на десятки метров и исчезали в изумрудно-зеленой мешанине вросших друг в дружку крон.
Длинные ровные стволы оплетали и соединяли между собой гибкие лианы, образуя густую сеть висячих дорожек и тропинок, по которым во всевозможных направлениях бегали и прыгали сотни существ. У земли взад-вперед сновали разноцветные, как фломастеры, лягушки и ящерицы. А на многометровой высоте стайками носились небольшие, размером с домашнюю кошку, рыжеватые обезьянки, из-за постоянной суеты и беготни совершенно невозможно было разобраться с породой приматов. Непоседы-обезьяны то и дело на бегу крикливо выясняли отношения, и с верхотуры вместе с истошным визгом беспрерывно летели клоки вырванной шерсти, обломки коры и листвы.
Долго любоваться суетой вокруг Артему не позволили. Не прошло и пяти минут пребывания в джунглях, как его атаковало целое облако невесть откуда налетевшей мошкары. Голодные тропические москиты в мановение ока облепили открытые участки тела — к счастью, на одежду, видимо обработанную каким-то средством от насекомых, не покусился ни один паразит.
Артему ничего не оставалось, как снова пуститься в безумный пляс, проклиная ненасытных кровососов и мечтая лишь об одном, чтобы поскорее вырваться куда-нибудь из жужжащего ада. Реагируя на пожелание, перед глазами появился полупрозрачный экран, и Артем мысленно потянулся к следующей едва различимой периферийной картинке.
Реакция последовала незамедлительно. К окружающему, уже привычному, гвалту присоединился равномерный гул, с первыми звуками которого москитное облако вокруг Артема бесследно исчезло. Живность попряталась в дупла и щели древесных стволов. Внизу, под ногами, букашки забились под прелый лесной мусор, от чего живой пестрый подвижный ковер преобразился в мертвое однообразие пожухшей листвы.
Гул стремительно приближался, а гвалт стихал. Сверху вместе со сбитой листвой посыпались первые крупные капли, тут же переросшие в сплошную непроницаемую стену тропического ливня.
Мгновенно вымокший до нитки Артем, блаженно зажмурившись, подставил под теплые струи искусанное лицо, руки и колени. Чудесным образом вода смывала боль. Но эта идиллия длилась не долго.
Вдруг летящая с небес вода сделалась обжигающе холодной, словно кто-то перекрыл кран с горячей водой. Под напором ледяных струй затрещал и рассыпался пробковый шлем. Плотную ткань рубашки и шорт, будто хрупкую папиросную бумагу, растрепало в клочья и смыло на землю. Та же участь постигла гольфы. Ботинки безобразно разбухли и растянулись, и при первом же шаге соскользнули с ног…
Оказавшись голым под сплошным потоком ледяной воды, Артем инстинктивно дернулся в поисках укрытия к ближайшему дереву. И вдруг выскочил из холодного душа. Что в потоке воды показалось широким древесным стволом, оказалось куском мокрой гранитной стены. Под босыми ногами вместо мягкой листвы обнаружился скользкий камень той же скалы. А за спиной бушевал вовсе не тропический ливень, а величественный горный водопад. Случился новый переход из одного «кино» в другое.
Голый Артем стоял на широком каменном карнизе, большая часть которого, где оказался поначалу, принимала мощь летящей по отвесному склону воды. И лишь узкая полоска у самой стены, куда бедняга выскочил, спасаясь от «ливня», оставалась островком спокойствия в окружающем клокочуще-грохочущем белесом мареве.
В пропитанном ледяной влагой закутке было немногим теплей, чем под струями водопада. А через толщу воды проглядывало солнце, соблазняя продрогшее тело погреться в лучах. Сидеть в холодильнике, дрожать и мечтать о тепле, глядя на солнце, было глупо. К тому же, имея за спиной опыт предыдущих приключений, Артем знал, что окружающая реальность хоть и выглядит вполне натурально, по сути, является частью «кино», в котором можно и нужно рисковать. Глубоко вздохнув, отважный авантюрист вновь ринулся под ледяные струи, нацелившись выскочить из водопада с более гостеприимной стороны.
Стиснув выбивающие дробь зубы, он пробежал пять шагов под ледяным потоком и вырвался на свободу. Увы, заманчивое тепло обернулось еще более суровым испытанием.
Вместе с потоком падающей воды оборвался и карниз под ногами. Огласив открывшееся взору горное ущелье воплем ужаса, Артем сверзился с огромной высоты в небольшое круглое озерцо, выдолбленное за долгие годы водопадом в крепчайшем граните.
От жесткого удара у Артема потемнело в глазах. Он здорово отбил ноги