Я улыбаюсь, слушаю. Прикрыв глаза, я уточняю Юсупову, чтобы обошёлся без своих пафосных заведений.
Они всегда меня бесили. Что в начале наших отношений, что сейчас. Я не люблю, когда понты только ради понтов.
Но, кроме этого, я ещё устала. Изнеможение накатывает волнами, от тепла салона. И я не готова к каким-то шумным заведениям.
Камиль, к моему счастью, прислушивается. Или чувствует, что угроза его жизни возрастает с каждым взглядом.
Мы приезжаем в небольшой ресторан на набережной. Желудок тут же скручивает от запаха мяса на гриле.
Место... Очень простое, но забитое. В самом зале очень шумно. Много разных компаний. Но нас проводят к частным кабинкам.
И там все лишние звуки как отрезает. Я рассматриваю "деревенский" дизайн. Тут неплохо, я должна признать.
— Давай помогу.
Камиль активизируется, стоит мне потянуть пояс плаща. Я взглядом даю понять, что не нужно этого.
Но Юсупов у нас из тугодумов, тянет свои руки.
— Обойдусь, — произношу вслух.
— Мам, ты что!
Иля делает страшные глаза. Так часто качает головой, что я замираю. А Камиль этим пользуется, укладывает ладони на мои плечи.
— Ты разве не знаешь? — сын приоткрывает рот. — Это правила этикета. Мужчина помогает женщине снять пальто. Или куртку. Ну... Верхнюю одежду, вот. Это правило!
— Правило этикета, Гель, — Камиль начинает стягивать с меня плащ. — Мы же воспитанные? А ты где это услышал-то?
— Нам в школе рассказывали. У нас есть уроки этики.
— Нет у вас такого.
Я спорю. Расписание сына я знаю. И внимательно следила за всеми предметами, что входили.
Меня беспокоил намёк, что введут обязательный урок религии. Поэтому я даже школы выбирала по этому принципу.
Нет, я не против подобного! Просто я считаю, что стоит знать обо всех. Подходить к этому тоже как к образованию, а не давлению.
Я сама не особо верующая. У Камиля — своя религия. И если уж Иле изучать что-то, то сразу всё. Узнавать больше...
Ну, мои заморочки.
— Ну, почти, — усмехается сын. — Мы на литературе читали. Сказку, а там — было про этикет. Нам учительница много рассказала. А ещё папа должен тебе стул отодвинуть. Или придвинуть? — Иля хмурится. — В общем, что-то там.
— Ну раз должен...
Камиль посмеивается. Он вешает мой плащ, снимает свою верхнюю одежду. А после — отодвигает для меня стул.
Я присаживаюсь за круглый стол. Чинно, с благородным видом. Я умею играть по правилам.
Пусть Камиль не делает вид, что самый умный тут.
Нам приносят меню. Мы тут же заказываем напитки. Я листаю страницы, во рту слюна собирается лишь от названий.
Очень много мясных блюд. И мне хочется всё попробовать. А уж когда дохожу до рыбы...
— Снова всё закажешь? — поддевает Камиль. — Не стесняйся, Гель.
— Ещё чего, — я глаза закатываю. — Повышай кредитный лимит, я хочу всё.
На самом деле, я преувеличиваю. И не стану я при сыне капризы показывать.
Для него я взрослая и рассудительная. Ну, мы бесимся, но... Иля не поймёт, если я с его папой воевать начну.
Поэтому я заказываю скромно. Всего-то... Салат, белугу на гриле, антрекот, закуски разные... И два вида десерта.
— А я хочу это!
Заразившись моим азартом, сын тоже тычет в какую-то картинку. Я листаю меня, желая проверить.
— Нет, — жёстко отрезает Камиль.
Я аж подрыгиваю от неожиданности. Юсупов редко в чём-то отказывает сыну.
Есть мужчины подкаблучники. А как называют тех, кто под сына подстраивается?
Запишите и меня в тот список, с чистосердечным признанием.
Но, стоит мне найти состав блюда, как я полностью соглашаюсь с бывшим.
— Совсем-совсем нельзя? — смотрит на меня в поисках поддержки. — Мамуль?
— Прости, милый. Ты же помнишь, что у тебя аллергия на клубнику?
— Я её выковыряю!
— Так не получится. Может, лучше манговый чизкейк возьмёшь? Он вкуснее намного.
— Да? А ты тут уже была? Пробовала?
Иля допытывается. Явно любопытничает, почему это я без него гуляла в такие заведения.
Камиль усмехается. Он откидывается на спинку стула. Бровями играет. Мол, как выпутываться будешь?
Никакой поддержки во лжи!
— Меня твой папа когда-то водил, — переводя стрелки, вру я. — Да, Камиль?
— Без меня?! — сын искренне удивляется. — Как так?! Или... Или ты с папой на свидание решила сходить?!
Я стону, Камиль — ржёт. Нет-нет, не смеётся. Именно ржёт! Конь фигов.
Мужчина откровенно наслаждается происходящим. А я мечтаю его притопить.
Здоровые семейные отношения, да?
— Мама должна на три свидания сходить, — объясняет Иля. — Я говорил? Мы так договорились. Я даже её зарегистрировал на Кобре!
— Мамбе, — поправляю я.
— Ага, там. Там было очень много сообщений. Мама всем понравилась.
— Да? — Камиль приглаживает бровь. — Ты уже нашла поклонника, с которым на три свидания сходишь?
Камиль усмехается. Он хочет свою кандидатуру предложить? Лучше дважды на свидание с мамой Ивана.
Там поприятнее компания была.
— Не-а, не такой же уговор был, — сын крутит головой. — Три свидания с разными людьми.
— В смысле?!
Камиль давится водой. Все его веселье мгновенно слетает. Он смотрит на сына как на предателя.
Та-а-ак...
Тут какой-то заговор был? И Иля его нарушил?
Глава 8
Следом за Камилем и я начинаю удивляться. Потому что... Трое с разными!
Мама Ивана и Иван — за двоих сойдут? А третий?
Ладно. Я могу спокойно отказаться от этой затеи. Или, простите меня родители, соврать сыну.
Пока мне весело. Это забавно — наблюдать за лицом Камиля. Точно не зря поехала на ужин.
Мужчина теряет свою сосредоточенность. Налёт последних семи лет слетает с Юсупова.
Он снова тот же парень. С яркой мимикой и обескураженностью. Глаза на лоб лезут, честно-честно.
— С тремя? — переспрашивает мой бывший. — Иль, а ты уверен?
— Конечно! — сын активно кивает. — Одно уже было, а ещё... Мам, ты можешь папу пригласить. Если кандидатов не будет.
Мой смышлёный и бойкий, но такой бесхитростный сын. Он сам не понимает пока, как всё запутал.
— О, у меня есть кандидаты.
Я лучше со сталкером в тёмной подворотне встречусь! Чем стану участвовать в этой непонятной афере.
Камиль спустя столько лет одумался? Вряд ли. Он бы не стал столько времени выжидать.
Тем более мужчина сам активно строил свою личную жизнь.
Один вариант — головой стукнулся, бедненький. Помутнение сознания это очень плохо.
— Да? — Камиль прищуривается. — И кто же?
— Секрет, — я широко улыбаюсь. — Девушкам же полагаются секретики?
Мужчина кривится, но не спорит. Действует хитрее, чтоб его. Иля свою хитрость точно не от меня взял.
Потому что Камиль невзначай упоминает детскую комнату.