— Конкретнее — потребовал легат, и я привёл факты. Треть легионеров регулярно напивается в увольнении до потери сознания. В казармах процветают азартные игры на солдатский паёк. Часовые засыпают на постах — я лично видел это дважды за неделю. Валерий мрачнел с каждым словом, но не перебивал.
— Хуже всего то, что люди не верят в победу и не видят смысла в службе — продолжал я, переходя к самому болезненному. Они считают, что их бросили умирать в забытой богами дыре, а командование заботится только о собственном благополучии. Коррупция съедает легион изнутри быстрее, чем враги снаружи.
Легат тяжело вздохнул и потёр виски — жест усталого человека, который понимает масштаб проблем, но не знает, как их решать. Ты прав, Логлайн. Я тоже это вижу, но что делать? Половина офицеров получила должности по протекции, а не за заслуги. Интендант Флавий воворует всё, что не прибито, но его покрывают влиятельные люди в столице.
— А центурион Луций открыто саботирует мои приказы, считая себя неприкасаемым из-за связей с аристократией — добавил Валерий, впервые позволив себе проявить раздражение. Прима-маг Луций создал свою клику, которая презирает обычных солдат и считает себя элитой. Между центуриями идёт постоянная грызня за ресурсы и привилегии.
Я выслушал исповедь командира и понял, он не просто ищет инструктора по рукопашному бою, он ищет союзника в борьбе за возрождение легиона. Раньше солдаты гордились принадлежностью к XV легиону, носили знаки различия с честью — горько произнёс Валерий. — А теперь они стыдятся называть своё подразделение и мечтают о переводе куда угодно.
— У меня есть идеи, как изменить ситуацию — сказал я осторожно. Но потребуется поддержка командования и готовность к жёстким мерам против тех, кто сопротивляется переменам. Валерий посмотрел на меня внимательно: Какого рода жёсткие меры? Я выбрал слова осторожно: Публичные наказания для саботажников, лишение привилегий для нерадивых офицеров, возможно — показательные увольнения для злостных нарушителей.
Валерий долго молчал, обдумывая мои слова, а затем встал и подошёл к окну, выходившему на внутренний двор форта. Внизу группа легионеров вяло отрабатывала строевые приёмы под командованием сержанта, движения неточные, энтузиазм нулевой. Видишь? — кивнул он в сторону окна. Они выполняют приказы, но душой не участвуют в процессе. Это не солдаты — это люди, отбывающие повинность.
Он повернулся ко мне, и в его глазах я увидел то, чего не ожидал, надежду. Если справишься с задачей инструктора и докажешь, что способен реально изменить ситуацию, подумаю о дополнительных назначениях. Слова прозвучали осторожно, но смысл был ясен, передо мной открывались более широкие перспективы, чем простое обучение рукопашному бою.
«Что вы имеете в виду под дополнительными назначениями?» —спросил я прямо, не желая строить догадки. Валерий усмехнулся: Легион нуждается в свежих идеях от человека, который не погряз в местных интригах и не связан обязательствами перед влиятельными семьями. Пауза. Возможно, стоит подумать о должности помощника по военной подготовке или даже заместителя по особым вопросам.
Эти должности означали бы доступ к планированию операций, участие в принятии стратегических решений, влияние на политику легиона в целом. Но они также означали бы и повышенную ответственность, и неизбежные конфликты с теми, кто считал себя более достойным таких назначений.
— Понимаю, что это большая ответственность — продолжил легат, словно читая мои мысли. — И я не скрываю, выбор пал на тебя не только из-за профессиональных качеств. Мне нужен человек, которому я могу доверять, который будет работать на благо легиона, а не на собственное обогащение. Прямота поразила, редко командиры так откровенно говорят о недоверии к собственным офицерам.
— Проблема в том, что большинство моих подчинённых думает прежде всего о карьере и связях в столице — признался Валерий. Они видят в пограничной службе лишь ступеньку к более престижным назначениям. А мне нужны люди, которые готовы вкладываться в дело здесь и сейчас. Он посмотрел на меня оценивающе: Ты таким кажешься.
— Но сначала покажи результат на текущей должности — добавил он практично. — Если через месяц я увижу реальные изменения в боевой подготовке и дисциплине, тогда поговорим о расширении полномочий. Условие справедливое, слова дешевы, а дела дорого стоят. А пока что, возможности для роста открываются сами собой для тех, кто доказывает свою компетентность.
Покидая кабинет легата с официальным назначением в руках, я направился к себе в казарму, для подготовки к переезду в офицерские комнаты в добавок нужно было обдумать полученную информацию и разработать план действий. Валерий дал мне не просто должность инструктора, он фактически предложил стать его правой рукой в деле возрождения легиона. Возможность заманчивая, но сложная, слишком много препятствий и противников.
Мне выделили место в небольшой комнате, с тремя другими младшими офицерами. Я сел за потрёпанный стол и достал кусок пергамента. Нужно было систематизировать задачи и наметить последовательность действий. Опыт спецназовца подсказывал, любая операция требует чёткого планирования и понимания сильных и слабых сторон противника.
Первая задача — завоевание авторитета среди офицерского состава. Пока что меня воспринимают как способного, но всё ещё неопытного мага, который неплохо дерётся без оружия. Нужно доказать компетентность в более серьёзных вопросах — тактике, стратегии, управлении людьми. Месяц, который дал Валерий. Достаточный срок для демонстрации результатов, если действовать правильно.
Вторая задача — нейтрализация открытых противников. Центурион Луций и прима-маг Луций представляют наибольшую угрозу планам реформирования — они имеют влияние, связи и не желают менять старое. Прямое противостояние пока невозможно из-за разности в званиях, но можно подорвать их авторитет через демонстрацию некомпетентности.
Третья задача — создание группы союзников среди младших офицеров и центурионов. Есть люди вроде Кассия и Авла, которые понимают необходимость перемен и готовы поддержать разумные инициативы. Их нужно объединить в неформальную коалицию, способную продвигать новые идеи и противостоять саботажу консерваторов.
Четвёртая задача — улучшение материально-технического обеспечения подготовки. Тренировки без качественного оборудования и достаточного финансирования обречены на провал. Нужно найти способы получения ресурсов — через официальные каналы или частные договорённости с торговцами и ремесленниками.
Пятая задача — разработка новой системы подготовки, которая даст быстрые и заметные результаты. У меня есть знания современных методов тренировок, которые в этом мире покажутся революционными. Главное, адаптировать их к местным условиям и менталитету легионеров,